Шелдона оттеснили к молельне. Он оказался здесь вместе с Хартом: танцоры распалились и требовали все больше места. Харт заявил:
— Ну и как, мистер координатор? Не самая ли это дьявольская затея, какую вы когда-нибудь видели?
Шелдон согласился:
— Нельзя не признать, капитан, что вечеринка прошла с успехом.
Новость принес Сальный. Принес в момент, когда Шелдон завтракал в своей каморке в одиночестве.
— Они чего-то такое вытащили из своей богадельни,— объявил кок.
— А что именно, Сальный?
— Знать не знаю. И спрашивать не хочу.
— Нет так нет,— мрачно проговорил Шелдон,— Может, и хорошо, что не хочешь.
— Это вроде как куб,— продолжил Сальный.— А в нем что– то вроде полочек, и все вместе ни на что не похоже. Верней, похоже на картинку, какую вы мне однажды показали в книжке.
— На схему строения атома?
— Именно, точно на нее. Только тут все еще посложней.
— И что они с этим кубом делают?
— Пока что собирают его из частей. И слоняются вокруг. Не могу сказать вам точно, что они с ним делают.
Шелдон выскреб тарелку дочиста и отодвинул в сторонку. Встал, втиснулся в куртку и предложил:
— Пойдем посмотрим.
К моменту их появления вокруг непонятной конструкции собралась целая толпа дикарей, и Шелдон с коком остановились с краю, храня молчание и не шевелясь, чтобы, избави бог, не помешать чему-нибудь.
Куб был размером футов по двенадцать в каждом измерении и состоял из каких-то прутьев, странным способом соединенных дисками. В целом конструкция напоминала нечто, сооруженное при помощи детского «суперконструктора», с условием, что у ребенка — автора конструкции — проснулось нешуточное воображение. Внутри куба виднелись плоскости из материала, напоминающего стекло, и плоскости располагались с почти математической точностью — взаимному расположению плоскостей явно уделяли особое внимание.
На глазах землян орава гуглей вытащила из молельни коробку, и притом тяжелую: гугли потели и кряхтели, но все же доволокли ее до куба. Тут коробку открыли и извлекли из нее несколько предметов, выточенных из разных материалов — частью из дерева, частью из камня, а то и вообще непонятно из чего. И каждый предмет поместили, по-видимому, на заранее заданную позицию на какой-то из плоскостей.
— Шахматы,— заявил Сальный.
— Что-что?
— Шахматы,— повторил Сальный.— Сдается мне, они затеяли сразиться в шахматы.
— Может быть, может быть,— отозвался Шелдон и подумал: если это шахматы, то самые странные и фантастически заковыристые, какие я когда-нибудь видел…
— Там, на Земле, теперь тоже шахматные диковинки появились,— сообщил кок,— Названьице им придумали: «сказочные шахматы». Где на доске больше клеток, и больше фигур, и сами фигуры не такие, как всем привычные. Но я и в старых-то шахматах никогда толком не разбирался…
Вождь заметил землян и подошел к ним.
— Мы теперь уверены в победе,— объявил он,— С помощью тех сведений, что вы дали нам, мы выиграем с закрытыми глазами.
— Рады слышать,— отозвался Шелдон.
— У других деревень,— продолжал вождь,— не хватает духу тягаться с нами. Мы ударили им прямо в центр. Третий раз подряд без передышки.
— Вас надо поздравить,— произнес Шелдон, недоумевая, о чем, собственно, речь.
— Давненько не было такого,— закончил вождь.
— Могу себе представить,— ответил Шелдон, по-прежнему почти наобум.
— Мне надо идти,— отчеканил вождь,— Сейчас начинается.
— Постойте,— взмолился Шелдон,— Вы что, играете в какую-то игру?
— Можно сказать и так,— согласился вождь.
— Играете с другими деревнями, со всеми сразу?
— Верно.
— Сколько же времени это займет? Если сразу со всеми, против тридцати шести…
— Игра не затянется,— объявил вождь, усмехнувшись хитро и самоуверенно.
— Желаю удачи,— сказал Шелдон, глядя вождю вслед.
— Что все это значит? — поинтересовался Сальный.
— Пойдем отсюда,— распорядился Шелдон.— У меня срочная работа.
Харт чуть не пробил головой потолок, когда узнал, что за работу задумал координатор.
— Вы не смеете допрашивать экипаж с пристрастием! — завопил он. — Я этого не потерплю! Они не сделали ничего плохого!
— Капитан Харт,— жестко сказал Шелдон,— вы соберете людей и установите очередь, и я буду беседовать с ними поодиночке. Допроса с пристрастием не будет. Просто я хочу с ними поговорить.
— Мистер координатор,— не унимался Харт,— на этом корабле я разговариваю с вами за всех.
— Мы с вами, капитан Харт, наговорились вчера вечером. И даже с избытком.
Несколько часов подряд Шелдон провел у себя в каморке, а члены экипажа входили по одному и отвечали на его вопросы. Вопросы были однотипными:
— Что именно гугли выясняли у вас?
— Что вы им отвечали?
— Как по-вашему, они поняли ответ?
Человек следовал за человеком. Шелдон сделал кучу заметок и наконец-то покончил с опросом. Затем он запер дверь, достал из стола заветную бутылку и позволил себе щедрый глоток. А потом, спрятав бутылку на место, уселся поудобнее и стал просматривать заметки, ничего не пропуская.
Пискнул коммуникатор.
— Разведчики вернулись из повторного рейса,— послышался голос Харта,— и каждая деревушка вытащила такой же куб и установила перед молельней. Все жители сидят кружком вокруг куба и, похоже, играют в какую-то игру. Время от времени кто-нибудь встает и делает ход на одной из плоскостей, потом возвращается в круг и опять сидит как ни в чем не бывало…
— Что-нибудь еще?
— Ничего. Но вы же хотели проверить именно это, не так ли?
— Да,— проговорил Шелдон задумчиво,— Пожалуй, именно это.
— Скажите мне хотя бы, с кем они играют?
— Друг с другом.
— Как это друг с другом?
— Деревня с деревней. Каждая со всеми другими.
— Что? Все тридцать семь деревень?
— Вы поняли меня правильно.
— Но как? Объясните мне, черт вас возьми, как могут тридцать семь деревень играть одну и ту же партию?
— Объяснить не могу,— ответил Шелдон. Хотя у него возникло ужасное подозрение, что объяснение есть. По меньшей мере есть определенная догадка.
Когда стало очевидным, что регресс был спланирован заранее в планетарном масштабе, он, помнится, задался недоуменным вопросом о системе связи, без которой все тридцать семь деревень никак не могли бы впасть в дикость одновременно. Он еще сказал себе, что это требовало бы системы связи намного лучшей, чем следует ожидать от культуры класса 10. И вот пожалуйста, вновь то же самое, и задачка даже еще труднее — те же тридцать семь деревень вовлечены в диковинную круговую игру на доске головоломной сложности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
