Я поморщился.
— Даже возвращаться к этой теме не хочу, принцесса! — покачал я головой, открывая перед ней дверь. Здороваясь и обмениваясь рукопожатием с охранником на входе и увлекая в глубь здания.
— Но Тим!
— Злата, что было, то было. Я уже не раз говорил тебе и твоему отцу, денег я не возьму. Мне не привыкать начинать все с начала. Как упал, так поднимусь. Тем более, с твой поддержкой, принцесса, моргнуть не успеешь, как мы откроем с десяток таких клубов. Поняла?
В ответ мне буркнули что-то недовольное. Хотя как бы Злата ни строжилась, порозовевшие щечки трудно было не заметить. Мои слова достигли цели.
На этом наши перепирания закончились, потому что, как черт из табакерки, перед нами вырос Леха. С улыбкой от уха до уха и с до ужаса довольным фейсом. Раскланялся, попытался включить с Золотаревой джентльмена, за что удостоился фирменных Златовских колкостей в ответ, и попросил пройти с ним в кабинет. Что происходит, я до сих пор не мог понять.
Златку усадили у барной стойки, организовав для нее десерт с молочным коктейлем. А мы с Лешей прошли в кабинет. Друг был явно чем-то взволнован и скакал чуть ли не вприпрыжку передо мной.
В кабинете он закрыл за нами дверь и махнул головой в сторону стола, явно намекая на лежащие там бумаги, улыбнулся и сказал загадочное:
— С возвращением, дружище! — развел руки, намекая, что пора обняться.
— Лех, ты головой стукнулся?
Я, наверное, сейчас выглядел, как баран, со стороны. Который пялится на ворота, читай, на друга, и не знает, что с этим делать.
— Или обкурился?
— Абашев, твою мать, ну, нельзя же быть таким серьезным.
— А ты можешь нормально объяснить, что к чему? Что за девчачьи ужимки? Секреты какие-то, недомолвки, я, блин, мысли читать не умею.
— Вот я не пойму, кто в вашей паре беременный. Ты или твоя принцесса?
— Млять, Леха, давай сразу к делу! — начинал я не на шутку закипать.
— Бумаги видишь? Пробеги глазами, и все станет ясно.
Я вздохнул, не понимая, какого лешего я все еще трачу тут время, и взял бумаги со стола. Сначала даже толком вчитываться не собирался, но уже на строчке «договор купли-продажи» напрягся. А когда с завидной регулярностью стала мелькать фамилия Галямова и Абашева, меня словно по голове хорошенько приложили. Мысли вылетели, в голове осталась звенящая пустота и неверие в то, что я вижу.
— Это… это как это? — перечитал еще раз договор от и до, поднимая взгляд на улыбающегося во все тридцать два друга. — Я ни черта не пойму.
— А что там непонятного, Тим? Доля клуба вернулась к законному владельцу. Поздравляю с выгодным приобретением, — тянет друг руку, а я чисто на рефлексах пожимаю, все еще слегка не «вкуривая», что вообще происходит.
— С какого она вернулась-то…
— С такого. Посмотри на имя покупателя.
Перелистнув пару страниц, наверное, еще до того, как я увидел подпись и инициалы, я уже понял, кто эту сделку провернул. Но дабы убедиться еще с десяток раз прочитал следующую за размашистой подписью, расшифровку:
«Абашев Д.Т.»
Батя.
Не знаю, как я вообще на ногах устоял. Ощущение было такое, как будто небо на голову рухнуло со всей дури. Вроде и облегчение, а вроде…
Теперь наше молчание начало неожиданно давить в тысячи раз сильнее. Почти что ощутимо сдавливая плечи невидимым грузом.
Однако этот жест стал для меня весомей любых слов отца. Лучший показатель того, что какие бы отношения между нами не были, в любой момент, любую минуту я мог бы набрать его номер и получить полную, безоговорочную поддержку.
— Твой отец предложил за твою долю Галямову приличные деньжищи. Тот и не смог отказаться. Тем более, в управлении, как оказалось, мой родственничек слабоват, намучался я с ним, конечно, — ухмыльнулся Леха. — Так что буду рад снова сотрудничать, Тимур.
А я-то как буду!
