ими, что наркоманов я ненавижу. Так что поберегите здоровье.
– Интересно. С чего вдруг такая реакция? – удивился гигант, сделав вид, что не заметил откровенной угрозы.
– Есть причина, – ушел от ответа Миша. – Надеюсь, ваша корпорация не занимается распространением этого дерьма? Если да, предупреждаю сразу, я сделаю все, чтобы уничтожить вас всех. Не хотите проблем, отмените свое предложение сейчас.
– Ни в коем случае, – быстро ответил Расти, вскидывая огромные ладони в защитном жесте. – Я и сам не очень хорошо отношусь ко всем этим делам.
– Тогда к чему был этот вопрос?
– Ну, вы много лет прожили за пределами империи и вполне могли бы изменить свое отношение к таким вещам. Принципы терпимости и толерантности давно уже из каждого утюга транслируют. Думаю, вам отлично известно, что на некоторых планетах такие препараты можно приобрести вполне легально. А людей, их употребляющих, относят к категории больных.
– Ничем они не больны, кроме собственной глупости, – презрительно скривился Миша. – А те, кто принимает такие законы, просто спекулируют на привычках дураков или защищают свои инвестиции. И вся эта демагогия заканчивается, как только эта проблема касается их лично.
– В каком смысле? – не понял гигант.
– В прямом. Если вдруг какой-нибудь наркоман ограбит их или, чего доброго, вообще убьет. Вот тогда они сразу забывают о правах наркоманов и начинают требовать самого сурового суда. А теперь давайте сменим тему. От этой у меня аппетит портится.
– Я думал, вы уже закончили, – растерялся гигант.
– Вот кофе допью и закончу, – категорично заявил Миша, показывая официанту пустую кружку.
* * *
Получив от Михаила согласие на сотрудничество, точнее, выдавив его едва ли не в прямом смысле, генерал-лейтенант Волков отправился в посольство и, выйдя на связь с начальником СВР, принялся докладывать об успехах. Внимательно выслушав его, граф пару минут задумчиво барабанил пальцами по столешнице, после чего задумчиво спросил:
– Хотелось бы вас поздравить, генерал, но настораживает такое нежелание объекта зафиксировать свое согласие на документе. Не думали о том, что он просто скроется?
– Думал. Но, исходя из его психопрофиля, можно сказать, что это человек слова. К тому же его командир все равно остается в империи.
– Рискнете надавить на него таким образом? – иронично спросил граф.
– Не хотелось бы, – скривился Волков. – Не тот персонаж, чтобы прощать такое. Сотни складывать устанем.
– Вот и я про то же, – вздохнул граф. – Как планируете подвести к нему связного?
– Пока не знаю. Все будет зависеть от места, куда его направят на работу.
– А если это окажется закрытая база?
– Придется использовать обычную связь, с кодированием, – вздохнул Волков.
– А лишнего внимания это не вызовет?
– Ну, месяца три у нас есть. Лечение его командира дело не быстрое. А дальше будет видно.
– Кстати, почему он отказался от нашей помощи? На ваш взгляд? Попытка скрыться или недоверие?
– Прежде всего не доверяет. Второй пункт у него звучал: наличие у нас крота. Я в это не очень верю, но три срыва подряд от одной и той же конторы заставляет задуматься. Ну и напоследок, по его собственным словам, он хочет быть абсолютно честен в случае, если возникнет вопрос о его причастности к каким-либо спецслужбам. И тут я был вынужден с ним согласиться. Мы не знаем, что за систему тестирования используют наши оппоненты, и рисковать гражданским лицом не имеем права.
– Ничего себе гражданское лицо, – хохотнул граф. – Если он гражданский, то кто тогда мы все?
– Я имел в виду официальный статус, – развел руками Волков.
– Знаю. Но все равно смешно звучит, – кивнул граф. – Как думаете, как скоро он выйдет на связь?
– Пять – десять дней. Перелет до места, тестирование, первичное обустройство на месте. Состояние командира его сильно обеспокоило, так что тянуть с выходом на связь он не станет.
– Понятно. Ладно, генерал, работайте по плану.
– Сразу после возвращения, ваше сиятельство, – кивнул Волков, прощаясь.
Выйдя из узла связи, Волков прошел в холл посольства и, приказав одному из слуг принести кофе, присел на небольшую банкетку. Нужно было как следует обдумать следующие шаги в отношениях с новоявленным агентом. Получив напиток, генерал пригубил его и, не обращая внимания на снующих мимо чиновников, погрузился в размышления. Способ, который выбрал парень во избежание тесного контакта с их службой, был прост, но в то же время весьма надежен.
Подключить к решению проблемы банк, это надо было додуматься. Впрочем, многие состоятельные граждане, как в империи, так и за ее пределами, таким способом пользовались регулярно. Недаром же каждый уважающий себя банк имел собственную службу безопасности, способную иногда поспорить с некоторыми государственными службами по своей эффективности. К тому же служащие банков намного быстрее и легче пересекали границы государств, пользуясь своими деловыми связями. Так что вопрос лечения Михаил решил просто и изящно.
Другой вопрос, что сам он до этого бы не додумался. Больших денег у парня никогда не было, так что и тесного общения с банками ему искать было незачем. Выходит, ему кто-то подсказал этот способ. Возникает вполне закономерный вопрос. Кто и зачем? А главное, кому этот параноик так доверяет, что решил поведать о возникшей проблеме? Наружное наблюдение, которое приказал организовать за ним Волков, никаких сторонних контактов не зафиксировало. Парень встречался только с самим Волковым и представителем нанимателя, по имени Расти.
Кстати, именно с этим человеком они и ходили в банк перед тем, как сам Михаил сообщил генералу о своем отлете. Выходит, он использовал этого громилу для решения своих вопросов? От полученного вывода генерал даже растерялся. Ведь если его умозаключения правильны, то таким образом парень умудрился обеспечить себе совершенно легальный способ связываться с командиром и банком в любое, удобное для себя время.
Любая проверка службы собственной безопасности тут же выявит его вполне законный интерес к делам бывшего командира и контроль собственных расходов. Остальное будет зависеть только от технической службы СВР. А это значит, что здесь, на планете, где находится центральный офис банка, нужно срочно ставить нужный комплекс для отслеживания звонков объекта со своим менеджером. Будучи привилегированным клиентом, Михаил автоматически получал право быть обслуженным человеком, а не компьютерной программой. А это значит, что разговор может вестись о чем угодно и в какой угодно форме.
Вскочив так, что чуть не перевернул журнальный столик, на котором стояла чашка с кофе, Волков рысью помчался в кабинет своего подчиненного. Ворвавшись туда так, словно собирался проводить полную зачистку помещения, генерал полетел к столу и, нависнув над агентом, тихо спросил:
– Аппаратура отслеживания связи есть?
– Только переносной комплекс. Для работы в пределах планеты, – растерянно пролепетал агент.
– Бегом
