благодаря поддержки других знатных семей мы смогли выиграть дело. Возможно, здесь удастся так же повлиять на ход войны одним вечером.
Поэтому так или иначе ехать придётся. Возможно, знакомство с высшим светом этого государства поможет нам выиграть войну.
Правда там, где я беспокоился, где обдумывал план до самых мелочей и пытался найти причину, чтобы всё же остаться в поместье и вести уже привычную мне деятельность дальше, Катэрия, наоборот, будто ожила.
— Ты должен поехать, Грант, — безапелляционно заявила она. — Нас пригласили на официальное мероприятие. Туда даже не все охотники попадают, лишь самые-самые. Это огромная честь оказаться там.
— Знаю. Я не отказываюсь, если ты заметила.
— Однако я вижу твоё беспокойство. Но ведь здесь останется Зигфрид. И у тебя ещё есть время объяснить, как всё работает Артемию. Поправь, если я ошибаюсь, но, как ты говорил, один из критериев — размер. А он как раз крупный.
— Поправлю. Важен не только размер. Тот, кто никогда не работал в активной броне, тем более не сможет нормально в ней двигаться сейчас, когда она работает вкривь и вкось.
— Как бы то ни было, проигнорировать приглашение на этот приём будет едва ли не чистым проявлением неуважения.
— Даже когда они видят, что у нас война? Знают о нашем положении и всё равно требуют?
Катэрия сделала пару шагов вперёд и положила руки мне на плечи.
— Дело не в том, что происходит у тебя на фронте. Дело в том, как это выглядит для других, Грант. Ты можешь сейчас отказаться, объяснить ситуацию и так далее. Существуют всё же ситуации, когда ты можешь ответить отказом. Но ты ведь так не сделал, верно?
Не сделал. У меня в шкафу висел уже готовый на тот вечер костюм, который поедет со мной в столицу на бал.
— Репутация, новые знакомства и, естественно, твоя сила. Своим присутствуем ты покажешь, что даже война с домом для тебя не столь страшна, раз у тебя нашлось время посетить бал. Люди воспримут это благосклонно и с уважением. Всем нравятся сильные личности.
Да, показать, что для тебя любая война не война, а небольшая разминка. Просто мне действительно не охота покидать поместье в столь сложное время. Мы уедем дня на три, может чуть больше, однако как знать, чем это обернётся.
— Но ты и сама туда хочешь, не так ли? — спросил я, пытаясь её поддеть, но Катэрия ударила в лоб.
— Да. Мне тоже не помешает после случившегося там оказаться, — не стала она даже пытаться отрицать. — Я, кстати, выбрала уже платье. Хочешь посмотреть?
— Давай посмотрим, — пожал я плечами. Сейчас я так или иначе свободен.
— Тогда присаживайся, будь добр, — толкнула она меня в грудь пальцами обеих рук, заставляя сесть на кровать.
Катэрия подошла к шкафу, где осторожно достала платье сизого цвета. Я сразу узнал этот его — такого цвета появляется дым, когда в поршневых двигателях в цилиндрах сгорает помимо топлива и масло. А это значит, что там могут выйти из троя кольца или прокладки, а может…
— О чём думаешь? — спросила Катэрия, расстёгивая на себе блузку. — У тебя опять глаза смотрят куда-то вдаль.
Лучше тебе не знать, дорогая, разочаруешься…
— О том, по какой причине сгорает масло в цилиндрах.
— Глядя на меня, ты думаешь о двигателе? — нахмурилась она, даже на мгновение остановившись.
— Да.
— Ход твоих мыслей, наверное, навсегда останется для меня загадкой, — продолжила она всё снимать.
Вот на дверце шкафа повисла рубашка, вот брюки спустились на пол, оставив Катэрию в нижнем белье.
Сисек, конечно, ей не подвезли, но вот жопа как орешек.
Возможно, я слишком пристально смотрел на неё, так как у Катэрии начал слегка бегать взгляд, будто она смутилась. Хотя странно, что до нижнего белья раздеться не постеснялась, но дальше — смутилась.
— Ты не мог бы отвернуться?
— Я же уже видел тебя голой, — напомнил я.
— Я тоже видела себя голой. Отвернись, пожалуйста. Твой пристальный взгляд на мои ягодицы слегка смущает меня.
Я отвернулся, прислушиваясь к тому, как она раздевается и одевается вновь, пока Катэрия не попросила:
— Можешь застегнуть?
Она стояла передо мной спиной, прося застегнуть на ней молнию, до которой не дотягивалась. Я послушно встал за ней, взявшись за собачку замка. Она медленно убрала волосы в сторону, чтобы их случайно не зажевало. Я осторожным движением застегнул молнию до конца и…
И сейчас самое время поцеловать её в шею сзади! Спорим, её проберёт до мурашек.
…чего я делать конечно же не буду.
Очень зря! Может именно этого она и ждала.
Значит, не дождётся.
Катэрия сделала пару шагов вперёд и крутанулась на месте, позволяя мне рассмотреть её со всех сторон.
— Ну как?
— Нормально.
— Подозреваю, будь я одета в новейшую военную экипировку, ты бы не смог бы от меня взгляда отвести, да? — хмыкнула она негромко.
— Думаю, там было бы, на что посмотреть, — окинул я её взглядом.
Обычное сизое платье. По сути, обычная ткань, которой придали форму, без каких-либо изысков. Плечи полностью открыты, грудь в корсете, который покрыт вуалью, будто она накинул ещё что-то сверху. Само платье узкое, но при этом со множеством складок. Подолы касаются земли и будут подметать весь пол. А ещё…
— У тебя соски видны через верх. Так и должно быть? — решил уточнить я.
Катэрия покраснела, окинув себя взглядом.
— Это единственное, что ты заметил на мне? — слегка покраснела она.
— Ну… да, судя по всему, да, — кивнул я. — Тебе идёт.
— Спасибо, Грант. Думаю, этот наряд отлично подойдёт к твоему костюму. Ты ведь наденешь тот же самый, что на прошлые встречи? — уточнила она.
— У меня есть другой? — пожал я плечами.
— Вдруг завалялся, как знать. Поможешь теперь расстегнуть?
И она начала переодеваться. Признаюсь честно, я всё же бросил на неё косой взгляд, когда она стояла ко мне спиной. Не знаю, зачем, но взгляд сам по себе пробежался по её голой ровной спине, белым трусам, полукруглым ягодицам и до самых пяток. Даже удивительно, что при такой фигуре Катэрия умудряется быть такой выносливой.
— Я думаю оставить Грога, — негромко произнёс я, пока Катэрия одевалась.
— Почему?
— Кто-то должен остаться, одного Зигфрида будет мало. Мне,
