Читаем без скачивания Самоосвобождающаяся игра - Вадим Демчог

В одном мгновенье видеть вечность,

Огромный мир в зерне песка,

В единой капле бесконечность

И небо в чашечке цветка.

Итак, искусство — это раскрытие истины о мире через изображение того или иного предмета, т. е. строительство МАНДАЛЫ ОБРАЗА! Тончайшее умение «…с незамутненным сознанием и чистым сердцем опуститься в самые глубины играемого персонажа, достигая тем самым сущностной достоверности». Точно так же, как утверждает в «Улиссе» Джеймс Джойс: «…при пристальном рассмотрении любой предмет может стать вратами, ведущими к неизменной вечности богов»! Так в «мужественном акте волевого самососредоточения» артиста липкий «зрелищный демонизм» изматывается, теряет свою силу и, наконец, растворяется «…в едином космическом строе мира», оставляя объект наедине со своим трогательным вне-объектным величием. Это и есть — Сокровенная Красота, т. е. способность предмета наслаждаться своим бесстрашием, радостью и предельным самооткровением!

Можно сказать, что любой предмет в окружающем нас мире, какой ни возьми, не испытывает большего счастья ни от чего другого, кроме как от предельного обнажения своей сути, от разворачивания своих силовых полей, через которые проступает Лик Образа. Вот слова великого Гогена: «Когда я пишу солнце, я хочу, чтобы зрители почувствовали, что оно вращается с ужасающей быстротой, излучает свет и жаркие волны колоссальной мощи! Когда я пишу поле пшеницы, я хочу, чтобы люди ощутили, как каждый атом в ее колосьях стремится наружу, хочет дать новый побег, раскрыться. Когда я пишу яблоко, мне нужно, чтобы зритель почувствовал, как под его кожурой бродит и стучится сок, как из его сердцевины хочет вырваться и найти себе почву семя»261. Одним словом: «Знание Цветка есть предел»262. Фактически, то, что великий Станиславский считал основным побудителем творчества артиста-художника, т. е. «сверх сверх-задачу», в Алхимии Игры я называю нюхом на Лик Образа! Это несомненно более тонкое определение, требующее широкого инструментария, развитого видения и пробужденной творческой интуиции. «Сверхзадача определяется сверхсознанием (творческой интуицией) и лишь частично может быть переведена с языка образов на язык логики»263. А язык Образа — это язык Сокровенной Красоты, язык Цветка. Аромат Цветка — вибрация Образа, его электричество, то, что заставляет все вокруг светиться. То самое излучение, которое наполняет происходящее смыслом и значимостью. Так, именно ставка на обнаружение «сверх-сверхзадачи», сокрытой в предмете, является ключом от дверей в Мандалу как таковую, и в Мандалу Образа в частности. Проникнув же внутрь, можно бесконечно наслаждаться самораскрытием игровой потенции этих объектов изнутри их самих!

Говорю еще проще: «… цветок — это впечатление дивного, рождающееся в сердце зрителя… сердцем познать суть дивного — вот и цветок. Если сокроешь — быть цветку; несокровенное цветком стать не может. В этом все дело»264. Например, «…Чаплин и сегодня не состарился! И его величие именно в красоте и глубине предмета, который он открывал»265: «Я не рассматриваю персонаж, который играю на экране, как характер, — повторял он, — для меня персонаж всегда больше чем характер, он — символ». Например, «… виртуозность может впечатлить зрителя, но если артист занят лишь демонстрацией своих технических навыков, его выступление оставит нас безучастными. Это как прекрасный цветок без аромата. Великий артист старается подарить зрителю и сам цветок, и его аромат, а не просто показать его в стеклянной упаковке»266.

Внимание, технология: сядем прямо и растворим свое тело в глазах «смотрящего пространства». Перед нами какой-либо предмет. Мы уже знаем, что его сущность и сущность того, кто смотрит, — одна и та же, т. е. предмет и воспринимающее его пространство изначально едины. И как только мы осознаем это, мы начинаем танцевать с воспринимаемым предметом парный, взаимопроникающий танец, в котором наш партнер-объект становится как бы продолжением нашей силы, а мы продолжением его качеств. В итоге мы как бы смешиваем свои возможности для сотворения чего-то еще более мощного и совершенного, порождая нечто третье… И это ЧУДО возможно только через НЕЛИЧНОСТНУЮ ПОЗИЦИЮ!ЧЕРЕЗ ПОЗИЦИЮ ВНЕ ДВОЙСТВЕННОГО РАЗДЕЛЕНИЯ НА «Я» и «ТЫ»!ЧЕРЕЗ ПОЗИЦИЮ ПРЕДВОСХИЩЕНИЯ МАНДАЛЫ ОБРАЗА!

Итак, говоря языком символа, «…алхимическое знание основывается на умении заставить нашу внутреннюю струну вибрировать в гармонии с внутренней струной того существа, которое мы желаем познать, идет ли речь о человеке, животном, растении или даже о камне. Потому что для алхимика живым является все. Его задача научиться вести диалог с тем, что живет в каждой вещи, то есть с тем, что может заставить ее измениться»267.

