Отмывшись от крови и поколдовав для надежности над раной, я поела и отправилась спать. А поздним утром меня разбудил стук в дверь. Я вытащила из ножен катану и открыла дверь. Брови невольно поползли вверх: передо мной стоял Даррен с букетом синих цветов под мышкой. Долго стучал, наверное.
— Эээ…лорд ди Ойне, какой сюрприз? — я старалась не смеяться. — Чем обязана?
Мой любимый мужчина топтался на пороге, явно не зная сам, зачем его принесло в такую даль к лесной ведьме. Не Зов ли Судьбы сработал, милый?
— Миледи. Прошу прощения за свой спонтанный визит. Кстати, это вам! — помятый букет был извлечен из-под мышки и торжественно вручен мне.
Ну-ну, что скажешь в свое оправдание?
— Я…ээ…приехал извиниться за не совсем подобающее поведение вчера.
— В смысле: за то, что меня спасали? — стою тут на пороге полуголая, плечиком в разрезе ночной рубашки свечу, а он в пол смотрит, скромник. Что ж, буду выводить из себя и на чистую воду, желательно.
— Как вы можете так говорить, Аррлея? — угу, имя у Кера спросить не поленился, умник. — За то, что бросил вас раненную в лесу без должной помощи, уехал, даже не поинтересовавшись именем спасенной.
— Очень оно вам надо, имя каждой спасенной девицы, — буркнула я язвительно, — вы на пороге долго стоять будете или все же пройдете в дом, раз уж притащились в такую даль, благородный лорд?
От возмущения бедный Даррен аж подскочил на месте.
— За цветы спасибо, — я прошла в кухню и поставила букет в кувшин с водой, — дверь за собой закрыть не забудьте, пока я привожу себя в пристойный вид.
Когда я появилась на пороге спальни в золотисто-коричневом платье, с уложенными на затылке волосами, Даррен мрачно сидел за столом, доедая от нечего делать последний оставшийся с вечера пирожок. Нахал.
— Пойдем, — бесцеремонно взяла настороженного таким самоуправством мужчину за руку, веду за собой на улицу.
— Куда ты меня ведешь? — удивительно, как легко он согласился с моей фамильярностью.
— Рас пришел, должна же от тебя быть какая-то польза? — я засмеялась. — Поможешь мне собрать сок кайялов. Сегодня единственный день, когда его сила максимальна.
— Припрягаешь лорда к физическому труду? — Даррен, наконец, разморозился, когда я перестала пытать его о причине прихода.
— Лорду это будет весьма полезно.
— Ты очень непосредственна, маленькая колдунья.
Я посмотрела ему в глаза и ничего не сказала. Уверена, что смущенный с виду своим собственным внезапным приходом, лорд вполне контролировал ситуацию, не доверяя мне, его меч в любую секунду мог быть извлечен из ножен, магическая защита наготове, так что небольшая прогулка с абсолютно незнакомой слабенькой ведьмой ну никак не могла напугать великого воителя-полководца. Какое может быть доверие к людям у человека, прожившего на свете несколько сотен лет? Лишь Зов Судьбы толкнул его ко мне вопреки многолетним привычкам.
Мы шли, переговариваясь, через лес, болтали о мелочах, время от времени кидали друг в дружку листьями и желтыми плодами здешних каштанов. Я рассказала ему байку о своем неудачном замужестве, о брате с сестрой, которые жили неподалеку от Намины, что я давно их не видела, о жизни в лесу. Лизка с Кьеном одновременно скорчили бы скептические гримасы при упоминании о таком родстве, а Даррен все расспрашивал и расспрашивал.
— Стой, — я придержала любопытного Даррена за рукав. — Мы пришли.
За деревьями росло несколько неприступных колючих кустов, волшебные цветы которых давали весьма интересный приятно пахнущий сок. Этой жидкостью смазывались доспехи воинов, после этого их не могла пробить ни одна стрела, за исключением заговоренной, разумеется. Лишь некоторые маги знали, как правильно собирать сок, чтобы действие его длилось как можно дольше, и было как можно сильнее. Полуметровые ядовитые шипы отпугивали любителей легкой наживы, ведь каждый цветок стоил довольно дорого.
— Лея, как ты собираешься их оттуда доставать?
Цветы кайялов выглядели, как круглые радужные мыльные пузыри на ножках, окруженные плотным слоем опасных шипов. На одном кусте кайяла было от трех до пяти таких пузырей, сока одного хватало на укрепление кольчуги от бедер до шеи, включая рукава.
— Как, как, магией! Или ты только для целительства и муштрования новобранцев свои способности используешь?
— Перестань меня изводить, девчонка! — Даррен зашипел, доведенный моими насмешками до белого каления.
— Дар, не злись! — я еле удержалась, чтобы не чмокнуть его в выбритую щеку. — Просто когда ты злишься, еще больше привлекаешь меня.
Я отвернулась, нацеливаясь на первый куст.
— А я тебя привлекаю? — все мужчины одинаковы, будь им хоть сотня, хоть тысяча лет. Тай Ши был более искушен в придворных интригах, ди Ойне в маленьком мирке со своей армией казался менее коварным типом. Хотя, не следует этому верить, стоит лишь вспомнить, что сделал со мной предыдущий Даррен.
— Не отвлекайся. Сотвори струю теплого воздуха и направь ее на основание куста, где выглядывают корни. Ах да, вот тебе сачок.
Мой мужчина посмотрел на меня как на больную, но сачок взял, недоуменно вертя в руках. Ах, милый, как давно ты был ребенком? Да и были ли?
Мы повернулись каждый к своему кусту и пустили узконаправленные потоки теплого ветра. Через несколько минут, когда я уже кожей чувствовала нетерпение, излучаемое Дарреном, кусты задрожали, заскрипели ветвями, издавая звук, похожий на тоненькое хихиканье. Не прекращая поддерживать воздушную струю, я подала своему помощнику знак готовить сачок. Наконец, хихикающие кайялы раздвинули меленько подрагивающие шипы, круглые цветки отделились от ножек и медленно полетели вверх, как настоящие мыльные пузыри.
— Лови! — и мы с главнокомандующим королевской армии запрыгали по поляне как трехлетние дети, стараясь поймать улетающие драгоценные цветы.
Я поймала все, Даррен упустил два: как-никак, сноровка в этом деле тоже нужна. Мы выпустили пузыри в стеклянную банку, которая была запасена заранее в моей сумке, и улеглись на траву, переводя дыхание.
— Лея, ты сумасшедшая! — Даррен повернулся ко мне, привстав на локте. — Да и я хорош, позволил себя втянуть в детские авантюры.
— А в какие авантюры тебя еще втягивать? — тембр моего голоса снизился, вызывая мурашки по коже, взгляды янтарных и карих глаз пересеклись.
Даррен протянул руку осторожно вытащил из моей прически сдерживавшие ее заколки, волна черных волос хлынула на яркую листву. Я совсем забыла, как может быть опасна близость этого человека, хотя, после событий в Ольмии его власть надо мной стала на порядок слабее, но почти забытые мурашки начали свое традиционное шествие по моей спине. Карие глаза затягивали ничуть не меньше, чем черные, исходивший от его кожи аромат солнца и корицы проникал глубоко внутрь, вызывая горячую волну желания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
