Читаем без скачивания Новая Зона. Игра вслепую - Григорий Елисеев

Поднимающиеся с пола вокруг Александра зомбированные военные замерли на месте, отклонив спину назад, словно известный герой американского боевика, положившего начало моде на замедленную съемку. Наемники у дверей застыли в самых разнообразных позах. Гамильтон передергивал затвор своего G36. На его правой руке были хорошо различимы громоздкие механические часы с замершей секундной стрелкой.

Джон стоял на одном колене со штурмовой винтовкой в руке. Палец рядового вдавил спусковой крючок, и перед стволом, оставив за собой баллистический канал из закручивающегося потока воздуха, блестела пуля. Брэнон, оттолкнувший двоих подчиненных, висел над полом, так и не закончив свой прыжок. Полковник что-то кричал – рот был широко раскрыт. Хофф моргнул и обернулся, поняв, что остановилось все не только в комнате, но и снаружи здания.

Напротив застыл боевой вертолет, выпускающий ракеты по окнам небоскреба. Из-под крыльев тянулись длинные белые следы из перегретых газов, на конце которых замерли две небольшие ракеты. Александр опустил взгляд. Он все еще держал ладонь на позолоченном шаре, не в силах ее отдернуть. Пальцы словно приросли к металлической поверхности, покрытой тончайшей резьбой.

– Что, не получается? – осведомился из-за спины насмешливый голос.

Хофф, вздрогнув, резко развернулся, вскинув свободной рукой пистолет.

– Эй-эй! Полегче! – улыбнулся, демонстрируя пустые ладони, человек в униформе «Blindwater».

Неизвестный протиснулся между замерших у входа фигур и, пройдя на середину недостроенной комнаты, остановился напротив сержанта. Снял армейские солнцезащитные очки. В его глазах клубилась черная, похожая на дым темнота.

На лбу Александра выступил холодный пот. Он узнал человека. Человека, лицо которого видел каждый день в зеркале.

– Ты что такое? – выдохнул Хофф и попытался спустить курок.

Пистолет негромко щелкнул, словно был сделанной из пластика детской игрушкой. Псевдо-Александр улыбнулся еще шире.

– Я – это ты, – объявил он, шагнув вперед, и отвел ладонью ствол оружия. – Вернее, твоя темная сторона. Не лживый бесполезный образ, взятый из памяти, как в МГУ. Нет. Такому воздействию на разум сможет сопротивляться каждый. Поэтому у меня другие методы.

Псевдо-Хофф отошел к окну и, заложив руки за спиной, взглянул на город.

– Я проекция твоего внутреннего «Я». Голые инстинкты, не прикрытые отвагой, добротой, честностью, жаждой справедливости и прочей дребеденью, формирующей личность по имени Александр Хофф. Только страх, желание, ненависть, жажда крови…

Он обернулся.

– Думаю, старик Фрейд назвал бы меня персонифицированным бессознательным.

Псевдо-Александр рассмеялся.

– Отличие лишь в том, что я, – указал он на зажатый в руке Хоффа артефакт, – в отличие от той штуки в твоем мозгу действительно могу исполнять желания.

– Каким образом? – Сержант вновь попытался разжать пальцы.

По губам потекло что-то теплое. Капля крови собралась на сведенных на подбородке ремешках шлема и, качнувшись, упала на пол. Александр попытался стереть текущие из носа алые струйки тыльной стороной ладони.

– Все очень просто. Я загляну в самые темные закоулки твоего разума и узнаю, что принесет тебе наибольшее удовлетворение. А затем исполню. Деньги? Женщины? Власть над миром? Никаких проблем… Правда, с одним условием.

Псевдо-Хофф подошел ближе.

– Все исполнится лишь здесь. – Он ткнул пальцем Александра в лоб. – В твоей голове. Ты окажешься в мире, о котором всегда мечтал. Твое сознание будет воспринимать его как реальность и как… вечность.

– А мое тело? – Хофф предпринял очередную безуспешную попытку справиться с артефактом.

– Достанется мне. Как уже было десятки раз.

Псевдо-Александр развел руки в стороны, указывая на зомбированных, замерших вокруг сержанта.

– Они все попросили у меня того, о чем мечтали. И получили это. В какой-то степени. Итак…

Псевдо-Хофф ухмыльнулся, обнажив зубы.

– Давай посмотрим, чего ты жаждешь больше всего на свете?

Глава 9

Беговая дорожка

Роман толкнул проржавевшие стальные прутья невысокого турникета и, миновав давно не работающие рамки металлоискателя, выдохнул. Центральная площадь парка, а вместе с ней и фонтан с пирующими вульфенами остались позади.

– Подсоби-ка, – скомандовал Нестеров и, махнув Владимиру рукой, навалился плечом на литые ворота.

