19
Кого мы больше любим, тот нам и опасней.
Фрэнсис Бомон и Джон Флетчер. Трагедия невесты. Акт 5.
У Колина затекла спина, но он не хотел беспокоить Анабеллу, голова которой покоилась на его груди. Его мучало чувство вины перед ней. Он должен все рассказать ей, ведь она ничего от него не утаила. Раньше он не мог ей признаться, боясь, что она перестанет ему доверять, но сейчас… Нет, наверное, лучше сначала на ней жениться, доказав тем самым серьезность своих намерений, а уж потом все рассказать?.. Анабелла, конечно, рассердится, но зато у нее не будет повода не доверять ему или сомневаться в его любви к ней.
Господи, как же он ее любит! Колин не осознавал этого поначалу, но потом словно пелена упала с глаз, и он не понимал, как можно было ее не любить. Ни одна женщина не перенесла столько испытаний, при этом оставшись нежной и женственной. Только такая женщина, как она, способна поехать с ним в колонии, не испугавшись тяжких испытаний…
А вдруг она все-таки откажется, не захочет бросить театр? Нет, этого он не переживет. Надо найти способ убедить ее. Может, сделать ей ребенка? Конечно, если у нее будет ребенок, она не посмеет оставить его без отца. Колин улыбнулся – он впервые в жизни думал о ребенке не как о нежелательном осложнении…
Однако пора уладить дела с Уолчестером, ведь начав действовать, он может серьезно навредить Анабелле. Пожалуй, стоит припугнуть его сведениями, добытыми в Норвуде… Интересно, участвовал ли граф в заговоре против Карла I?
Чем больше Колин размышлял над этим, тем менее вероятным казалось ему такое предположение.
– Колин! – прервал его мысли нежный голосок.
– Что, любимая?
– Тебе не тяжело?
– Нет. Но на спине живого места не осталось.
Анабелла поспешно отпрянула от Колина и, стоя на коленях, с жалостью посмотрела на него:
– Прости меня. Ты бы мне сказал…
– Я пошутил, – рассмеялся Колин. – Тебе придется привыкать к моим шуткам, если ты намерена выйти за меня замуж. – Он сел и погладил ее по голове. – Думаю, пора перенести нашу, скажем так, беседу в более подходящее место. Например… в мою спальню.
К его удивлению, Анабелла смущенно зарделась. Колин расхохотался.
– Анабелла, ты великая актриса – такая же непредсказуемая, как и твои героини.
– А вы, лорд Хэмпден, злой и глупый шутник.
– За то ты меня и любишь, – он встал и подал ей руку. – Спальня тут рядом, но придется одеться, чтобы не перепугать слуг.
Анабелла быстро облачилась в свой сценический костюм. Колин надел брюки и собрал с ковра остальную одежду.
– Попробуем незаметно пробраться через холл.
Они крадучись подошли к двери спальни, но тут снизу донеслись чьи-то громкие голоса. Колин прислушался.
Так и есть! Уолчестер…
– Я знаю, что он вернулся, – прогремел суровый голос. – Он здесь, и ты не посмеешь меня задержать!
– Милорда нельзя беспокоить, – пытался остановить незваного визитера дворецкий.
– А я говорю, что он захочет меня увидеть! – взревел граф, и они услышали тяжелые шаги, сопровождаемые стуком трости.
Колин обернулся к Анабелле и легонько подтолкнул ее к двери спальни. Однако она осталась стоять с широко раскрытыми глазами. Показавшийся на лестнице Уолчестер сразу заметил ее.
На некоторое время в холле воцарилась напряженная тишина. Граф кипел негодованием, Колин был не менее зол, лишь Анабелла спокойно переводила удивленный взгляд с одного на другого.
Первым заговорил Уолчестер:
– Так, так. Теперь мне кое-что понятно. Скажи-ка, Хэмпден, и давно ты развлекаешься с ней? А я, как дурак, думаю, что ты мне помогаешь!
Колин услышал, что Анабелла за его спиной прерывисто вдохнула, и взял ее за руку:
– Вы стали туговаты на ухо, граф. По-моему, слуга ясно объяснил, что я запретил меня беспокоить.
Лицо графа исказилось от бешенства.
– Предатель! Я две недели жду твоего возвращения. Как ты посмел исчезнуть неизвестно куда? А теперь, вместо того чтобы сразу приехать ко мне, кувыркаешься с девкой?
Колин сжал кулаки:
– Уолчестер, оставь меня!
Граф продолжал возмущаться:
– Только не говори, что ты выполняешь мое поручение!
– О каком поручении он говорит? – тихо поинтересовалась Анабелла. – Этот ужасный человек не может быть Уолчестером. – Голос ее вдруг стал жестким. – Хотя нет… Это, конечно, он. А значит…
– Успокойся, любимая, я тебе все объясню, но только потом, – у Колина от острой боли в сердце перехватило дыхание. Еще немного, и он потеряет Анабеллу.
Анабелла шагнула к графу:
– Вы мой отец? Граф Уолчестер?
– Ты шлюха! Чья бы кровь в тебе ни текла, ты не можешь считаться моей дочерью!
Анабелла пошатнулась, словно от удара, но сумела быстро взять себя в руки. Маска боли на ее лице сменилась мрачной решимостью.
– А чего ты ждал, дорогой папочка? Соблазняя благородную девушку, ты должен был понимать, что ее дочь вырастет шлюхой.
Голова Уолчестера затряслась от ярости, губы задрожали, и он, потрясая тростью, двинулся на Анабеллу.
Колин решительно встал между ними.
– Если ты еще раз посмеешь оскорбить ее, я разрублю тебя надвое.
Уолчестер отступил назад, но не испугался.
– Ловко она тебя одурачила. Тебя уже не беспокоит, что она переспала со всеми, кто ей только попадался на пути?
Колин, с трудом сдерживая себя, произнес:
– Погоди, я хочу кое-что рассказать тебе о твоей дочери.
– Не смей! – крикнула Анабелла и схватила его за руку. – Ты и так уже сделал достаточно. Шпионил за мной, врал о своих чувствах. Разве этого мало?
Не в силах видеть ее искаженное болью лицо, Колин повернулся к графу:
– Дай мне с ней поговорить, и потом я объясню все, что тебе будет угодно.
Уолчестер, подумав, кивнул.
Отведя Анабеллу в сторону, Колин зашептал:
– Нельзя позволять ему так думать о тебе.
– Почему? Разве ты не видишь, как он взбешен? Он стыдится меня! Стыдится! А я этого и добивалась.
– Ты обещала мне забыть о своей мести, Анабелла…
– Да, но не считаю себя обязанной выполнять обещание, потому что ты все время обманывал меня. Ты лгал, когда говорил сладкие слова, лгал о своей любви…
– Это была не ложь, Анабелла.
В ее глазах заблестели слезы.
– Не надо меня терзать, Колин. Ты выполнил свои проклятые обязательства. А теперь оставь меня одну.
Он взял ее за плечо:
– Я понимаю, что обманул тебя, связавшись с Уолчестером, но все, что ты слышала от меня сегодня – чистая правда. Все до последнего слова!
Она вывернулась из рук Колина и, стараясь не замечать мольбы в его взоре, повернулась к графу.
– Папочка, – издевательским тоном произнесла Анабелла, – ты жаждал узнать подробности моей жизни? Ну что ж, слушай. Моей матерью была Феба Харлоу, которую ты совратил и бросил беременной.