23. Фрактальный мозг

Уже общеизвестно, что любая жизнь, любая пьеса, любая творческая акция представляет собой СЛЕПОК УМА ТВОРЦА, приглашающего смотрящее пространство в себя, в т. н. резонансноепутешествие-игру. Предлагаемый ниже картографический метод записи ориентации на местности можно использовать как в работе со сценариями жизни, так и с творческими сценариями, ролями и идеями. Это мощная графическая технология ассоциативной алхимии, предоставляющая универсальный ключ к высвобождению потенциала, скрытого в нашем сверхскоростном биокомпьютере, и призванная как бы «взрыхлить почву» МАНДАЛЫ ОБРАЗА.

Начнем с того, что определимся с понятием ФРАКТАЛ, или ФРАКТАЛЬНОЕ МНОЖЕСТВО. Сам термин (от лат. fraktus — состоящий из фрагментов) введен в обращение в 60-е годы французским математиком Бенуа Мандельборо268 и означает «дробный». Изучая геометрию нерегулярных естественных феноменов, Мандельборо обнаружил, что у всех рассматриваемых им геометрических форм есть поразительные общие особенности.269 На сегодняшний день уже широко известно, что фракталы — это геометрические структуры, которыми наполнен весь окружающий нас мир. Наиболее поразительное свойство «фрактальных» форм заключается в том, что «…их характерные паттерны многократно повторяются на нисходящих уровнях так, что их части по форме напоминают целое. Мандельборо иллюстрирует это свойство самоподобия, отламывая кусочек цветной капусты и указывая на то, что сам по себе кусочек выглядит как маленький кочан цветной капусты. Деля часть дальше, мы снова видим маленький кочан. Таким образом, каждая часть выглядит как целый овощ. Так, форма целого подобна самой себе на всех уровнях выбранного диапазона»270. Пятью веками ранее глазастый Леонардо уже видел это, и писал, что «…любая вещь происходит от любой вещи, и любая вещь становится любой вещью, и любая вещь возвращается в любую вещь». И в другом месте он суммирует: «Это поистине чудо, что все формы, все цвета, все образы каждой части мира соединяются в единой точке»!271 На первый взгляд компьютерные изображения фракталов кажутся хаотическими пятнами, но «…при детальном увеличении они проявляют бесконечное множество фантастически разнообразных и сложнейшим образом “упорядоченных” орнаментов. Считается также, что фракталы несут в себе универсальные геометрические формы и архетипы Вселенной»272. Говоря же языком современной физики, фрактальные множества — это «…процесс с ветвящимися бифуркациями»273, обладающий необычайно сложной структурой т. н. «зеркальной вложенности» друг в друга, с удивительной гармонией и симметрией, что «…создает безграничные возможности поиска самых разнообразных форм и образов внутри одного и того же математического объекта»274. Интересно, что сам человек, рассматривается в контексте данного взгляда, как одна из стадий увеличения фрактального множества Вселенной. Как информационная структура, представляющая собой «…богатый источник нелинейных фракталов, причем фракталов Золотого Сечения»275. Одним словом, на сегодняшний день фрактальный феномен не только успешно иллюстрирует принципы развивающихся наук, образно обобщает динамику социальных процессов, но и становится одной из самых емких метафор для объяснения и понимания работы человеческого мозга и мира в целом. И что полезного мы можем извлечь из всего этого? Мы можем образно смоделировать процесс работы своего сознания как фрактальное множество! Для этого прямо сейчас, читая эти строки, обратим внимание на наш Мозг. Можно бесконечно удивляться тому, насколько это поразительное создание! Он не только в сверхскоростном режиме обрабатывает и распределяет информацию, постоянно «…расширяет пределы, источники и интенсивность получаемой информации, пересматривает и перерабатывает личные карты реальности и метафоры реальности других людей, но и по мере поступления новой информации ищет новые метафоры для оценки событий в настоящем»276. Известно, что перед такими способностями меркнут суммарные возможности всех самых совершенных компьютеров всего мира, вместе взятых! И это означает, что наш мозг, в отличие от того как мы его используем, работает в нелинейной, т. е. фрактальной потенции, разворачивающей внутри себя невероятной сложности сеть многоканальных ассоциативных связей. Вспомним, что база единиц информации, распространяющихся в виде информационных каналов, содержит их в количестве нескольких квадриллионов. И, как говорит профессор Анохин, даже феноменальная емкость мозга в качестве хранилища информации меркнет, когда речь заходит о его способностях формировать ассоциативные связи с использованием данных, которыми он располагает. Вывод: В СПОСОБНОСТИ ОБРАЗОВЫВАТЬ АССОЦИАТИВНЫЕ СВЯЗИ — ОСНОВНАЯ СИЛА МОЗГА!