его озадачили. Такое их поведение не входило в его планы.
— Так сколько еще ждать на холоде этих гостей? — нетерпеливо спросил Генка Свист.
— Сейчас пропустим легковую тачку и начнем брать этих засранцев штурмом, — ответил Розка.
— Может, шарахнем по тягачу для устрашения сразу из всех стволов? — спросил неугомонный Смешной.
— Повредим двигатель, радиатор, скаты пробьем, а потом как груз перевозить? Нашими тачками трейлер не отбуксируешь, — возразил Розка.
— Ты смотри, легковушка развернулась и двигается к тягачу задом! Что за хреновина? — удивленно заметил Штакет.
— Остановилась рядом с тягачом, — сообщил Смешной.
Ясное дело подмога пришла. Гады что-то замышляют. Розка уже терял самообладание и уверенность в успешном завершении задуманной операции.
Потом они услышали со стороны тягача выстрелы из трех автоматов и пулемета, увидели выбросы пламени из стволов оружия. Стреляли не прицельно, но пули, шмелями пролетая над головами бандитов, исполняли морозящую душу песню смерти.
Стрельба прекратилась так же внезапно, как и началась. Розка понял, что противник не стремился их уничтожить, а просто демонстрировал свою силу.
Огненная мощь противника их напугала, но то, что последовала потом, вызвало настоящую панику. Начался обстрел из гранатомета. Все они служили в армии и знали, чем может кончиться такая «игра». Попади снаряд в машину — и следующий за этим взрыв бензобаков мог сделать их факелами и трупами. Не сговариваясь, «соратники» Розки бросились наутек. Когда последний неудачливый налетчик скрылся в лесопосадке, то по ее краю из гранатомета был произведен еще один выстрел.
Из лесопосадки Розка видел, как трейлер, медленно приблизившись к загораживающим дорогу легковым автомобилям, легко передвинул их буфером на обочину. На мосту легковушка противника развернулась. Розка услышал четыре пистолетных выстрела. После чего трейлер и легковой автомобиль продолжили движение вперед.
Выйдя с опаской на трассу, налетчики установили, что в обоих автомобилях прострелено по два передних ската. К счастью, никто из группы Розки не пострадал — не был ни убит, ни даже ранен.
— Наскочили мы, ребята, на зверя, который оказался нам не по зубам. Если бы не его снисхождение, то многие из нас уже коченели бы в снегу, — заметил самый старый по возрасту бандит.
— Надо было сразу понять, что богатая добыча всегда хорошо охраняется, — согласился с ним Смешной.
— Все ясно, нечего трепаться! Давайте скорее монтировать скаты и мотать домой, а то нам одним придется отвечать перед ментами за устроенную тут пальбу, — скомандовал Розка.
Замена пробитых скатов на запасные заняла считанные минуты, но замена в пробитых скатах камер на целые, когда скаты приварились к ободам и не поддавались размонтировке, заняла у них несколько часов. Уставшие, злые, замерзшие, они только под утро смогли наконец тронуться с места мечтая о тепле и отдыхе.
«Надо подыскивать себе другую «работу». Сейчас до черта «быков» с разными сюрпризами разъезжает по дорогам в машинах. Все не хуже меня обозлены на эту проклятую жизнь и хотят жить за счет другого. Чего стоило парням Бугра ради разрядки пустить нас в распыл? Ничего! А у других в такой ситуации, возможно, жалости и не будет», — подавленно думал Розка.
Расставаясь в столице, они договорились никому о своем позоре не говорить.
Глава 60
Пробыв в пути десять часов, Анатолий и сопровождавшие его боевики у пункта ГАИ увидели сержанта в черном полушубке с белой портупеей, который жезлом подавал им сигнал остановиться. Толик, съехав на обочину, взял из металлического ящика тягача провозные документы и покинул кабину.
Сержант милиции, плотный, пышущий здоровьем мужчина, ознакомившись с документами, не спешил возвращать из Анатолию. Легко похлопывая ими по ладони левой руки, он произнес:
— Так ты говоришь, что всего лишь возчик?
— Именно так, сержант.
— И в твоей фуре сидят клиенты, которые сопровождают твой груз?
— Они записаны в путевом листе, так что нетрудно догадаться.
— Что везешь?
— Товар! А какой — не знаю. Я ходил обедать, когда они его грузили на базе. Когда вернулся с обеда, то они уже задний борт трейлера пломбировали.
— Ясненько… Ну что ж, езжай, — возвращая Анатолию документы, произнес сержант, не спеша вразвалку направляясь в сторону поста.
Когда сержант милиции остановил трейлер Анатолия, Бунтыл на пункте ГАИ не стал останавливаться, сделал остановку своему «форду» примерно через километр. И тронулся в путь тогда, когда трейлер, объехав его, продолжил движение.
Отъехав от пункта ГАИ километров десять, боевики Бугра увидели на обочине «уазик» и двое «жигулей». Около них стояли четверо вооруженных мужчин в гражданской одежде. Трое из них были с пистолетами, один — с автоматом. Вся четверка усиленно подавала им сигнал, смысл которого сводился к тому, чтобы трейлер остановился.
По указанию Бугра, переданному им по рации, Анатолий, не доехав до дорожных пиратов метров пятидесяти, остановил машину. Открыв заднюю дверцу «форда», Винт по привычке залег за пулемет. С тремя автоматами и гранатометом боевики Бунтыла, спрятавшись за задним мостом трейлера, залегли на дороге.
— Я пойду к ним на переговоры. Если скрещу руки над головой — стреляйте так, как будто меня среди них нет. Если я подниму руку, то ты, Шпала, трахни из своего гранатомета туда, куда я укажу, — распорядился Бунтыл.
— Они тебя там могут ухлопать за милую душу, — обеспокоенно заметил Кнехт.
— Нас тогда пахан за тебя изничтожит, — добавил Винт.
— Живы будем — не помрем! Делайте так, как сказал, — потребовал Бунтыл, не спеша направляясь к машинам противников.
При его приближении из машин на дорогу вышли еще шесть мужчин в возрасте от двадцати до пятидесяти лет. Подойдя к ним, Бунтыл постарался скрыть свое беспокойство.
— Приветствую вас! Кому и зачем мы понадобились?
— Топай ко мне, — изучающе глядя на Бунтыла, пробурчал здоровенный детина лет сорока. — Ты кто?
— Я, приятель, Бунтыл из «семьи» Бугра.
— Что-то я о таких родственниках не слышал. Откуда и куда путь держишь?
— Из столицы на Северный Кавказ.
— По вашему тягачу видно, что вы неплохо затарились.
— Под завязку, — подтвердил Бунтыл.
— У вас в столице есть защитные коны?
— Кто же в Москву попрет за товаром, не заручившись поддержкой?
— И кто же ваш покровитель?
— Душман.
— Слышал о таком, но встречаться не приходилось.
— Мой отец и он — кенты. А кто ты будешь?
— Все меня кличут Мишкой… Может, в тачке поговорим? — при общем молчании предложил он Бунтылу.
— Извини, Мишель, но мы спешим, тем более что в одном месте пришлось дать бой. Теперь газуем подальше от него.
— И как, управились?
— Разогнали охотников по лесопосадке. Пожалел их, решил кровь не проливать. Как-никак, а все же свой брат зек.
— А чего же тогда свои
