если он такой непослушный?
— Вы что! — Оксана буквально подпрыгнула. — Его нельзя стрелять, это же Хведька!
— Федька⁈
— Нет-нет, Хведька — думали назвать Хвост или Петька, в результате получилось такое вот…
— И как это делает его НЕ вредителем?
— Не делает… Он хороший, просто очень любопытный и не всегда слушается.
Хведька смотрел на меня с видом оскорблённой невинности, который несколько портил прилипший сбоку к морде лист салата. Кенгуранчик слизнул его и начал задумчиво пережёвывать улику.
— После него в парнике хоть что-то останется к концу недели?
— Так он только то, что ненужно выедает — самое ядовитое выбирает и, горькие кусты выбраковывать помогает. Он полезный!
— К чему тогда было это вот перетягивание хвоста⁈
— А вы его лапы видели⁈ Он два кустика съест — шесть вытопчет! Там же ласты семьдесят последнего размера, причём поперёк!
Я невольно улыбнулся:
— Ну, тут ты уже преувеличиваешь!
— Если посмотреть на грядки, по которым он прогулялся — то можно подумать, что преуменьшаю!
— Тут ещё и грядки есть снаружи⁈
— Да, правда, пока немного…
За следующие двадцать минут узнал о ходе работ. Результата ждать пока что было бы смешно, хотя того же будущего салата в теплице дозревал уже второй урожай, правда, не второе поколение: семена у оставленных на племя растений первой посадки пока не вызрели. Обсудили и виды на урожай ягод. По словам Оксаны получалось, что «не урожайным» был первый год, в этом она ждёт минимум в полтора раза больше, чем в прошлом. Она даже до «дынных слив» добралась с помощью брата, который не только сопровождал её, но и пригибал выбранные сестрой растения для осмотра. Фёдор был, если брать чистый вес, минимум вдвое больше сестры, но слушался её даже с каким-то удовольствием. Кажется, это у них было каким-то элементом игры, куда я предпочёл не углубляться.
Кстати, эта деловая мелочь уже и план работ по сливам тоже составила: тут тебе и определение момента наибольшей концентрации обезболивающего агента, для чего собиралась срывать для анализа ягоды каждые три дня, и определение оптимальной даты сбора спелых ягод, чтобы они уже обладали вкусом и всеми свойствами, но ещё обладали какой-никакой лёжкостью. И даже эксперименты по изготовлению из слив сухофруктов с последующей проверкой свойств! Вот скажите: почему до сих пор никому в голову не пришло засушить эти ягоды, если те же яблоки или вишни сушатся вёдрами⁈ Потому что они волосатые?
Удивился только и даже не поленился спросить — как она собирается всё это успеть одна? Или будет набирать помощников — для тех же работ в теплице и на грядах, не копать же ей лично лопатой? Напомнил, что она теперь в разряде специалистов, а отнюдь не подсобных рабочих, потому должна учиться командовать не только братом. Задумалась. Все работы одобрил и пообещал финансировать без задержки. Даже записал в блокнот, чтобы не забыть проинструктировать главного бухгалтера. Он, кстати, арендовал в Смолевичах домик на полпути от моего городского к центральной площади и оборудовал там своё хозяйство, с помощниками, канцелярией и приёмной для посетителей. Надо будет подумать о его приобретении и переоборудовании, но — чуть позже.
Несмотря на то, что Оксана, конечно, специалист — сам прошёлся и проверил её слова о будущем урожае лично. Если засухи не будет — то да, ягод наберём много. Съездить бы ещё, посмотреть на то, как живут хутора под защитными куполами, что ставились в моё отсутствие: в мае не успели, приехали в июне и ещё пытались истребовать моего личного присутствия, несмотря на то, что Маша и так равными правами обладала, да плюс ещё и доверенность от меня имела. Но «здесь им не тут», подготовились мы к этому на всякий случай, да и поверенного заранее подтянули. А главным аргументом, который заставил приезжих специалистов отступить, стал самый простой: они сами опоздали. Я, мол, пока мог — ждал, а теперь я в армии и сам себе не принадлежу, увы. Так вот, съездить бы, посмотреть — но могу не успеть до приезда моих домашних. Точнее, в Щучий прокатиться ещё можно успеть, а вот на Самоцветную реку — без вариантов. Но так или иначе — на моей изнанке уже не три защищённых поселения, что тоже не на всякой имеется, а целых пять, причём в каждом из них — своя особенность и своя хозяйственная деятельность. Разве что в Щучьем она сейчас носит ярко выраженный сезонный характер. Но ничего — будем использовать как базу при сборе урожая с дальних ягодников и для экспедиций вдоль Щучьей, в том числе в поисках места под более-менее удобную переправу.
Сходил ещё в расположение медленно подрастающей дружины, которая до штатной численности, на которую опирались в своих рассуждениях знакомые жандармы в Могилёве, пока не дотягивала: и миномётных расчётов было четыре на пять орудий — четыре буксируемых и одно самоходное, и бойцов «линии» из заявленной полусотни чуть больше тридцати, и тыловиков едва две трети от необходимого. Не в том дело, что людей найти не можем, желающих как раз хватает, можем выбирать, просто наращиваем постепенно и не торопясь, ибо дорогое это удовольствие. Одна только форма с бронёй сколько стоят, которые надо закупать и шить для каждого новичка, да с запасом! Плюс обучение (или переобучение, что зачастую сложнее и дольше) требует времени и отвлечения опытных дружинников от их службы. В общем, порадовался растущим запасам в арсенале, прогоняя от себя мысли о цене удовольствия и о том, сколько мне лично предстоит работы по изготовлению взрывателей для мин (а нанимать специалиста на стороне обойдётся вовсе в негуманную сумму). Да, полная механизация дружины — тоже не совсем чистая правда. Если брать нынешний состав — то да, всех бойцов со штатным вооружением и одним боекомплектом можно перевезти за один рейс имеющимся транспортом, пусть при этом вместе с миномётными расчётами будут ехать по одному-два «посторонних». А вот полный штат — никак. Надо одновременно с набором людей делать и транспорт, хотя бы частично бронированный. И боеприпасов хотелось бы иметь с собой чуть больше минимально необходимого.
Наконец, признался сам себе, что не могу ни на чём толком сосредоточиться, переоделся обратно в дорожный костюм, взял с собой на всякий случай запасного шофёра и на «жабенвагене» поехал навстречу фургону.
Дамы, как выяснилось, никуда не торопились, двигались не спеша и я встретил их на окраине Березино! Честно сказать — на мне
