часто говорим: в моей вере слишком много идущего от разума, сознательного; я знаю, что надо читать Евангелие, что надо поститься, что нужно правило обязательно читать утром и вечером, в церковь ходить по воскресеньям, готовиться к исповеди, причащаться, а вот сердце как-то закрыто. Очень часто так люди говорят. И действительно, мало-помалу в религиозном плане мы становимся образованными, а сердце как-то закрыто.
Но если взять роман Писемского «Люди сороковых годов», – там так изображены духовные искания, так это глубоко дано, что прочитаешь такой роман, и совершенно другими глазами начнешь на мир глядеть. Наша задача с вами, и старших, и младших, кто к этому сумел прикоснуться, – делиться всем этим, делиться друг с другом, потому что если это мы не будем давать друг другу, мы тоже можем попасть в тупик.
Я часто думаю: а почему верующие люди такие порой раздраженные, капризные какие-то, мерещатся им враги повсюду и т. д. Я думаю, потому, что в нашей религиозности очень большую роль играет именно вот эта рациональная сторона религиозного знания. А сторона веры, сторона чувства, окрыленности, которая открывается Богом как раз через художественную литературу, через большую поэзию, через большое искусство, – вот эта сторона как-то ослаблена, она у нас в атрофированном виде находится. И об этом, конечно, очень важно размышлять.
Пост, который наступает через неделю, это довольно тихое время и потому, что это весна и неизбежный весенний авитаминоз, и усталость после холода и зимы. И поэтому тоже это время располагает к чтению. И давайте это время посвящать не только чтению литературы душеполезной в таком прямом, «лобовом», смысле этого слова, но и чтению великой классики, в особенности – XIX и XX веков, без которой абсолютно невозможна никакая жизнь.
Я помню, как на летней практике биологического факультета Московского университета в Чашникове появилась однажды в одном экземпляре ксерокопия «Доктора Живаго». И вот мы все так распределили время, что один читает с 9-ти до 12-ти, другой – с 12-ти до 3-х, потом с 3-х до 6-ти. Можно было добрать еще до полседьмого, пока уже не нужно было идти на занятия. И вот так, передавая друг другу один лишь только экземпляр книжки, как мы ее читали! И как мы благодарны были за эти три или четыре ночи, когда, передавая книгу друг другу, мы ее читали. А теперь не нужно развязывать этот ксерокс на отдельные листочки, передавать их друг другу. Сегодня можно спокойно найти любую книгу в магазине или в библиотеке. Нужно читать и помнить, что через художника, писателя очень часто говорит Бог, открывая нам, порой, через искусство то, чтó мы не найдем в душеполезной литературе.
И давайте помнить, дорогие братья и сестры, что отдавать, передавать – это основа жизни, это основа Церкви, основа христианства. Ни в коем случае не будем этого забывать, потому что Христос сказал нам об этом.
Бог благословит вас и укрепит. Будем вместе, совершая великое таинство Евхаристии, молиться друг за друга, за присутствующих здесь в храме и отсутствующих, за всех и обо всём, как мы говорим с вами во время Литургии – «О всех и за вся».
* * *
Бог благословит вас, братья и сестры! Напоминаю, что сегодняшняя седмица называется сырной. Это значит, что уже оставлена мясная пища, и теперь, в течение этой седмицы разрешается только сырная, то есть всякого рода молочные продукты. Для того чтобы мы потом переходили к посту.
При этом нужно помнить два обстоятельства. Первое, что сырная седмица никакого отношения не имеет к какому-то нелепому, невероятному объедению, которое иногда пропагандируется средствами массовой информации. И второе, братья и сестры. Тем, у кого разного рода болезни сердца или другие заболевания, при которых очень опасно, когда снижается гемоглобин, – таким больным необходима молочная пища. Поэтому, прежде чем начинать поститься по уставу, надо проконсультироваться и с доктором, у которого вы лечитесь, и со священником, к которому вы ходите на исповедь. Пост – это слишком серьезное дело. Поэтому очень прошу вот эти два момента учесть. Если кто-то из нас на третьей неделе поста попадет в больницу с истощением, от этого тоже никому никакой пользы не будет.
Но, с другой стороны, если есть возможность по полному уставу поститься, то, конечно, это дает очень много. Но опыт показывает: когда ее нет, то другое тоже дает не меньше. Знаете, у Бога для всех достаточно даров, если мы эти дары умеем принимать благоговейно, с любовью и смирением. Значит, наша задача, наверное, – учиться принимать те дары Божии, которые Он нам дает.
Это то, о чем говорил отец Александр [Борисов], когда вспомнил, как нам отец Александр Мень говорил про благоговение, как про то чувство, которого не хватает современному человеку, в особенности, культурному. Это потрясающее слово, это удивительная мысль! Ведь важно благоговейно относиться ко всему абсолютно: не только к тому, чтó в церкви видим, но и к полету ласточки над полем, и к какому-нибудь событию в жизни, и к рождению ребенка, и к смерти близкого человека, и к каким-то памятным датам, и к тому, чтó посылает нам Господь.
И вот меня, знаете, потрясло, когда тут на каких-то спортивных играх один теннисист сбил ласточку ракеткой и убил ее случайно. Естественно, что он этого не предполагал сделать. И этот мальчик, как только ласточка упала где-то перед ним, встал на колени и перекрестился, и было видно – слезы текут у него из глаз.
Так вот это мгновение ничего общего не имеет с сентиментальностью, которой мы так боимся. Это, действительно, то чувство, которое связывает нас с Богом. А очень часто это благоговейное отношение к миру, сотворенному, данному, врученному нам Богом, воспитывается той художественной литературой, той поэзией, о которой я говорил. Поэтому и поэты тоже посылаются Богом. Не случайно же греки говорили: поэт – это пророк, пророчествующий назад. Вот это тоже надо помнить, как всё в нашей жизни соединять, совмещать, но соединять и совмещать в Боге. Потому что можно, конечно, найти какую-то другую, очень опасную, точку синтеза, которая приведет к полному разрушению. А точка синтеза – это Бог, и синтезировать в Боге можно абсолютно всё. И, в общем, дай нам Бог каждому по-своему, – потому что сколько людей, столько путей, – осуществлять вот это соединение мира в одно целое, но, повторяю, только в Боге, потому что Бог, конечно, везде присутствует и везде царит.
И, когда приходишь в консерваторию, а там выступает Мария Вениаминовна Юдина, у которой каждый концерт – это пламенная
