– Ваша правда. А я бы не додумался. Только Васька проболтается как пить дать.
– Ничего я не проболтаюсь! Скажем бабушке, что я в Москве жила у твоей старой знакомой.
– Ладно, придумаем что-нибудь. Спасибо за совет. И вообще... Спасибо вам большое. Приезжайте к нам в Лахти, летом у нас хорошо. Грибов, ягод – море. Рыбачить можно. Вот вам моя визитка, тут все телефоны. Звоните, будем рады!
– Ой, правда, Майя, приезжай к нам, у нас дом большой, и не обязательно летом, можно и зимой!
– А вы на обратном пути остановитесь в Москве?
– Да что я знаю? Я вон собрался еще в Киеве побыть, а тут такое дело... Но если задержимся на денек, обязательно звякнем.
– Пап, а можно я вообще буду Майе звонить?
– Можно, чего ж нельзя, авось не разоримся на твоих разговорах.
– Я тоже буду тебе звонить, – улыбнулась Майя.
Василиса повисла у нее на шее.
– Майечка, миленькая, хорошенькая, я тебя так люблю!
У Майи комок застрял в горле.
– Тебе скучно без меня не будет?
– Будет, – улыбнулась Майя сквозь подступившие слезы. – Но я решила завтра вечером в Питер уехать.
– К тете?
– Да. Она старенькая, болеет...
– А к дяде Боре в гости не пойдешь?
– Да нет, зачем?
– У него интересно, кораллов всяких много, чучело какой-то рыбины, во-от такой здоровенной, красивое!
– Ну, Васюшка, пора! До свиданья, Майя, еще раз спасибо вам!
Вот и все, сказала себе Майя. Фильм по моему сценарию получился грустный, скучный и бездарный, как большинство новогодних фильмов. А главное – конец уж слишком расплывчатый. Ладно, к черту, я всегда знала, что писать сценарии – не мое дело!
Час был поздний, но она взялась за уборку, оставив на утро только пылесос, не включать же ночью. Легла и уснула почти сразу. Ей ничего не снилось.
Утром она включила пылесос, стиральную машину, и к полудню все в квартире сияло чистотой.
Поеду за билетом, решила она, и тут же позвонил Борис Андрианович. Увидав его телефон на определителе, она не стала снимать трубку. Зачем?
В купе с ней оказалась весьма разговорчивая дама, только сегодня утром вернувшаяся из Парижа, полная впечатлений и явно ни с кем еще ими не поделившаяся. Майя была первой слушательницей. Правда, вскоре ее начало клонить в сон, однако дама все продолжала вещать.
– Вы знаете, я попала там на экскурсию по местам «Кода да Винчи»! Представляете, как интересно? К сожалению, это была только часть большой экскурсии – там и Англия, и... Ой, вы спите, да?
– Извините, у меня был тяжелый день. Спасибо за рассказ, мне было очень интересно...
– Да? Я не заметила, – обиженно пробурчала дама. Но Майя сделала вид, что не расслышала.
Проснувшись утром на подъезде к Петербургу, она подумала: за каким чертом я сюда приперлась? От чего я бегу на сей раз? От кого? От господина Ясного? Зачем? Он и не думает за мной гнаться. Позвонил из вежливости, и все. Мысль о том, что придется сейчас бродить по сырому, еще темному городу, была противна. Надо, пожалуй, сходить в Русский музей, сегодня он, наверное, открыт, эта мысль немного согрела душу. Одной из любимейших работ в Русском музее, как ни странно, был плакат Валентина Серова к спектаклю Анны Павловой. Во всяком случае, она запомнила его с детства, когда ходила в музей с мамой. Любовь матери к Серову в полной мере передалась и ей. Настроение несколько улучшилось. Но когда она сошла на перрон и промозглый сырой воздух наполнил легкие, она подумала: что я за нелепое существо... И прибавила шаг.
– С добрым утром, Майя! – сказал кто-то знакомым голосом. Она резко остановилась.
– Вы?
Перед ней стоял Борис Андрианович.
– Я! Слава богу, я вас не прозевал! Вот! – Он протянул ей букет ярко-желтых хризантем, которые, казалось, осветили утреннюю тьму Петербурга.
Она не верила своим глазам.
– Как вы сюда попали?
– Прилетел вчера! А сегодня примчался на вокзал и сразу увидел вас. Повезло!
– Но как вы узнали?
– Мне позвонила Василиса...
– Нет, правда? И она вам сказала, что я...
– Что вы уезжаете в Петербург к тетушке, ну я и решил махнуть... авось тут я смогу заслужить прощение...
– Прощение? – дрогнувшим голосом переспросила Майя.
– Я случайно увидел журнал с Женькиным интервью и вдруг подумал... Вы видели это интервью, да?
– Да... Но как вы догадались?
– Вы обиделись? Я понимаю... Я просто по привычке сболтнул... Я так частенько защищался, но я вовсе не хотел защищаться от вас, видит бог, не хотел!
– У вас такая интуиция? – поразилась Майя.
– Только когда я сильно влюбляюсь... Вот...
– С ума сойти!
– Ну, Майечка, милая, что ж мы тут стоим на холоде, поехали, я отвезу вас к тетушке. Где она живет?
Майя посмотрела на него долгим взглядом и загадала: если он поймет то, что я сейчас скажу, у нас, возможно, есть будущее, и дрожащим голосом произнесла:
– Нет, Боря, Бенбери умер.
Он посмотрел на нее с изумлением:
– Но зачем? Зачем ты выдумала эту тетку?
– Я тоже защищалась...
Она встала на цыпочки, обняла его и поцеловала в подбородок.
Он понял. У них, пожалуй, есть будущее.
Кино и немцы!
