Читаем без скачивания Оранжевая страна. Фельдкорнет - Александр Башибузук

– Смелее, мистер Игл, – подбодрил меня «бухгалтер» Ёся, а потом неожиданно добавил на чистейшем русском языке: – Или, если угодно, господин Орлов.

А вот это очень интересно. Русский? Или, скорее всего, русский еврей? Думаю, эта загадка в скором времени прояснится. А пока надо предлагать, раз уж дают возможность.

– Итак, попробуем спрогнозировать последствия захвата бурами Кимберли. Все довольно понятно. Ваши рудники будут моментально национализированы, а вы в течение суток повешены. Или расстреляны, что сути не меняет. Затем будет организован международный консорциум из нескольких государств мирового уровня, которому и будет отдана в управление Южно-Африканская компания. Надеюсь, не надо объяснять, кто реально будет распоряжаться девяноста процентами мировой добычи алмазов? Британия, конечно, опротестует подобное решение, но вот как раз привлечение игроков со стороны и позволит бурам дезавуировать подобный момент. Типа, ничего мы не захватывали, а поступили вполне благородно, отдали сокровища в мировое пользование. Военное освобождение британцами этой части Капской колонии тоже станет проблематичным, так как государства – члены консорциума моментально введут сюда свои войска: конечно же для защиты своих, уже законных, интересов.

– Положим… – мрачно заявил Родс. – С некими оговорками я могу признать резонность ваших прогнозов. А ваше предложение?..

– Могу взять на себя бремя посредника… – скромно заявил я. – Вы заключите союз с республиками, отдадите некоторую часть акций и получите настоящую независимость. Как реальное, практически независимое государство в Южно-Африканском Содружестве. Нюансов, как и работы, для исполнения данного плана, конечно, много, но основная идея примерно такова. А Кимберли придется сдать. Признайтесь, Сесиль, вы ведь всегда мечтали о своем государстве, не так ли? И признайте, что попытаться все же стоит.

Да, вы не ослышались – именно Южно-Африканское Содружество в составе Оранжевой Республики, Южно-Африканской Республики и Капской Республики. Или как там ее решит назвать Родс, ибо он ее и возглавит. Карликовые государства рано или поздно станут лакомой добычей сильных мира сего, пусть даже пролив море крови захватчиков, а вот такое государственное образование должно выстоять. И не только. Впрочем, можно еще кое-какие кусочки Африки присоединить. Со временем.

Это не моя идея – ее высказал Максимов, предельно замаскировав под свои измышления. Но я прекрасно понимаю, откуда ноги растут. Невидимые покровители, мать их… Но не важно; если так получится, я только «за». Главное, перевербовать на свою сторону Родса – этот сукин сын может стать образцово-показательным «нашим сукиным сыном». А там уже недалеко и до моей мечты. Да… вот образовалась некая идейка глобального масштаба. Но пока озвучивать не буду, слишком она крамольно звучит даже для меня.

– Очень интересно… – «Бухгалтер» Ёся снял пенсне и недоуменно уставился на меня.

– Но… – Родс порывисто встал и зашагал вокруг стола, – это же… это…

– Это измена, сэр Родс!!! – раздался начальственный гневный рык одновременно с грохотом выбитой двери в библиотеку.

Я обернулся и узрел краснорожего и огненно-рыжего майора в окружении солдат, наставивших винтовки на охранников.

– Да как вы смеете, майор! – взвился магнат.

– Смею, Сесиль, смею… – язвительно чуть ли не пропел майор, зачем-то хлопнув стеком по голенищу. – В условиях военного положения комендант гарнизона получает исключительные полномочия. Понятно? У вас больше не получится вставлять мне палки в колеса. Извольте ответить: на каких таких основаниях вы дружески беседуете с врагом Британской короны? Взять этого негодяя…

Что он дальше сказал, я уже не слышал, так как получил прикладом по башке, и Мишка Орлов улетел в теплые объятия тьмы. И лишь моментами ощущал, что меня совершенно невежливо куда-то тащат. За ноги тащат, уроды гребаные…

Очнулся уже привязанным к стулу в какой-то каморке, весьма напоминающей кордегардию. Или гауптвахту. Здоровенный, удивительно похожий на гориллу сержант еще раз окатил меня водой из ведра и закрепил успех увесистой затрещиной.

– А ну, вздуйте его хорошенько… – пробухтел голос майора. Его самого я не видел, бритт находился где-то за моей спиной. Вот же сволочь, ведь я совсем не против для начала и побеседовать. Твою же таратайку в задний привод…

Сержант и еще пара рядовых рьяно принялись выполнять задачу при помощи коротких толстых дубинок. Надо сказать – весьма умело. Били, суки, так, что я уже через несколько минут опять провалился в беспамятство. Но ненадолго…

– Мразь… – после очередных водных процедур майор объявился в пределах видимости, сделал два чуть ли не строевых шага и пару раз хлестнул меня по лицу кожаной перчаткой. А потом коротко приказал солдатам: – Теперь тащите его во двор!

