и остальные мужчины были удивлены не меньше.
- Таким, что в наш приличный город не следует пускать таких шлюх, как ты! - мужик, казалось сейчас начнет кусаться.
Марья вопросительно взглянула на Ника, и тот кивнул головой. После чего женщина спокойно встала, улыбнувшись, попрощалась с шерифом и его помощником, не взглянув на озабоченного идиота, ушла.
- Сударь, - Ник говорил ледяным тоном. - Сейчас вы нарушили все правила приличия, необоснованно оскорбив вдову моего брата. И это после того, как принимали наше гостеприимство! По сему, не считаю вас больше гостем и требую немедленно покинуть наш лагерь.
- Я сказал правду!
- Вы проявили верх лицемерия, - губы Ника покривила усмешка. - Впрочем, как и многие из живущих на одном месте. Вы оставляете своих жен на ранчо заниматься домом и детьми, а сами заводите в городах любовниц. При этом считая их леди, а никак не шлюхами, - Томпсон замер, выпрямившись, шериф с интересом разглядывал Ника, а его помощник откровенно развлекался. - К тому же, вам кажется, что никто о ваших шашнях не подозревает. О да, ни одна живая душа! Только полгорода и ваша собственная жена! Но все делают вид, что ни сном, ни духом и все приличия соблюдены. Только как же вы начинаете суетиться, когда выясняется, что ваша пассия ждет ребенка! - мужик, казалось, перестал дышать, шериф начал поглаживать усы, закрывая расползающиеся в улыбке губы, его помощник что есть мочи сжал зубы.
- Вы, циркачи, вообще живете в грехе! - хрипло и нервно все же попытался отлаяться мужик.
- Возможно, но мы живем честней!
- Честней - это как? - искренне заинтересовался шериф.
- Мы всю жизнь на колесах, мы встречаем людей и они, как проплывающий мимо пейзаж, оказываются там, позади, - Ник отвернулся от Томсона, полностью его игнорируя, и обращался только к двум собеседникам напротив. - В труппе артисты тоже меняются, кто-то приходит к нам, кто-то уходит в другой цирк, и между актерами редки семейные пары. Но люди есть люди, они не венчаны, но живут вместе. И если мужчина в такой паре заведет интрижку на стороне, то женщина не будет втихомолку плакать. Она возьмет в руку скалку и быстро выяснит, чего ее благоверному не хватает в ней самой, и что он решил поискать на стороне.
- Мне тебя учить не надо! Сковородка на плите!
Мужчины, представив сию картину, весело засмеялись.
- И что, вы спокойно будете смотреть на ее узкоглазого любовничка?! - никак не мог успокоиться мужик.
- Кианг такой же мужчина, как и все, если не верите, можете спросить нашего доктора, он подтвердит,- уже явно издеваясь, ухмыльнулся Ник. Потом как будто что-то вспомнив, покачал головой. - Хотя доктор у нас тоже китаец, может и соврать...
Томпсон встал из-за стола и деревянной походкой отправился к коню, которого уже заседлал и привел один из братьев Джей, а за столом раздавался едва сдерживаемый смех.
- Мистер Ротрок, - вытирая выступившие от сдерживаемого смеха слезы, поинтересовался шериф. - Откуда вы знаете о его любовнице, о том, что она ждет ребенка и о чем шепчутся кумушки?!
- Да?! - Ник ошарашенно оглянулся в ту сторону, куда уехал бывший гость. - Но я же не о нем, а вообще, гипотетически так сказать...
- Дааа,- протянул молчавший до этого Федор. - Умеешь ты пальцем в небо попадать...
- И уже не первый раз!
***
Марья вышла на берег, уже одетая в привычные брюки, с гостями она больше общаться не собиралась. Понаблюдала, как Кианг сосредоточенно разбирает плот, причем никто ему почему-то не помогает. Почему, женщина поняла, как только частично сняла защиту, поставленную еще на подплытии к берегу. Отчасти нападение было столь внезапным из-за этой самой защиты, выставленной всеми ходоками, да и ящерками тоже, уж больно радостная буря поднялась в эмоциональном поле. Теперь же, частично открывшись, Марья почувствовала, каким мрачным было настроение кузнеца. Не подходи – покусаю, было самым близким определением. Вот и не подходили, тем более и сам справлялся прекрасно.
- Помочь? - намеренно беззаботно предложила Марья. На нее глянули исподлобья, но промолчали. И женщина решила поиграть в чугунную трубу, в которой, как известно, ни шарма, ни гибкости не наблюдается. - Киааа!!! Ты чего бесишься?
- Ты слышала, что сказал Ник? - хмуро осведомился кузнец и повернулся, опять намереваясь взяться за разборку плота, но был пойман за пояс брюк.
- Слышала, и посмеялась, - улыбаясь, подтвердила Марья.
Кианг, который и не собирался вырываться, оглянулся, внимательно посмотрел в лицо женщины и вздохнул.
- Я вас не понимаю...- он сел на ближайшее бревно, и Марья тут же пристроилась рядом.
- Объясни, что тебя так расстроило? Насколько я знаю культуру Китая - то, что сказал Ник, тебя не должно было обидеть...
- Меня? - Кианг удивленно вскинулся. - Он оскорбил и унизил тебя! Перед совершенно чужими мужчинами...
- Меня? - как удивленное эхо переспросила женщина. - Не понимаю, он же ничего такого не сказал...
- Он поставил всех в известность, что ты моя любовница, - чуть ли не по слогам произнес Кианг, окончательно уверившись, что его действительно не понимают. Не только Марья, но и все ходоки вместе взятые.
- Фууу, какое противное слово - любовница! И вообще, если бы у тебя была жена, тогда я была бы, верней не была бы, ибо с женатыми не связываюсь, твоей любовницей! На данный момент я твоя подруга!
- Если не жена, то любовница, третьего не дано, - уперся Кианг.
- Ладно, фиг с ним, не будем циклиться на названии, - прервала спор женщина. - Ты внятно поясни, почему он меня того...
- Потому, что быть любовницей китайца для белой женщины позор!
- Да-а? - Марья сделал вид, что озадачена. - И что, никогда не бывают? Ну, белые женщины того, любовницами?
- Бывают, и часто...
- Э-э-э?!!!
- Но это не выставляют напоказ, и все окружающие тоже делают вид, что ничего такого нет...
- А! Как всегда двойные стандарты! – радостно, от того что наконец-то уяснила в чем проблема, подпрыгнула Марья. - Я-то думала, что за ужасный ужас случился, а тут такая ерунда!
- Марья, да тебе в этом городе в след плевать будут! - попытался он достучаться до здравого смысла своей женщины, но тщетно, она легкомысленно отмахнулась:
- Киа, не бери в голову! Ты, главное,
