— Давай.
— Ты привела меня в эту святая святых, чтобы я мог взглянуть на корабль. Не думаю, что Коропатский согласился бы на это, если бы работы не были близки к завершению. Как верный последователь Танаямы, он тоже помешан на секретности.
— Основные работы полностью закончены.
— И корабль уже летал?
— Нет еще. Надо кое-что доделать, но это уже мелочи.
— Значит, теперь испытательные полеты?
— С экипажем на борту. Иначе мы не сможем убедиться в работоспособности систем жизнеобеспечения. Животные для этого не годятся.
— И кто же полетит первым?
— Добровольцы из числа наших сотрудников.
— А ты?
— Я доброволец, Крайл, — я должна лететь. Кому еще я могу доверить принятие решений в критических ситуациях?
— Значит, и я полечу? — спросил Крайл.
— Нет.
Лицо Фишера потемнело от гнева.
— Мы же договорились.
— Но не об испытательных полетах.
— А когда они закончатся?
— Трудно сказать. Все будет зависеть от результатов испытаний. Если все сложится гладко, то хватит двух или трех полетов, на них уйдут какие-то месяцы.
— И когда же состоится первое испытание?
— Этого, Крайл, я не знаю. Работы над кораблем еще не окончены.
— Но ты же только что говорила другое.
— Я говорила о гиперполе. Но сейчас мы устанавливаем нейродетекторы.
— Это еще что такое? Ты об этом ничего не говорила.
Уэндел не ответила. Спокойно и внимательно оглядевшись, она проговорила:
— Знаешь, Крайл, похоже, мы привлекаем внимание. Я думаю, твое присутствие здесь настораживает людей. Пойдем-ка домой.
Фишер не пошевелился.
— Выходит, ты не желаешь говорить со мной, хотя знаешь, как это для меня важно.
— Мы обо всем еще переговорим. Дома.
53
Крайл Фишер был взбешен и не мог успокоиться. Он не захотел сесть и теперь стоял перед Тессой Уэндел, съежившейся на белой кушетке. Она взглянула на него и нахмурилась.
— Ну что ты сердишься, Крайл?
Губы Фишера дрожали. Он плотно сжал их и постарался успокоиться.
Наконец он сказал:
— Если звездолет хоть раз уйдет без меня, создастся прецедент. Потом меня уже не примут в экипаж. Неужели не ясно: я должен быть на корабле с самого начала и до тех пор, пока мы не доберемся до Звезды-Соседки и не найдем Ротор. Я не хочу, чтобы меня оставили на Земле.
— Почему ты так решил? — удивилась Уэндел. — Когда придет время, о тебе не забудут. А пока корабль еще не совсем готов,
— Но ты же сказала, что он готов! — воскликнул Фишер. — И что это еще за нейронные детекторы? Новый прием, чтобы заморочить мне голову? А корабль тем временем уйдет без меня? Придумываешь бог знает что — даже возразить нечего!
— Крайл, ты сошел с ума. Да, нейронный детектор — моя идея, — Уэндел не мигая воззрилась на него, дожидаясь реакции.
— Твоя идея? — взорвался он. — Но…
Она успокаивающим жестом протянула руку.
— Над этой штукой мы работаем с тех пор, как начали строить корабль. Я плохо в этом разбираюсь, и мне пришлось безжалостно гонять нейрофизиков, чтобы успеть вовремя. А знаешь почему? Только потому, что я хочу видеть тебя рядом с собой на корабле, когда он полетит к Звезде-Соседке. Ты понял?
Крайл покачал головой.
— А ты подумай. Давно бы уже догадался, если бы не бесился попусту. Все очень просто. Этот прибор называется «нейронный детектор» и обнаруживает нервную деятельность на расстоянии. Высшую нервную деятельность. Короче говоря, присутствие разума.
Фишер уставился на Уэндел.
— Ты имеешь в виду штуковины, которые врачи применяют в больницах?
— Конечно. В медицине и психологии подобные приборы используются для ранней диагностики душевных расстройств. Но они действуют на расстоянии не более метра. А у нас астрономические расстояния. Так что принципиально новым этот прибор не назовешь, просто мы колоссально увеличили его дальность действия. Крайл, если твоя Марлена жива, она наверняка на Роторе, который, скорее всего, кружит вокруг Звезды-Соседки. Я уже говорила тебе, что найти поселение в космосе не так-то просто. Мы можем случайно разминуться с Ротором, как с кораблем в океане или с астероидом в космосе, Как долго придется искать — месяц или год, — чтобы убедиться в том, что Ротора там действительно нет?
— Значит, нейронный детектор…
— Нужен, чтобы обнаружить Ротор.
— А не возникнут ли при этом такие же сложно…
— Нет. Во Вселенной полным-полно излучений, радиоволн и тому подобного. Нам надо отыскать один источник среди тысячи, миллиона других. На это потребуется немало времени. Однако электромагнитное излучение, возникающее в мозгу во время функционирования нейронов, — вещь особенная. Нам придется иметь дело лишь с одним источником — если Ротор не успел соорудить дочернее поселение. Вот и все. Я хочу отыскать твою дочь не меньше, чем ты сам. А зачем мне эти хлопоты, если я не возьму тебя с собой? Ты обязательно полетишь.
Фишер казался побежденным.
— И ты заставила разработчиков заниматься этим?
— Да, Крайл, кое-какая власть у меня есть. Но не такая большая, как хотелось бы. Знаешь, мне кое о чем не хотелось говорить с тобой у корабля.
— Да? И о чем же?
— Крайл, я думаю о тебе гораздо больше, — ласково ответила Уэндел. — Ты просто не представляешь, как я опасаюсь, что твои надежды окажутся обманутыми. А если у Звезды-Соседки мы ничего не найдем? Вообще ничего живого, тем более разумных существ. Просто вернемся домой и доложим, что не обнаружили следов Ротора? Нет, Крайл, не падай духом. Я не хочу сказать, что, если возле Звезды-Соседки не обнаружится признаков разумной жизни, значит, Ротор погиб со всем населением.
— А что же?
— Что если звезда надоела им и они решили отправиться дальше? Они могли побыть возле нее какое-то время, добыть из астероидов необходимые материалы, пополнить запасы топлива для микроатомных двигателей. А потом уйти.
— И как узнать, куда они делись?
— Они улетели с Земли много лет назад. С помощью гиперпривода они не могут передвигаться быстрее скорости света. Значит, до другой звезды не больше четырнадцати световых лет. Таких звезд совсем немного. И со сверхсветовой скоростью нетрудно облететь все. А нейродетекторы помогут нам быстро отыскать Ротор.
— А если они еще в пути — тогда как их обнаружить?
— В этом случае мы бессильны. Но наши шансы все равно высоки: ведь мы не будем болтаться возле одной звезды и пялиться в телескоп. За шесть месяцев с помощью нейродетектора мы обследуем дюжину звезд. Даже если мы их не найдем — а такой вариант не исключен, — мы вернемся со сведениями о дюжине звезд, о солнцеподобном светиле, о тесной двойной системе и так далее. Больше одного путешествия к звездам нам с тобой совершить не удастся — так почему бы не потешить себя, не хлопнуть хорошенько дверью, открывающей нам путь в историю?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