Вот так… Не знаю, повесят меня или придумают еще чего похуже, но уже могу утверждать – более фееричного идиота, чем я, на этом свете не существует. Твою же мать, банально-то как… полез дуролом в дебри. Впрочем, в этих дебрях было довольно весело и интересно. Жалко, что уже никому не смогу рассказать о своих похождениях в исторических епенях. Так… надо для пущего веселья концерт устроить, рвануть тельник. Так сказать, прощальный привет девятнадцатому веку от сундука КТОФа Мишки Орлова.

– Полковник… полковник… – сплюнув кровь, прохрипел я. – Хочешь узнать, что тебя ждет? Всю правду скажу…

– Быдло, даже сдохнуть как джентльмен не можешь… – презрительно скривился Кекевич, но тем не менее остановил своих людей.

– Да ты нагнись, майор, а иначе я орать начну про твои похождения на Блугейт-филдс…

– Заткни пасть!.. – яростно прошипел бритт, склоняясь надо мной, и сразу же улетел в угол с расквашенным носом – я исхитрился и влепил ему в морду головой. Ну а что?.. Вот теперь можно и на виселицу. А может, просто забьют до смерти.

Лучше бы забили…

Впрочем, судите сами…

– Твою же… – Я вздохнул и закашлялся, едва не потеряв сознание от боли в груди.

Если не ошибаюсь в ощущениях, то как минимум половина ребер сломана. Но живой… пока живой… А думал, пальнут моей бренной тушкой из пушки. Гм… каламбурчик получился…

– Тебе, дебил… кх… осталось только каламбурить… – по инерции ругнулся я сам на себя и безуспешно попытался продрать глаза. Кровь запеклась коркой и превратила лицо в каменную маску, оставив для обозрения узенькую щелочку. Вот… вишу и гляжу по сторонам. Ну… насколько поворота головы хватает.

Ох как прав был «бухгалтер» Ёся, когда прогнозировал мою судьбу в руках у Кекевича. Ох как прав… Ублюдок, вдрызг разругался со своим начальником штаба, майором О'Мара, но приказ свой не отменил. Родса так вообще приказал взять под стражу, когда тот намекнул, что приложит все усилия, чтобы майора отдали под трибунал. Одним словом, ублюдок.

Да, млять… привязали к столбу и выставили на бруствер. На длинном терриконе из отработанной породы, по которому проходит линия обороны защитников города. С какой целью? Ну-у… чисто гипотетически, могу предположить, что есть некий расчет снизить интенсивность обстрелов. Вон… все вокруг в черных проплешинах гари и воронках. Кучно наши артиллеристы отработали, да еще ракетами добавили. И добавят еще, даже несмотря на фельдкорнета Игла, изображающего из себя воронье пугало. Вот сейчас окончательно рассветет – и добавят. Попробуй разбери, кто там висит. А если даже рассмотрят и не будут стрелять, я сам сдохну от жажды и жары. Сволочь этот Кекевич, мог бы и сразу пристрелить. Сука… ни рук ни ног уже не чувствую…

Словом… словом, пора подводить итоги. Что я сделал хорошего за время пребывания в девятнадцатом веке? Нет… не так. Что я вообще сделал? А ничего хорошего, если, конечно, не считать спасения Лизаветы из лап насильников. А все остальное смело можно заносить в разряд поступков, совершенно не поддающихся оценке. А последствия этих поступков вообще могут быть страшными. Нет, я не жалуюсь. Я действительно симпатизирую бурам и помогал им совершенно искренне. Вот только…

– Что «только»? – поинтересовался я у темноты.

– Тихо… – прошептала темнота в ответ.

– Ну вот… уже сбрендил… – почему-то очень обрадовался я неожиданным галлюцинациям.

После этих слов слуховые галлюцинации воплотились в физические ощущения – кто-то крепко зажал мне рот и прошипел в ухо:

– Заткнись, сейчас мы тебя снимем…

Не знаю… скорее всего, я действительно в этот момент был не в себе, потому что в ответ на эти слова изо всех сил грызанул непонятную галлюцинацию за руку. Крепко так… Ну а что? Какого хрена мне пасть зажимать?

Раздалось приглушенное ругательство, после чего в области шеи что-то кольнуло, и… и все мои ощущения ограничились только визуальными образами. Звук тоже вроде присутствует, но в виде приглушенного биения барабанов и непонятного шепота. Язык отнялся, а тело превратилось в неподвижную колоду. Странно, но ладно… зато все болеть перестало…