Ристанье — см. стр. 301.
Скрижаль — здесь: история.
Князю П. И. Шаликову:
(При получении от него в подарок книги, им переведенной)
("Чем заплачу вам, милый князь?..")
Чем заплачу вам, милый князь, Чем отдарю почтенного поэта?Стихами? Но давно я с музой рушил связь И без нее кругом летаю света,С востока к западу, от севера на юг — Не там, где вы, где граций круг, Где Аполлон с парнасскими сестрами, Нет, нет, в стране иной, Где ввек не повстречаюсь с вами: В пыли, в грязи, на тряской мостовой,«В картузе с козырьком, с небритыми усами», Как Пушкина герой, Воспетый им столь сильными стихами. Такая жизнь для мыслящего — ад.Страданий вам моих не в силах я исчислить.Скачи туда, сюда, хоть рад или не рад. Где ж время чувствовать и мыслить? Но время, к счастью, есть любить Друзей, их славу и успехи И в дружбе находитьНеизъяснимые для черствых душ утехи. Вот мой удел, почтенный мой поэт:Оставя отчий край, увижу новый свет,И небо новое, и незнакомы лицы,Везувий в пламени и Этны вечный дым,Кастратов, оперу, фигляров, папский РимИ прах, священный прах всемирныя столицы.Но где б я ни был (так я молвлю в добрый час), Не изменясь, душою тот же буду И, умирая, не забудуМоскву, отечество, друзей моих и вас!
11 сентября 1818
Князю П. И. Шаликову. Впервые — «Новости русской литературы» (или «Прибавления к Русскому инвалиду»), 1822, кн. 2, № 17, стр. 61—62, со следующим примечанием Шаликова: «Предчувствую, с каким удовольствием читатели сих листков увидят стихи столь давно умолкшего любезного поэта, полученные мною перед отъездом его в Италию». Список послания имеется в альбоме Шаликова (ПД). Послание, где Шаликов назван «почтенным поэтом», вовсе не означало пересмотра Батюшковым своего насмешливого отношения к его творчеству, но было проявлением вежливости: Батюшков написал послание в связи с тем, что Шаликов подарил ему свой перевод «Новых повестей» Жанлис (М., 1818), о чем и говорится в подзаголовке к стихотворению. Шаликов напечатал послание без разрешения Батюшкова, очевидно в целях саморекламы, чем вызвал возмущение Вяземского, понимавшего, что Батюшкову, решившему в это время прекратить литературную деятельность, будет неприятно появление его стихов в журнале. «Ну, как они попадутся ему? — писал Вяземский А. И. Тургеневу. — Что за неуважение такое и варварское насилие?» («Остафьевский архив», т. 2. СПб., 1899, стр. 296—297). Послание отражает намерение Батюшкова надолго покинуть родину.
Парнасские сестры — музы (греч. миф.).
«В картузе с козырьком, с небритыми усами» — цитаты из стихов поэмы В. Л. Пушкина «Опасный сосед», относящихся к ее герою Буянову, который упоминается в следующей строке послания. Те же стихи в связи с образом Буянова использованы в «Евгении Онегине» Пушкина (гл. 5).
Кастраты — певчие в церковных хорах (капеллах).
Послание к А. И. Тургеневу
("Есть дача за Невой...")
Есть дача за Невой,Верст двадцать от столицы,У Выборгской границы,Близ Парголы крутой:Есть дача или мыза,Приют для добрых душ,Где добрая ЭлизаИ с ней почтенный муж,С открытою душоюИ с лаской на устах,За трапезой простоюНа бархатных лугах,Без бального наряда,В свой маленький приютДрузей из ПетроградаНа праздник сельский ждут.Так муж с супругой нежнойВ час отдыха от делПод кров свой безмятежныйМуз к грациям привел.Поэт, лентяй, счастливецИ тонкий философ,Мечтает там КрыловПод тению березыО басенных зверяхИ рвет парнасски розыВ приютинских лесах.И Гнедич там мечтаетО греческих богах,Меж тем как замечаетКипренский лица ихИ кистию чудесной,С беспечностью прелестной,Вандиков ученик,В один крылатый мигОн пишет их портреты,Которые от ЛетыСпасли бы образцов,Когда бы сам КрыловИ Гнедич сочиняли,Как пишет ТянисловИль Балдусы писали,Забыв и вкус, и ум.Но мы забудем шумИ суеты столицы,Изладим колесницы,Ударим по конямИ пустимся стрелоюВ Приютино с тобою.Согласны? — По рукам!
