в чувства. Сканер засёк не очень мощный сигнал, но короткий. Искин тут же выдал вектор направления на источник. Горизонтальная проекция указывала дом на другой стороне улицы, аппликата[11] выделила первый этаж, «Антикварная лавка», Фавел и Ко. Как не думай, а теперь придётся проверить. Чужая технология не должна попасть в плохие руки. Сама была уверена, что лучше моих и быть не может априори.
Фавел. Узнала сразу, он на всю лавку был в одиночестве, лет не больше тридцати, пацан, но уже держит магазин. Лавка, каких появилось много, ассортимент в глаза не бросался, но состроила заинтересованность и попыталась сориентироваться по визуальному осмотру, сигнал не возобновлялся, а запись расшифровке не поддавалась. На Земле аппаратура в этом диапазоне работать начнёт не скоро. Близость лавки к вокзалу указывала и на скупку вещей без документов, подтверждающих личность. Как правило, и личности известны без документов.
Простой осмотр результатов не дал, ничего похожего и не очень не наблюдалось. Поиск требовал контактного сканирования вещей на прилавках, явно земные можно и не трогать, но поди определи.
— Фавел, мне нужна помощь, — поняла, что без хозяина проблемы не решить. Но использовать только в тёмную. Знаю, как.
— Всегда к Вашим услугам. Как к Вам можно обращаться?
— Без лишнего этикета, просто леди Даная.
Парень даже растерялся от моей простоты, но так надо для дела. Задави и властвуй, кто-то сказал применимо к ситуации.
— Так что вы хотите, леди Даная.
— Я хочу пройтись по всем вашим вещам руками, даже по тем, что на витрину не выставлены. Наверное, придётся закрыть на время магазин. Потерянные возможности компенсирую.
— Не думаю, что это возможно. Ваше предложение вызывает опасение. Наш магазин имеет безупречную репутацию. Рисковать не могу, хотя ничего против Вас лично не имею. Кто-то может рекомендовать?
Вспомнила пароль. В Америке дали хорошие знакомые, единый на все случаи жизни.
— А если Изя из Рима, через одесского Мойшу из Нью Йорка передаёт привет, это стоит рекомендации? — пошла с козырного туза. Парень даже подпрыгнул, то ли от неожиданности, то ли от громких имён, их и произносить в суете не следует.
— А если Вы немного подождёте, леди Даная, — и вопросительно посмотрел в лицо, — мне уточнить надо, очень редкий случай. Как Вас можно представить по телефону?
— Даная Кротова, для Изи просто Дана.
Звонить Фавел убежал в соседнюю комнату, меня бросил со всеми «сокровищами». Он не успел возвратиться, как пришёл вызов мне, конечно от Изи. Упустить момент старик не мог. Умеет дорожить хорошими людьми, а я из них.
— Дана, если бы ты знала, как рад. А самой набрать номер тяжело.
— Изя, дорогой, не говори глупости. Как ты там на чужбине, здоровье выпить рюмочку позволяет? Скажи, что не дождёмся, мне легче на душе станет.
— Даная, как рад! Мой родственник может тебе помочь? Только скажи.
— Даже не знаю, но хочу посмотреть, что на витринах лежит и что под прилавком дожидается и то, что на прилавок бесполезно и ставить.
— Так в чём дело?
— Методы разглядывания у меня свои. Магазин лучше прикрыть на полчаса. Обещаю ничего не разрушить. Ты меня знаешь.
Фавел шептал в полголоса, что магазин уже закрыт на санобработку.
— Дай ка племяшу трубку, чтобы не перезванивать, всего два слова.
Сказал три, у меня телефон как репродуктор орёт: «Помочь и перезвонить». Ничего не имею против, контроль — прежде всего, когда дело касается долга чести. Не смотрите, что еврей.
— Фавел, я сейчас пройдусь по всем экспонатам на полках и под прилавком, а ты собери на столе то, что в дальних и ближних загашниках, даже ненужное на взгляд умного человека. Для чего — знать не нужно. Если найду, куплю. И кофе заварить прикажи, если умеете. В докладе отметят, как положительную инициативу. Изя меня как дочку любит.
Проверка витрин и пыльных подприлавков заняла 20 минут, к каждому экспонату необходимо прикоснуться, для уверенного срабатывания сканера. Ничего, чтобы могло выдать сигнал, что зафиксировал включённый поисковый сканер наручного искина. Импульс был единичным, только точный вектор направления и удалось установить. Но он же был. Стол заваленный непонятным хламом не дал результатов, всё в пределах повреждённых изделий из меди и серебра 18–20 столетия отроду, происхождение земное. Никакое изделие, произведённое на родной планете, в этом диапазоне ментальных волн работать не может. Но уверена, что через некоторое время экспонаты после ремонта займут место на витринах. Тут важно недорогого мастера найти.
— Фавел, я дико извиняюсь, но придётся проверить твой кабинет, а затем и туалет.
— А что Вы Даная ищите? Поподробней нельзя? Помогу.
— Только приблизительно. Вещь скорее всего небольших габаритов, но не миниатюрная, хотя и не исключено. Скорее всего совершенно непонятного предназначения, но выбросить жалко. Материал не относится к дорогим сплавам, возможно даже изготовлена не из металла, но и не из дерева. Может напоминать керамику.
— Да так бы сразу и сказали. Что-то похожее имеется. Вроде шкатулка, но не открывается. Пойдёмте в кабинет.
Кабинет хозяина антикварной лавки располагался в бывшей кухне. Даже умывальник присутствовал, но совмещённый со столиком для заварки горячих напитков. Электрическая плитка под турку явно ручной работы хорошего мастера, сразу видны признаки использования знаний по эргономике. На столе стоял предмет издалека напоминающий малую шкатулку.
Стоило взять в руки, как сканер в техническом диапазоне установил наличие признаков высокотехнологического происхождения. Временной диапазон изготовления материала корпуса 12 000 лет. На земле в те времена мастеров было нисколько, даже топоров в наличии не имелось, как и дровосеков. Теперь можно и кофе потребовать, договаривались, и оборудование вижу в наличии, да и запах хороший в кабинете трудно спутать.
— Фавел, заваривай, нашла. За чашкой и поговорим. Только чем тебя привлёк этот брусок, можно сказать? — мне интересно было услышать.
— Так к ней на донышке замша приклеена, очень приятно, стол не царапает, бумаги от ветра прижимает хорошо.
Просканировала замшу, а заодно и клей. Десять лет назад присобачили. Самой замше 12 годков со дня, как с оленёнка шкуру содрали, материал северного происхождения.
— Должна огорчить, эту вещь я выкуплю. Могу замшу оторвать
