— Три дня назад, бабушка вышвырнула ее из шатра и сразу отправила меня к вам.
— Тарг! — выругалась Хозяйка долины, схватила бумагу и одним слитным движением взобралась на шею черного дракона. — Карегар, лети за ним! Я накинула на Керра метку.
— Что с ним? — пробасил Карегар.
— Что? Они были вместе с Поланой, понимаешь! Мерзавка, захотела получить силу и стала ларгой! Енира пишет, что ее сегодня убьют, похоже уже убили! Керр все почувствовал на себе... Проклятая связь, он знает где она.
— ЧТО!? — взревел дракон. Мощный порыв ветра от взмаха громадных крыльев бросил на землю Чарду, перевернул кресла и поднял старые листья с травой. Сад опустел, переломав треть деревьев, драконы улетели.
* * *
Вигрэль, со злости, пнул труп охранника каравана. Чертовы торговцы, не захотели сдаваться и дрались словно везли камни для весов Хель. Ничего, богиня и без камней их души взвесит. Рау потер правую щеку с выведенной татуировкой — изгою клановая метка не положена, и поддел носком сапога бездыханное тело молодого мальчишки, застрелившего из арбалета Мигу Три Пальца. Всего торгаши убили у него четверых и ранили двоих, на ногах осталось девять человек. Слишком большой размен за взятие каравана из семи подвод и убийство десяти торговцев с охраною..
Пока главарь ходил проверять посты наблюдающих с обеих сторон караванной дороги, пятеро разбойников потрошили подводы и кибитки.
— Ты глянь, какая краля! — Минг, здоровенный одноглазый мужик со шрамом от рубящего удара меча наискосок через левый глаз и до мочки левого уха, за ноги выволок из последней кибитки тело красивой девчонки в кожаном костюме вампира-рейнджера, из ее левой груди торчал кончик арбалетного болта с красным оперением. Вигрэль узнал свою работу.
Лицо убитой было спокойным и умиротворенным, холодное дыхание Хель не коснулось ее и смерть не стерла прежнюю красоту. Эльф достал из-за голенища сапога кривой засапожник и, присев на корточки, вспорол на груди мертвой красавицы шнуровку. Он не успел сделать разрез чтобы достать болт, как его накрыла крестообразная тень.
— Берегись! — во все горло заорал Минг, в следующий миг крик оборвался. Неизвестно откуда взявшийся дракон, ломая кости и позвоночник, ударом передней лапы вбил человека в землю. Пасть, усеянная острыми треугольными зубами — последнее, что увидел Вигрэль в своей жизни.
* * *
— Не стоит — за кончик крыла придержала Ягирра Карегара. — Он сейчас ничего не будет слушать.
Эльфийка и дракон, не вмешиваясь, наблюдали за Керром, молча складывающим человеческие тела на скинутые в кучу для погребального костра телеги. Последним дракончик возложил, завернутое в шелковые ткани, тело Поланы, он долго держал его в лапах и качал словно ребенка. Освободившись от ноши, Керр отошел от телег на несколько шагов и раскрыв пасть плюнул огнем, запалив костер.
Мертвые, изуродованные разбойники так и остались лежать там, где их застигла смерть, сторожевых Керр спалил вместе с деревьями. Яга и Карегар прилетели когда все было кончено, старый дракон просто не мог поспеть за стремительным названным сыном. На таскающего телеги дракончика было страшно смотреть: золотая чешуя поблекла и посерела, лапы, вся грудь и крылья заляпаны чужой кровью — впав в ярость он убил всех. Керр громко зашипел и обнажил клыки на Карегара, сделавшего попытку помочь перетаскивать телеги, он отобрал у приемного отца подводу и отогнал его от места побоища. Приемные родители, поняв, что им не рады, расположились в сторонке.
— Плохо, очень плохо. — прошептала Яга, разглядев на земле перекушенное пополам тело снежного эльфа. — Я слышала про банду, возглавляемую рау изгоем, но не думала, что Виг Красавчик нападет именно на этот караван. Боюсь как бы Керр не перестал доверять Снежному народу.
— Я боюсь другого. — повернул к ней голову Карегар. — Он может не захотеть больше быть драконом.
— Этого не случится. — успокоила его эльфийка. — Посмотри на него, он ведет себя как дракон и не делает попытки сменить ипостась, Керр не хочет быть человеком. Это беспокоит меня больше всего.
— Почему?
Яга долго подбирала слова, но потом решила говорить напрямую, без всяких экивоков:
— Нам необходимо, как можно быстрее, отправить его к людям, Керру нужно учиться магии, время поджимает.
— Ты что, с меллорна рухнула? — сверкнул глазами дракон.
Эльфийка спрыгнула с шеи Карегара и пройдясь по колее, оставленной колесами многочисленных телег, присела на толстый дубовый корень, торчащий из земли на обочине. Яга достала из складок одежды письмо и, пробежав глазами по ровным строчкам, взглянула на дракона:
— Будет война, муж мой названный, — у Карегара отвалилась нижняя целюсть, — ты не маразматик, прости меня. Глупо отрицать очевидное. Большая война охватит весь север, но это не главное.
— А что главное? — спросил Карегар у которого от последних слов Яги и такого откровения выдуло из головы все мысли. Денек откровений какой-то! Чтобы Ягирра заявила подобное, должно произойти нечто неординарное.
— Енира пишет, что камнем, запустившим камнепад, будет Керр. Не знаю, как он с этим будет связан, но мир опять наполнится драконами... — вот так дела..., старая Ларга-белая еще ни разу не ошибалась.
— Как ты планируешь его уговорить учиться?
— Отправим его в Ортен. Через полтора месяца в Ортенской школе магии будет новый набор учеников. Ты скажешь ему, что в школьных архивах есть древние книги и манускрипты по строительству врат в другие миры, он наверняка заинтересуется этим, а попасть в архивы можно будет надев школьный значок.
К беседующей паре, оторвавшись от чадного пламени костра, подошел Керр, Карегар и Ягирра замолчали:
— Я хочу побыть один, не летите за мной. — проронил он и взлетел, направляясь на восток.
* * *
Андрей летел уже довольно долго. Позади остались островерхие снежные шапки вершин и теснины гор. Секвойные и кедровые боры сменились лиственными лесами предгорий. На душе было муторно, смерть Поланы вырвала из нее основательный клок и нечем было заполнить эту пустоту. Когда у него, вдруг, в груди взорвалась маленькая звезда и на минуту остановилось левое сердце, он понял все. Со всей ясностью ему открылось, что его любви больше нет, Полана покинула мир живых. Чужая боль, словно это не в ее сердце пилась оперенная смерть, кинула его на землю. Вместе с болью пришло понимание понесенной утраты. Будто собственными глазами, Андрей увидел караванную дорогу и наседающих на охрану разбойников, заваливших несколько деревьев и перекрывших торговцам все пути к отступлению. Позже он нашел всех татей и заставил их верещать от ужаса, но кто заставит его забыть?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
