себя приводить…
Кое-как нам удаётся высушить плакат и частично исправить его, налепив детские ладони с помощью красок.
Пирог я успеваю доделать буквально впритык к возвращению Миши. Соответственно, ни привести себя в порядок, ни привести в порядок дом, девочек и собак не удаётся. Я стираю краску со стола и ставлю пирог по центру, когда снаружи раздаётся шум подъезжающей машины.
— Девочки, берем плакат! Быстро!
Мы встаём рядом со столом.
В зеркале на стене ловлю своё отражение — чёрт возьми! Да у меня всё лицо синее!
Пытаюсь слюнями стереть краску, но это бесполезно. Капец!
Входная дверь открывается и на пороге появляется Бурый.
— С днём рождения! — хором орём мы с девочками.
Только Миша оказывается не один. Вслед за ним заходит… женщина…
* * *
Не поняла… а это кто такая?
Мой взгляд автоматически приковывается к высокой фигуристой блондинке. На ней белая укороченная шубка и сапожки на высоком каблуке, и на фоне этой незнакомки я тут же чувствую себя ещё более стрёмно с синими пятнами краски на щеках. Продолжаю хмуро её разглядывать, помогая девочкам держать поздравительный плакат. Машинально внутренне вся напрягаюсь, перебирая в мыслях варианты, кто это может быть и с какой стати она приехала с Мишей к нам домой?
То есть, к ним. К ним домой, я имела в виду…
Блондинка в свою очередь тоже смотрит в нашу сторону. Неожиданно позади неё сильнее распахивается дверь, после чего на пороге вырастает крупная фигура Андрея. Он чуть наклоняется и со спины приобнимает девушку за талию.
Кажется от облегчения я чуть плакат не выронила.
Так значит, эта женщина с ним!
А, кстати, это не та ли блондинка-начальница, о которой Миша с Андреем в прошлый раз говорили? — Ох ты ж ё моё! — присвистывает вдруг Андрей, переключив моё внимание на себя, и его взгляд проходится по новому сине-бурому дизайну дома.
Миша тоже оценивает измазанных краской собак, затем фиксирует синий ковёр и, наконец, смотрит на нас с девочками.
— С днём рождения, папочка! — ещё раз кричат Тася с Васей и с довольными улыбками бегут к нему.
— Папа, мы тебе плакат налисовали. И Маша пилог испекла!
— Здорово, спасибо, — Бурый обнимает дочерей, выгнув бровь, потому что у них руки и лицо частично измазаны краской. — Я смотрю вы прям старались. Что называется, по полной выложились, — рукой вытирает пятно краски с лица Таси.
— Это собаки виноваты! Они нам чуть плакат не исполтили. Но Маша помогла всё исплавить! Вот! — они гордо растягивают плакат и показывают отцу и всем гостям.
— Андлей! Видишь, какой мы папе плакат налисовали! — счастливая Тася улыбается во весь рот и показывает на рисунок.
— Очень крутой. Но почему медведь… наполовину голубой?
— Это голубой папа-медведь, — важно поясняет Тася.
— Я хотела бурого! Но Тася решила, что папа должен быть голубым! — ворчит Вася.
Андрей громко ржёт.
— Он потом определиться, какой он, голубой или бурый.
— Я думаю, с этим я уже давно определился, — хмыкает Миша, проходя на кухню.
— А ты кто? — Тася указывает пальцем на блондинку, разглядывая её с детским любопытством в глазах. — И потему тебя обнимает наш дядя?
Я вижу как Миша подавляет смешок, приложив кулак ко рту.
— Нель, ты проходи, не стесняйся, — приглашает Андрей девушку, помогает ей снять верхнюю одежду, после чего все они оказываются на кухне. — Знакомьтесь, это Нелли. Моя… подруга.
Нелли, это мои племянницы Тася и Вася. А это… — он не успевает договорить, потому что Тася практически отпихивает его и сама встаёт перед блондинкой.
— А это наша Маша! — громко орёт, пожав Нелли руку.
— Мне очень приятно, — здоровается девушка и сдержанно улыбается, протянув мне бумажный пакет, в котором оказывается бутылка вина.
— Вы проходите и садитесь за стол. Я приготовила праздничный ужин, — неловко указываю рукой на стол.
Какая Нелли ухоженная. И маникюр идеальный. А я, блин, выгляжу как какое-то пугало, наверное!
— Да, кстати, Нель, Маша прекрасно готовит, — подмигивает мне Андрей. — Тебе повезло, что ты попробуешь её стряпню. Она того стоит, уж поверь.
— А я вот не могу этим похвастаться, — смеётся Нелли. — Ну, такой пирог я точно приготовить не сумею.
— Пирог коричневый, — усмехается Андрей, ткнув брата локтём в бок. — Не голубой.
— Лучше вино налей, шутник. Поухаживай за дамами, — Миша забирает у меня пакет с вином и отдаёт Андрею.
Пользуясь тем, что Нелли и Андрей отвлекаются на поиски штопора, я поворачиваюсь к Мише. — Ты почему не предупредил, что будешь не один? — шиплю, нервно дёргая край испачканной майки.
— А кто делал вид, что не помнит про мой день рождения? — улыбается Бурый, наклонившись ко мне.
— Я хотела сделать сюрприз!
— И он у тебя получился.
— Ага! Я на чучело похожа. Ты только посмотри на меня!
— На мой взгляд, оригинально, — хмыкнув, он проводит большим пальцем по моей щеке, очевидно, где самое яркое пятно синей краски.
— Отвлеки всех, а я пойду переоденусь и умоюсь! Я даже не успела причесаться! Ужас! — машинально тянусь к волосам, которые наверняка сейчас на копну сена похожи. — Жесть. Да мне и за час себя в порядок не привести! Я не ожидала, что будут гости и вообще…
— Ну-ка пошли, — Миша неожиданно хватает меня за руку и тянет за собой, бросив брату, что мы скоро вернёмся.
Когда мы оказываемся в моей спальне, он закрывает за собой дверь, упирает ладони по бокам от меня и нависает сверху.
— Ну, да-да, знаю. Давай говори, что я косячная, бедовая, и оставить меня на пять минут нельзя! Даже сюрприз и тот сделать не смогла, как надо!
— Маш…
— Я, правда, хотела, чтобы всё было идеально! Собака схватила плакат, и мне пришлось бегать за ней! Что я могла сделать?
— Ма-ша…
— Теперь весь дом синий. И ты наверняка думаешь…
— Твою мать! Маша, блин, — Миша громко выругивается, затем руками обхватывает моё лицо и прижимается к губам. Не ожидав поцелуя, я резко цепляюсь пальцами за футболку Бурого и машинально открываю рот, пытаясь сделать вдох. Миша сразу этим пользуется, протолкнув язык внутрь. Его пальцы поглаживают мои щеки, затем руки