Между октябрем 1817 и ноябрем 1818
Послание к А. И. Тургеневу («Есть дача за Невой...»). Впервые — «Памятник отечественных муз на 1827 г.», СПб., 1827, стр. 6—8, с заглавием «Послание к А. И. Т—ву». С изменениями — «Литературные прибавления к Русскому инвалиду», 1832, от 24 сентября, стр. 615. С заглавием «Мыза Приютино (А. Н. Оленина)» и без семи последних строк — «Русский вестник», 1871, № 10, стр. 615—616. Печ. по «Памятнику отечественных муз» с исправлением ст. 13 по «Русскому вестнику», так как в публикациях «Памятника» и «Литературных прибавлений» этот стих искажен. Написано под несомненным влиянием послания М. Н. Муравьева «К Феоне», где в очень близких тонах нарисовано времяпрепровождение на балтийской мызе. В батюшковском послании идет речь о Приютине — имении Олениных, находившемся в Парголове, в 17 верстах от Петербурга, где собирались поэты и художники.
Добрая Элиза И с ней почтенный муж — А. Н. Оленин (см. о нем примеч. к стих. «Гезиод и Омир — соперники», стр. 308) и его жена Елизавета Марковна Оленина (урожденная Полторацкая).
Мечтает там Крылов. Характеристика Крылова в послании почти совпадает с той, которая дана во втором варианте очерка Батюшкова «Похвальное слово сну» (1816), где говорится, что Крылов «пишет прелестные басни и комедии и необоримую леность свою умеет украшать прочнейшими цветами поэзии и философии» (Соч., т. 2, стр. 210).
Кипренский Орест Адамович (1783—1836) — русский художник, нарисовавший в 1815 г. лучший портрет поэта. Батюшков познакомился с Кипренским в доме Олениных; он высоко оценил его мастерство в очерке «Прогулка в Академию художеств» (там же, стр. 110).
Вандик — Антонис Ван-Дейк (1599—1641), фламандский живописец, портретист.
Тянислов — персонаж комедии Крылова «Проказники», бездарный рифмоплет. По свидетельству Греча, под этим именем следует подразумевать шишковиста П. М. Карабанова, осмеянного Батюшковым и в «Певце в Беседе любителей русского слова» («Газетные заметки» Эрмиона. — «Северная пчела», 1857, от 8 июля).
О Балдусах см. примеч. к эпиграмме «Всегдашний гость, мучитель мой...», стр. 328. И в данном случае Батюшков, несомненно, метил в писателей-шишковистов.
Писали, Забыв и вкус, и ум — перефразированный стих из поэмы В. Л. Пушкина «Опасный сосед» («Ну, к черту ум и вкус! Пишите в добрый час!»). Этот стих, направленный против писателей-шишковистов, Батюшков цитировал в письме к Гнедичу от 29 мая 1811 г., утверждая, что поэма В. Л. Пушкина «не понравится гг. беседчикам» (Соч., т. 3, стр. 128).
"Ты пробуждаешься, о Байя, из гробницы..."
Ты пробуждаешься, о Байя, из гробницыПри появлении Аврориных лучей,Но не отдаст тебе багряная денница Сияния протекших дней, Не возвратит убежищей прохлады, Где нежились рои красот,И никогда твои порфирны колоннады Со дна не встанут синих вод.
Май или июнь 1819
«Ты пробуждаешься, о Байя, из гробницы...». Впервые — «Современник», 1857, т. 62, № 3, стр. 82, в качестве «отрывка из неизвестного стихотворения» К. Н. Батюшкова, написанного в Италии в 1819 г., который сохранился в памяти друзей поэта. По убедительному предположению Д. Д. Благого, произведение на самом деле имеет «совершенно законченный характер» (изд. 1934, стр. 543).
Байя — старинный город близ Неаполя; во времена Римской империи в нем жила аристократия, построившая себе роскошные дворцы. Развалины древней Байи частью затоплены морем. Батюшков упоминал о своей поездке в Байю в письме к Карамзину от 24 мая 1819 г. (Соч., т. 3, стр. 557). Очевидно, около этого времени и было написано стихотворение.
"Есть наслаждение и в дикости лесов..."
Есть наслаждение и в дикости лесов, Есть радость на приморском бреге,И есть гармония в сем говоре валов, Дробящихся в пустынном беге.Я ближнего люблю, но ты, природа-мать, Для сердца ты всего дороже!С тобой, владычица, привык я забывать И то, чем был, как был моложе,И то, чем ныне стал под холодом годов. Тобою в чувствах оживаю:Их выразить душа не знает стройных слов И как молчать об них — не знаю.
Июль или август 1819