Наверное, впервые с момента, как я сегодня переступил порог этого кабинета, мне удалось улыбнуться. Потер глаза, еще раз посмотрел на бумаги в своих руках и просто почувствовал себя небывалым везунчиком.
А уже вечером, дома, когда Златка сладко уснула у меня под боком на очередной серии нудненького сериала, я набрал отцу СМС. Короткое, но, думаю, веское для него:
«Спасибо, пап».
И хоть до полного примирения нам еще как пешком до луны и обратно, но присутствие любимых женщин в нашей жизни нас с ним явно сделало мягче, терпимее и научило задвигать свою гордость на задний план, когда дело касается семьи и дорогих нам людей.
Глава 34. Злата и Тимур
Семь месяцев спустяЗлатаФевраль. Вчера весь вечер и ночь за окном завывала метель. А утро просто изумительно. Солнце только просыпается, и его лучи только-только пробуждают природу.
Стою у окна своей спальни в родительском доме и чувствую себя так спокойно, что даже шевелиться не хочется.
— Уже проснулась? — в спальню заходит мама. Приобнимает меня за плечи и целует в щеку. — Как спалось?
— Непривычно, — пожимаю плечами. — Я уже привыкла, что Тимур спит рядом. И так спокойно от этого. А тут проворочалась, да и карапуз пинался полночи, видимо, тоже требуя отца, — усмехаюсь и кладу ладонь на уже огромный живот.
— Может, стоило отложить свадьбу на весну или лето? — снова заговорила мама.
Нет, родители не против нас с Тимуром. Она беспокоиться за меня. Ведь еще пара недель, и рожать.
— Ничего, я справлюсь. Мы с Тимуром так долго ее планировали, что я не хочу от этого отказываться.
— У тебя все по высшему классу, — усмехается мама.
— У меня все самое лучшее, — улыбаюсь в ответ.
— Ну, что ж, тогда завтракать и собираемся, — погладила меня по плечу. — Давай, там сырнички напекли, пойдем. А то потом когда удастся поесть, неизвестно, — запричитала она и вышла из комнаты, оставив меня одну.
Я последовала за ней, но остановилась у платья, что висело на вешалке. Нежного цвета, с чуть розоватым отливом. Красивый лиф с нежной вышивкой. Завышенная талия, в связи с особенностью моей фигуры на данный момент, и красивая ткань юбки, что струится великолепными волнами к самым ногам. Единственное, никаких каблуков. Тим строго-настрого запретил. Поэтому под платье, к которому прилагается красивая шубка, подарок мамы, пойдут сапожки из натурального меха, а в ресторане я переобуюсь в балетки. Все ради здоровья моего карапуза. Который так и не показался и не раскрыл нам свой секрет.
Узист лишь каждый раз пожимала плечами и говорила:
— Скромный малыш или просто хочет сделать родителям своим сюрприз.
Поэтому мы для детской выбрали нейтральные цвета.
Снова поглаживаю живот, который замер, хотя всю ночь буйствовал и требовал папку под бок. А затем отправилась вниз на завтрак. Думаю, мама уже ждет-не дождется.
Волнение? Еще какое. Но я уверена, что все будет очень и очень круто. Приглашено много гостей, заказан один из самых модных ресторанов города. А главное, что в этот день со мной будут самые близкие. Родители, Ева с мужем. Не знаю, как она справится, может, деток оставит с няней. Ведь Амине всего пять месяцев. Девочки с работы да хорошие друзья родителей. Со стороны Тимура не так много гостей, но тоже будут, включая его маму, прилетевшую из Лондона, и отчима, с которым у парня сложились достаточно неплохие отношения.
— А кто тут у нас такой… — в пороге моей спальни зависла Крис, — толстый!
— Ты спятила? — усмехнулась я.
— Да не фига, ты посмотри, какая ты большая, мать! Я тебя не видела всего пару недель. Мне кажется, там у тебя двойня, как минимум.
— Нет, там один пузожитель, и это точно.
— Значит, будет богатырь или богатырша, — смеется подруга. — Так, времени в обрез, давай, помогу тебе одеться. Там уже подъехала женщина, прическу твоей маме делает. Следом тебе.
И понеслось. Чулки, платье… прическа с миллионом шпилек. Визажист с кисточкой. От этой суеты я изрядно подустала.
