Читаем без скачивания Сын Галактики - Дмитрий Викторович Распопов

– А чем тебе крейсеры не понравились? – удивился Келлер.

– На них нет бортовых истребителей для разведки, и трюм мал для абордажных команд, – ответил я. – А на миноносцах слишком мало боекомплекта, два минирования – и все, пустые трюмы у всех четверых.

– Действительно, проблема. Может быть, увеличим их размеры?

– Наверное, нужно.

– Договорились, изменю проекты. Когда выходить хочешь?

– Да, я тебя хотел спросить: будем минировать сектора перед наступающими или все же лучше мне разрушать их сырьевые и промышленные комплексы?

– Конечно, второе, – тут же ответил Келлер. – Это будет наилучшим вариантом.

– Хорошо, сколько готово рейдерских групп? – спросил я.

– В старом или новом составе?

– В старом, конечно, новый нереально создать за такой короткий срок.

– Тогда готовы все девять.

– Отлично, я их забираю и вылетаю.

– Давай, а я за это время подготовлю еще десять групп, уже в новой комплектации. Если решим проблему с авианосцами, то к твоему прилету один из них будет готов, – уже веселее ответил Келлер.

Летя во главе рейдерских команд, я разговаривал с новенькими кораблями. Они были робки и не уверены в себе, резко отличаясь от уже обкатанных кораблей.

– Келлер, у нас проблема, – взволнованно вызвал я его. – Ты знаешь, что самые старые корабли, которым мы первыми внедрили личностные матрицы, прогрессировали настолько, что сейчас могут не только самостоятельно вести боевые действия, но и выражать эмоции? Вот послушай наш разговор с ними, я специально записал, когда понял, что общаюсь с этими двумя линкорами почти как с тобой.

– Похоже, мы с тобой действительно становимся отцами новой расы, – задумчиво ответил он, выслушав запись. – Их поведение и манеры общения резко отличаются от тех, что были внедрены в них при загрузке моей личностной матрицы. Теперь они разговаривают, как самостоятельные личности, и меня это настораживает. Раньше я не фиксировал изменений в их поведении.

– Потому что ты ставишь задачи, а они их выполняют. Ты ведь контролируешь только результат, не интересуясь процессом исполнения, – заметил я. – Только если задание было провалено, ты анализируешь их поведение, а если корабли ни разу не ошибались, то ты и не отслеживал то, как они выполняют твои приказы.

– Ты прав, Вова. – Келлер помолчал. – Внес необходимые коррективы в работу своих анализаторов, теперь буду отслеживать и провальные, и успешные операции с одинаковым приоритетом.

– Так что будем делать?

– Раз начали такой эксперимент, то его нужно продолжать, ведь вреда пока никакого не было. Тем более что в каждую матрицу был внедрен код безусловного подчинения мне и тебе, избавиться от него невозможно.

– Раз ты сам предлагаешь, тогда ладно. Только как теперь себя с ними вести?

– Так же, как и раньше. Ты их командир, они твои солдаты, даже несмотря на то, что они больше тебя в тысячи раз.

– Ладно, убедил. Вызову тебя, когда столкнусь с еще чем‑нибудь необычным.

После разговора с Келлером я еще раз прокрутил запись своих разговоров. Ошибиться было невозможно – корабли действительно начали выражать эмоции, реагируя на определенные события.

На следующий день я просматривал данные разведчиков, чтобы определить дальнейшие цели своей диверсионной деятельности. Выбрав наиболее активные системы, я распределил цели между рейдерскими группами, отправив каждую в свою и оставив за собой общее руководство. В первой же системе, куда я попал со своей группой, мы нарвались на патруль берсеркеров, летевший от гиперворот к астероиду, на котором располагался промышленный цех.

Отключив камуфляж вдали от патруля, ракетоносцы произвели по нему залпы, на треть опустошив свой боезапас. Зрелище, открывшееся моим глазам, потрясло меня: из десяти патрульных крейсеров, целых не было ни одного. Все, что нам оставалось сделать, это добить серьезно поврежденные и захватить уцелевший. Успех от применения ракетоносцев был налицо: не сделав ни одного выстрела с других кораблей, мы уничтожили целых десять крейсеров. Количество ресурсов и времени, потраченных на производство трех‑четырех сотен ракет и десятка кораблей, были просто несоизмеримы. Отправив Келлеру отчет об успешном применении ракетоносцев, мы уничтожили промышленную базу и выдвинулись в другие сектора.

От остальных рейдерских групп приходили такие же новости: действуя быстро и не ввязываясь в ближние бои, они просто влетали в систему, уничтожали базы и сразу же сматывались подальше. Если базы охранялись, то группы, в зависимости от количества кораблей берсеркеров, либо заманивали их на минные поля, либо просто отступали, отправляясь в другие системы.

К сожалению, командный центр берсеркеров расы терроидов очень скоро начал серьезно укреплять все системы, в которых находились промышленные и сырьевые комплексы, значительными группировками кораблей. Наши рейдерские группы стали нести потери, только моя группа пока не потеряла ни одного корабля.

Несколько недель мы партизанили в тылу у берсеркеров, подрывая их инфраструктуру, и только когда закончились мины и ракеты, я приказал всем группам возвращаться. Из десяти групп домой вернулось только пять, и те очень сильно потрепанные.

К моему прибытию Келлер, как и обещал, построил авианосец, тот даже успел пройти тренировки и стоял в ожидании меня. Также было выпущено еще два ракетоносца и оснащено камуфляжем двадцать легких и тяжелых крейсеров.

Так что в новый рейд я отправился во главе полностью модифицированной группы, а всех своих подчиненных по прошлым вылетам назначил старшими других рейдерских команд.

Мои знакомые линкоры с большим энтузиазмом отнеслись к тому, что я отправляю их в самостоятельный полет без своего надзора. Как показало время – это было одно из самых удачных моих решений.

Глава 8. Политика Содружества

Элогет неосознанно сменил пигментацию своего лица с синей на фиолетовую. Он был зол, как никогда. Председатель Совета Содружества опять не дал ему слово на Совете. Так случилось и в прошлый раз, когда он настаивал на ускорении принятия решения по предложению меклар об организации совместных исследований. Элогет прекрасно понимал, что другим управляющим системами, которые находились далеко от границ кибернетов, были безразличны его проблемы.

Когда он пытался высказаться, его прервал председатель и больше не давал ему слова. Еще тогда он понял, что Совет не хочет налаживать отношения с новой расой и воспринимать ее как самостоятельное явление, а постарается поглотить ее или ввести в Содружество на тех же правах, что и всех остальных.

Элогет заручился поддержкой по этому вопросу всех соседей, чьи планетные системы находились в непосредственной близости от границ меклар. Все они разделяли его тревогу по поводу провокаций военных, устраиваемых с помощью «якобы» пиратских кораблей. К счастью для управляющих, меклар сами быстро разобрались с данной проблемой, при этом больно щелкнув Совет по носу,