будущий глава рода и охранял мою будущую супругу. Такого уровня доверия не сразу можно достичь, а он — сумел.
— Разумеется, Дмитрий Алексеевич, — с достоинством кивнул он. — Виктория Львовна, прошу.
Он подал девушке руку, и они отошли к столам с закусками, сразу же завязав непринужденную беседу.
Я проводил их пару взглядом, и посмотрел на младшего брата Медведева.
Нужно отметить, что выглядел он на фоне наследника... неказисто. Родись Георгий Архипович в какие-нибудь Средние века, ему пошло бы быть менестрелем. Тонкие черты лица, пухлые губы, светлые волосы, глаза с поволокой — таких парней печатают на обложках женских романов. Приторно-слащавый дамский угодник.
Мне было ясно, что нашла в нем Анастасия Кирилловна, но мне он категорически не нравился.
— За мной, — велел я, и Георгий Архипович, замедленно кивнув, пошел следом.
Слуги открывали перед нами двери, и вскоре мы оказались в гостевой комнате. Указав бояричу на кресло, сам я прошел к окну и, сев на подоконник, с минуту смотрел на своего возможного зятя.
— Дмитрий Алексеевич, — заговорил он, чуть наклонив голову. — При всем уважении...
— Оставь свои услужливые нотки для Анастасии, Жора, — оборвал я его. — Ты и так ее обидел.
Он запнулся. Явно не привык к подобному обращению. Но я не видел смысла строить диалог иначе. Либо Георгий видит во мне будущего князя и подчиняется, либо о браке с княжной ему останется только мечтать.
— Я и не думал ее обижать.
— О вашей помолвке был договор с твоим отцом, Жора, — вновь перебил я боярича. — Твой отец и мой дед дали друг другу слово, что ты станешь женихом моей сестры.
— Все верно, — кивнул он после паузы в моих словах.
— Тогда почему я узнаю, что ты колеблешься и даже обсуждаешь со своим братом возможность отказаться от этого договора? Не ценишь мою сестру? Не нравится Анастасия Кирилловна?
С каждым словом я слегка повышал голос. Георгий Архипович поднялся с места.
— Дмитрий Алексеевич! — возмущенно воскликнул он.
— Сел.
И он действительно сел.
Выждав несколько секунд, пока Медведев приходил в себя от такого унизительного обращения, я продолжил:
— Вину ты признать, значит, не хочешь? Выходит, оскорбив мою сестру своими предложениями о расторжении договора, ты еще и от ответственности хочешь уйти.
— Я не... — попытался оправдаться Георгий Архипович.
— Солгать мне хочешь? — улыбнулся я, чуть наклонившись вперед, чтобы смотреть на Георгия сверху вниз. — Мне что, включить запись вашего разговора, где ты предлагаешь Федору взять в жены Ингу Валентиновну, а самому отступиться от Анастасии?!
Медведев побледнел, сглотнул нервно, но, видимо, воздуха ему все же не хватало. Дернув пальцем воротник, Георгий Архипович судорожно вздохнул.
— Дмитрий Алексеевич, вы что же, следили за мной?
Прозвучало это настолько жалко, что последнее сострадание, которое я мог бы к нему испытывать в сложившейся ситуации, окончательно испарилось.
— Я за всеми слежу, Георгий Архипович, — сказал я негромко. — На Урале нет ни одного уголка, скрытого от моих глаз и ушей. И то, что я услышал — это повод для поединка, Георгий Архипович. Ты же знаешь, кто я такой, знаешь, как я отношусь к тем, кто вредит моей семье?
— З-знаю, Дмитрий Алексеевич, — кивнул тот, кажется, даже боясь моргнуть лишний раз.
Не зря я то видео с головой великого князя Хабаровского снял. На всех бы наших противников оно так действовало, и жизнь стала бы прекрасна.
— Что ж ты тогда об этом не подумал, когда предлагал разорвать договор с моей сестрой?! — уточнил я с улыбкой. — Или, может быть, ты не уважаешь нашего князя Руслана Александровича Демидова, раз считаешь, что слово, которое ему дал глава рода Медведевых можно не держать?
— Нет, я так не считаю, Дмитрий Алексеевич, — торопливо заверил меня он.
— Тогда скажи мне, Георгий, как ты собираешься брать мою сестру, Анастасию Кирилловну, в жены и смотреть ей в глаза, зная, что намеревался отказаться от нее? Тебе очень повезло, что Федор Архипович не стал соглашаться, у него ума хватило понять, куда ты пытаешься его завести. Ты подставил всех Медведевых, Георгий. Ты пошел против воли князя. Ты оскорбил мою сестру. Как бы ты поступил на моем месте?
Давить дальше не имело смысла. Да и он все равно оставался сыном уральского боярина. Следовало проявить хоть немного уважения к его отцу и брату. Им хотя бы хватило ума не лезть в уже составленную партию. Приняли отказ князя Демидова с достоинством.
— Я не знаю, Дмитрий Алексеевич, — понуро опустив голову, признал Георгий Архипович. — Я не хотел...
Несколько секунд я буравил его взглядом и думал, что вообще-то он старше меня на два года. И тут даже разница в социальном статусе не оправдание — попробуй я так на Федора надавить, он бы уже взорвался, вскипел. В конце концов, вышел бы из комнаты и передал отцу наш разговор. А этот...
— Сейчас ты приведешь себя в порядок, Георгий, — приняв решение, я встал на ноги. — Пробудешь в моем особняке до конца приема. А после того, как выйдешь за его порог, пойдешь к отцу и во всем ему признаешься. Как оскорбил свою будущую невесту, как наплевал на слово князя Уральского, как подвел своего главу рода. Я даю Медведевым сутки, чтобы решить, какое наказание ты заслужил. Это решение твой отец должен донести до Руслана Александровича лично. Иначе я сдержу свое обещание и заберу твою голову.
И больше не говоря ни слова, я покинул комнату. Омерзительное ощущение, будто не с человеком поговорил, а в общественном унитазе поплавал. Но главное, что я был совершенно прав — такой муж не принесет Анастасии счастья, и для рода Демидовых будет бесполезен. Федор Архипович его просто задавит, и мы получим проблемы, а не способ влиять на Медведевых.
Свернув в туалет, я помыл руки и взглянул на себя в зеркало. Улыбнувшись пару раз своему отражению, чтобы окончательно избавиться от маски жесткого маньяка, запугивавшего возможного зятя, я переслал наш разговор Руслану Александровичу и покинул уборную.
Прием еще не закончен.
Глава 26
Морозова как раз закончила танец с боярином Волковым, когда я вернулся в зал. Кивнув Святославу Андреевичу, я взял боярышню под руку, и мы с ней отошли к столикам.
— Как вам прием, Виктория?
