были идти на покупку взрывчатых припасов, оружия и на расходы по предприятиям. Группа приобрела чудных рысаков, два автомобиля, устроила отличную лабораторию, обзавелась хорошими конспиративными квартирами. Группа не стеснялась в средствах, некоторые из ее членов вели богатый образ жизни.
19 июля лаборатория максималистов, помещавшаяся у Маврина на Мытнинской набережной, была арестована, причем у нее было найдено 5 разрывных снарядов, а также много боеприпасов и принадлежностей для изготовления бомб. После обыска, при сопровождении в дом заключения, Маврин выхватил спрятанный весьма искусно револьвер, ранил сопровождавшего его чина полиции, выстрелил в подбежавшего к ним крестьянина, ранил сторожа и, будучи окружен чинами полиции, выстрелом в голову лишил себя жизни.
Аресты не приостановили деятельности максималистов. В их распоряжении была вторая лаборатория, в которой работал некий Лихтенштадт. Они спешно готовились к покушению на министра внутренних дел Столыпина.
12 августа организацией Соколова был произведен взрыв дачи министра. Около 3 часов дня у подъезда дачи министра на Аптекарском острове остановилось ландо. В нем сидело три максималиста, из которых двое, по кличкам Ваня Маленький и Григорий, были в форме жандармских офицеров. Один из мнимых офицеров, имея под рукой большой портфель, пошел к крыльцу, но бывший на дежурстве чин охраны не пропустил его в подъезд, а стал расспрашивать о причине приезда. Тогда офицер бросил в подъезд портфель. Раздался взрыв, разрушивший почти всю дачу. Из числа лиц, находившихся на даче, 32 человека были убиты, 22 ранены. Погибли также и приехавшие в ландо максималисты. Министр остался невредим.
Неслыханное еще по числу ни в чем не повинных жертв покушение на министра вызвало негодование в широких кругах общества. И хотя покушение было совершено максималистами, которые тогда еще оставались в рядах партии, тем не менее Центральный комитет поспешил сделать заявление, что ни Боевая организация партии, ни какой-либо из других ее боевых отрядов никакого отношения к этому делу не имеет и что способ совершения этого акта (взрыв в квартире в часы приема посетителей) совершенно противоречит тем принципам, которые партия «считала и считает для себя морально и политически обязательными»[63].
Боевая же организация социалистов-революционеров-максималистов издала прокламацию «К товарищам крестьянам и рабочим», в которой говорится: «12 августа, по приговору Боевой организации социалистов-революционеров-максималистов взорвана дача министра внутренних дел Столыпина. Ко всеобщему глубокому прискорбию, сам Столыпин, против которого направлялся удар, остался жив…»
Призывая далее рабочих и крестьян на путь революционно-террористической борьбы, воззвание говорит:
«Мы думаем, что выход из этого тяжкого положения, которое переживает вся Россия, есть; мы думаем, что выход этот найдет лишь сам народ, а не царь, не помещики, не буржуазия; мы думаем, что выход остался один – социальная революция, т. е. насильственный революционный захват всем народом всей земли, всех средств производства (фабрик, заводов, машин и т. д.) и всей власти в свои руки… И только тогда, когда не будет разделения на бедных и богатых, когда не станет ни поработителей, ни порабощенных, только тогда, когда вся власть, начиная с полицейского и кончая властью самого царя, перейдет в руки народа и все средства производства будут объявлены общенародной собственностью, только тогда, когда земля передана будет в пользование трудовому крестьянству, а все фабрики и заводы, рудники и шахты – рабочим, только тогда мы сложим свое оружие и первыми воскликнем: да здравствует мир!
А до тех пор Боевая организация социалистов-революционеров-максималистов будет стоять на своем посту и неуклонно выполнять взятое на себя дело; до тех пор голос наш будет раздаваться к крестьянам и рабочим:
На борьбу, товарищи! К оружию за все фабрики и заводы, за всю землю, за всю власть. Да здравствует социальная революция! Да здравствует социальная республика»[64].
Совершив неудачное покушение на министра, члены организации Соколова скрылись из Петербурга и обосновались в Финляндии, главным образом в Гельсингфорсе[65]. Там сгруппировалось до пятидесяти максималистов со своими главарями. Последние задумали и разработали во всех подробностях ограбление казначея Петербургской портовой таможни во время перевозки им денег в Государственный банк.
14 октября 1906 года в начале 12-го часа дня организация Соколова, вооруженная бомбами и браунингами, напала на углу Фонарного переулка и Екатерининского канала на карету, в которой помощник казначея Петербургской портовой таможни Герман вез для сдачи в Губернское казначейство и Государственный банк 600 000 с лишком кредитными билетами, процентными бумагами и звонкой монетой. Нападавшие бросили несколько бомб под лошадей кареты и в сопровождавший ее конвой, и, в то время как главная часть отряда открыла стрельбу по конвою из револьверов, несколько человек похитили мешки с ценностями на сумму 398 772 рубля 24 копейки и уложили их на поджидавшего рысака.
Среди общей сумятицы и происходившей борьбы максималистов с преследовавшими их чинами полиции и прохожими рысак, на котором сидела дама под вуалью, умчал ее с деньгами на конспиративную квартиру княжны Мышецкой. Из числа нападавших несколько человек было убито; десять человек, и в том числе главный руководитель нападения «товарищ Сергей», были пойманы, преданы военно-полевому суду, и семь человек из них по приговору суда подвергнуты были смертной казни через повешение.
После экспроприации в Фонарном переулке уцелевшие от ареста максималисты поспешили скрыться из Петербурга. Удача с ограблением создала максималистам огромную популярность в революционных кругах, и этот момент Соколов признал своевременным для того, чтобы выделиться из партии в самостоятельную организацию. Он организовал конференцию, на которой были представители от областей: Центральной, Северо-Западной, Южной и Уральской, и на ней-то в октябре 1906 года был основан Союз социалистов-революционеров-максималистов. Во главе Союза было поставлено Центральное бюро, руководившее его действиями. Боевая организация союза пользовалась полной автономией, работала самостоятельно и только через своего представителя, входившего в бюро, должна была оповещать его о совершенных ею предприятиях.
Конференция выработала программу, резолюцию и устав, которые были затем отпечатаны и распространены одновременно с «Извещением» от Центрального исполнительного бюро Союза социалистов-революционеров-максималистов. В «Извещении» цели и средства Союза были изображены так:
«Союз социалистов-революционеров-максималистов ставит своей практической задачей немедленный социальный переворот. Под социальным переворотом мы подразумеваем переворот и в городе, и в деревне одновременно, причем в индустрии происходит социализация производства, а в земледелии – социализация земли.
Трудовое крестьянское движение, имеющее целью уничтожить частную собственность на землю, и неминуемый в этом случае захват орудий земледельческого труда – живого и мертвого инвентаря, неизбежно по своей хозяйственной смежности связано с социализацией фабрик и заводов и, кроме того, послужит могучей опорой для дела социального переворота в смысле соотношения сил.
С этой целью, наряду с широким распространением идей максимализма, Союз будет вести самую энергичную
