Я вспомнила о фотографии, которую обещала Натали. Черт! Из всех снимков мне меньше всего хотелось, чтобы у нее был именно этот. Но я обещала. Что ж, могу захватить его с собой, сэкономлю на почтовых расходах. Да, счастливая парочка! Меня трясло от ревности. Этот блеск в глазах Макса, когда он смотрел на Натали. Из-за этого Натали так понравился снимок. Здесь видно, как он ее обожает. Это главное, что ей нужно в жизни. Я не могла на это смотреть, убрала в конверт и сунула в мою новую сумку из «Прада».
Я вышла из дома в половине десятого – времени было еще масса – и прокатилась на метро. На станции я купила газету и просматривала ее в поезде, не понимая ни слова.
Когда я вышла из метро и направилась к Риджент-стрит, первые неутомимые туристы уже утюжили Оксфорд-стрит, размахивая картами и споря о том, где находится север. Я вошла в «Хэмлис» ровно в десять. Магазин был практически пуст. Я ездила на эскалаторах с этажа на этаж, ища Макса, но чувствовала, что его нет здесь. Я пришла слишком рано.
Железные дороги, игровые приставки, куклы Барби – Макса не было нигде. У меня кружилась голова. Не сходи с ума, говорила я себе. Он еще придет.
Лучше уйти отсюда и вернуться немного позже.
Я решила выпить кофе. Напротив магазина прекрасная кофейня. Хорошая порция кофеина, и я буду готова завоевать весь мир. Я заставила себя сесть и пить медленно, но внутри у меня все звенело. Что, если я его пропущу? Что, если он придет и уйдет, пока я сижу тут? И я никогда больше его не увижу? Почему у меня нет номера его мобильника?
Я бросила недопитый кофе и побежала обратно в магазин. Двадцать минут одиннадцатого. Я притворилась, что наблюдаю за мальчиком, который демонстрировал жука, ползающего по стенам. Жук десять раз поднимался вверх и падал вниз, а Макса все не было.
– Чем я могу вам помочь? – Девушка попыталась заинтересовать меня и другими игрушками.
– Спасибо. Я просто смотрю.
Я притворилась, что ужасно интересуюсь самолетиком, который летал сам, если его подбросить вверх. И тут я оглянулась и увидела его. Макс только что вошел через главный вход и не замечал меня. А что, если он вообще не ожидает меня здесь встретить? Что, если Натали пришла с ним? Что он сказал вчера? Может, мне лучше спрятаться?
Я видела, что он стоит у входа и пытается решить, куда направиться. На нем были летние брюки, оранжевая рубашка и коричневая спортивная куртка. С маленьким кожаным рюкзаком он выглядел как обычный американский турист, но, когда я смотрела на него, мое сердце сжалось и я чуть не заплакала. Откуда взялась эта боль?
Я подошла к нему сзади.
– Привет! – сказала я.
Сначала мне показалось, что он меня не слышал, но он повернулся. Что значит это выражение на его лице? Удивление? Может быть, даже слишком много удивления. Разве он не знал, что я приду?
– А, привет! Как странно, что мы встретились. – Все-таки он был рад меня видеть. – Я не знал, придешь ли ты.
– Ну, теперь ты знаешь. – Я взяла маленького человечка, которого звали «Пощекочи меня», чтобы занять руки, и стала гладить его. – Я думала, может, увижу тебя здесь.
Человечек в моих руках начал пищать и трястись. Я покраснела и быстро положила его обратно.
– Ты так действуешь на всех мужчин? – спросил Макс, поднимая бровь.
Я загадочно – как я надеялась – улыбнулась, чувствуя, что мне становится жарко.
– Симпатичная сумка. – Макс показал на подарок Натали. – Тебе нравится?
– Очень. Она такая красивая, – ответила я.
– Я рад, – сказал он. – Я сам ее выбирал.
Не может быть! Я не знала, что сказать.
– Я вчера отлично провел время. А тебе понравилось?
– Да, было здорово, – ответила я. Надеюсь, он не подумал, что я его преследую.
– Мне очень понравился твой муж, – сказал он серьезно. – Он такой приятный парень!
– Он просто прелесть, – согласилась я. – Мне страшно повезло.
– Ему тоже повезло, – сказал Макс, но, наверное, он должен был это сказать.
– Я знаю. Мы потрясающая пара.
– Ты здесь с ним? – спросил Макс.
Он что, с ума сошел? Он в самом деле думает, что я притащила с собой Эндрю?
– Нет, он дома, – ответила я. – У него дела.
– А какие у тебя планы на сегодня? Ты свободна?
– Конечно, – пожала я плечами.
– Отлично, – продолжал он. – А мне нужно купить кое-что для племянницы. И еще парочка дел. Ты не против?
– Конечно, нет.
Парочка дел? Каких дел? Он же завтра утром улетает! Это мой последний шанс побыть с ним, а у него какие-то дела?
– Я совсем не против, – сказала я.
Я не так представляла себе нашу сегодняшнюю встречу. А что я себе представляла?
Я потащилась за Максом и, улыбаясь, терпеливо ждала, пока он с помощью продавца выберет самых лучших телепузиков для племянницы. Он придирчиво осматривал игрушки, внимательно проверял комплектность и в довершение всего попросил завернуть покупку, как подарок. Черт побери! Что, у них в Лос-Анджелесе нет магазинов игрушек?
Драгоценное утро утекало прочь капля за каплей. Я стояла так близко к Максу, что чувствовала его теплое дыхание. Если я закрою глаза и прижмусь лицом к его груди, правда никто ничего не заметит? А он? Что скажет на это он?
– С этим покончено. Теперь мне нужно купить книгу. Здесь поблизости есть хороший книжный?
– Самый лучший магазин на Чаринг-Кросс-роуд, – сказала я, пробуждаясь от сна наяву. – Туда можно пройти пешком.
А потом, подумала я, ты будешь со мной.
Когда мы вышли из «Хэмлиса», начался дождь. Макс достал из рюкзака крошечный зонтик и обнял меня за талию.
– Держись поближе, – велел он. – В какую нам сторону?
– Если мы пойдем через Сохо, мы срежем дорогу и избежим толпы, – сказала я, указывая на Бик-стрит.
Мы прижались друг к другу под зонтиком, но я не знала, куда девать свою руку, которая оказалась между нами. Я стеснялась обнять Макса за талию, поэтому неловко устроила ее на его плече. Дождь был совсем небольшой, но я не предлагала закрыть зонтик. Я была счастлива, что мы так близко друг к другу.
Вниз по Бик-стрит, направо в Лексингтон, где он застрял на тысячу лет, рассматривая зеленые глиняные кирпичи какого-то дома, вниз по Брюйер-стрит, затем Олд-Комптон-стрит, и наконец мы на Чаринг-Кросс-роуд.
Макс почему-то вел себя как чужой. Хотя наши бедра соприкасались, он разговаривал таким бесцветным голосом, которого я у него никогда еще не слышала. Вместо того чтобы говорить о нас, о том, увидимся ли мы с ним еще когда-нибудь, он обсуждал какие-то пустяки, заглядывал во все бары, изучал витрины магазинов, больше интересуясь дизайном дверных ручек, чем мной.
– А что ты хочешь найти? – спросила я его.
– Мне нужно купить книгу, которая называется «Высокая мода». Я хочу подарить ее матери Натали.