Вдвоем сталкеры распахнули заскрипевшие, казалось, на всю бывшую столицу чугунные створки, и отряд вышел из тени высоких бетонных арок на широкую заасфальтированную площадку. Практически всю ее покрывали мокрые после недавнего дождя кучи полусгнившего мусора и обрывки газет.

На противоположной стороне дороги виднелись очертания пустых домов, освещаемых тусклым лунным светом, и высоких разросшихся деревьев, почти полностью поглотивших здание с широкой надписью «СТРАХ». Остальные буквы названия российского государственного страхового агентства были разбиты.

– Так… и как нам дальше двигаться?.. – пробормотал Роман, опустив руку в карман за картой города.

Молодой человек включил нагрудный фонарь и зашелестел сложенным в несколько раз куском глянцевой бумаги. Из размышлений его вывел удивленный возглас Свистунова, который все это время изучал в бинокль дальнюю сторону Крымского вала.

– Смотрите-ка! – Владимир указал на припаркованные прямо возле гранитного парапета, ограждающего спуск в подземный переход, приземистые бронетранспортеры.

Боевые машины покрывала сетка пиксельного камуфляжа, на сплюснутых носах стояла эмблема в виде лисы с ножом в зубах.

– Так! Всем оставаться тут. – Нестеров быстро забросил за спину рюкзак и перехватил поудобнее автомат. – Гольф, за мной! Дельта, Рем, прикройте нас.

– Поняла, – кивнула девушка, скинув с плеча «Винторез».

Рембрандт ничего не ответил, а только, негромко насвистывая, раскрыл сошки своей снайперской винтовки и опустился на землю.

Сталкеры в этот момент уже сбежали по сбитым ступенькам в подземный переход и, включив нагрудные фонари, двинулись по обложенному белой кафельной плиткой коридору.

– Не нравится мне все это… – негромко сообщил Свистунов.

– Ты о чем? – Роман, осторожно шагая вперед, водил стволом автомата из стороны в сторону, периодически бросая перед собой гайку с примотанным к ней куском бинта.

– Да обо всем… Вульфены, бронетранспортеры, мост… – Гольф сплюнул. – Мне кажется, что все вокруг – одна большая ловушка, и мы идем прямо в нее.

– А когда было иначе? – усмехнулся Нестеров, обойдя по широкой дуге опрокинутый пластиковый столик, вокруг которого валялись полуистлевшие тряпки.

– Ты понял, о чем я.

После этого в переходе повисла гулкая тишина, нарушаемая лишь едва слышным звоном капель воды, падающих откуда-то с потолка. В молчании сталкеры поднялись по ступеням и осторожно приблизились к боевым машинам. Бронетранспортеры оставались все такими же неподвижными, как и до этого. Вокруг них не было заметно ни единого признака жизни.

– Похоже, что им заплатили весьма нехилую сумму, – проговорил Нестеров, подойдя к опущенной аппарели одного из «Страйкеров» и заглянув внутрь.

Молодой человек посветил подствольным фонариком в салон. Ряды кресел и оружейная стойка были пусты. Распахнутая настежь дверь в кабину демонстрировала выключенные мониторы и погруженную во тьму приборную панель.

– Да… – Сталкер кивнул самому себе и, присев на корточки возле колеса, стукнул костяшками пальцев по металлическому борту.

Затем прислушался к глухому звуку и удовлетворенно улыбнулся.

– Да, деньги были явно не маленькие, – повторил Роман, поднимаясь. – Если учесть, что наемники, оставленные охранять единственное их средство передвижения, по первому крику о помощи бросились прямо в пасти волков-мутантов.

Нестеров обернулся на остальной отряд, пришедший по сигналу Владимира следом за ними.

– Ну что, господа иностранцы. – Сталкер обвел ученых и людей Барнса взглядом. – Кто-нибудь из вас умеет управлять западной военной техникой?

Псевдо-Александр стоял, ухмыляясь, напротив Хоффа. Перед мужчинами мелькали десятки образов, вырванных из глубин разума сержанта. Тысячи и тысячи воспоминаний, эмоций и желаний, отвергнутые и забракованные артефактом.

– Все не то, – поморщился Псевдо-Хофф. – Твое сознание крепче, чем я думал. Ты прямо на ходу выстраиваешь бастионы из мусора, пытаясь не дать мне добраться до дна твоей души.

Стиснув зубы, Александр вновь попытался разжать пальцы. На мгновение ему показалось, что хватка на его разум ослабла, но потом очередной, гораздо более сильный ментальный удар заставил вскрикнуть от боли и выронить пистолет. В мозг словно вошла раскаленная добела стальная спица и начала быстро вращаться внутри. Из правого глаза Хоффа выкатилась капля крови.