панна должна держать сибя в руках и не показывать обиду!
Хорошо, пусть приходит, но я даже руки ему не подам!
Дорогой друг, не сердись на меня и не думай, что я злая или избалованная. Просто я не терплю, когда Вик начинает задирать нос! А он всегда его задирает!
* * *
После обеда начнут приезжать гости. Это наши соседи с детьми и деловые портнеры батюшки – очень важные люди.
Сейчас я опишу тебе свое платье. У него высокая талия и атласный лив, а также атласная юбка, все белое, а сверху на него одивается нежно зиленый газовый чехол с пышной юбкой и рукавами. Матушка говорит, что зиленый мне к лицу, а особенно идет к моим глазам. Так они будут сиять как изумруды в кароне индийского короля.
Поясок сиреневый, почти как твоя обложка, и такие же туфельки на крохотном каблучке, на ремешке бабочки. Все уже знают, как я люблю бабочек. Когда служанка уже зокрутила мне волосы щипцами, матушка достала шкатулку, и в ней были серебряные шпильки тоже в виде бабочек!!
Севодня я буду феей!
* * *
Пусть Вик умрет! Я никогда не пращу человека, который заставил меня так плакать!
Праздник начался идиально. Все гости собрались в большой зале с францускими окнами, из которых открывается изумитильный вид на осенний лес. Все привезли мне падарки: кукол, набор акварельных красок, книги и шляпную брошку, в которую можно вставлять каждый день новый цветной камушек. И еще много всего.
Когда я принимала подарки, то благодарила всех, и матушка одобрительно кивала, потому что я все делала правельно! Как и положено будущей хозяйке дома. Не этого, конечно, другого. Этот потом достанется Вику, потому что он первинец.
И тут появился Бартек. Я даже не знала, что его пригласили. Наверно, это Вик сам его пригласил. Кто он вообще такой? Лохматый мальчишка! Он не нашего круга и все время дразнит меня! Но они с Виком дружат.
Бартек падарил мне увеличительное стекло. Он сказал, это чтобы изучать бабочек. У меня уже есть такое, оно батюшкино, но он разрешил мне забрать его себе. Но я все равно поблагодарила Бартека. Я даже подумала, что не так уж он плох!
Ко мне приехали и мои подружки – дочери соседей. Заиграла музыка, и мы стали танцевать. Все взрослые ушли в другой зал, чтобы не мешать нам. Остались только пара учителей, чтобы присматривать, чтобы все было по правелам. Не зря это называется «детский бал» – он только для детей.
Вот только танцевали одни только девочки. Мальчишек было всего двое, и это были как назло Вик и Бартек. Они стояли с таким серьезным видом и ели пирожные у стола со сладким, глядели на нас свысока.
Тогда девочки попросили меня, чтобы я попросила мальчиков потанцевать с ними по очереди. Чтобы было похоже на настоящий взростлый бал!
Я пообещала им, что попрошу, и пошла к мальчишкам. Я – хозяйка этого бала, у меня именины, и это мой брат. Они должны были меня послушаться!
– Исключено, – заявил Вик и улыбнулся так снисходительно: – Прости, но я не буду танцевать с малышней.
Бартек только хохотнул, у него рот был набит моим любимым пироженым! У него, наверно, таких дома и не бывает.
– Ты должен! Севодня мой день, и я тебе приказываю!
Я специально говорила негромко, мама ведь велела мне держать лицо.
– Я все расскажу маме, – пригрозила я, – и она больше не разрешит тебе приглашать своих гостей.
Я очень сильно держалась, но в глазах у меня все равно щипало от дасады. За что мне такой брат?
– Ябедничать как‑то не очень благородно, не находишь? – вздохнул Вик. – Но я, так и быть, потанцую пару туров. Исключительно потому, что я хорошо воспитан. В отличие от тебя.
Вдобавок к щипучим глазам у меня загорелись щеки.
– Иди к подругам, хозяюшка. – Вик махнул на меня рукой. – Мы закончим разговор и присоединимся к вам.
Я подняла подбородок и развернулась на каблуках. Хоть я отошла на несколько шагов, но все равно услышола, как мальчишки сказали у меня за спиной:
– Вылитая свинка, еще и покраснела вся.
– Ну-ну, Бартек, – вальяжно так возразил Вик, – будь почтительнее. Все же это свинка с крыльями бабочки! Доедай и…
Едва дотерпела до конца вечера, чтобы не портить празник. Мама может мной гордиться.
Нет, я передумала! Пусть Вик и Бартек умрут оба! Я ни слезинки не пророню.
16 октября 1907 г.
Дорогой дневник, я прошу у тебя прощения за то, что закапала твои драгоценные страницы. Из-за моих имоций на тебе теперь эти уродливые пятна, они как шрамики от ветрянки. Больше это не повторится.
У меня не было времени, чтобы писать вчера, но я постараюсь исправиться. Просто на самом деле ничего не происходило. Вчера я так радавалась, что матушка весь день была со мной и с гостями, а сегодня она опять вернулась в свою комнату, где всегда опущены шторы. А батюшка поехал по делам в Варшаву. Я папрасила у него привести побольше гостинцев, чтобы он думал обо мне всю поездку. Вик попросил привести еще книг. Ха! У него на другое фантазии не хватает. Все книжки, книжки.
У нас с Виком теперь война, я с ним не разговариваю. Только не знаю, что бы такого сделать, чтобы ему было так же больно, как он сделал мне.
Сегодня опять вернулись уроки. Гувернантка учит меня арифметике, географии, родной истории и двум языкам, и еще этикету. Она строгая, но я научилась притворяться, что мне не хватает воздуха. Я начинаю тиреть виски, как мама, и тогда пани Новак выводит меня погулять. А если мне не хочется потом возвращаться в класс, я жалуюсь, что стало только хуже, и она тогда читает мне вслух интересные книжки, пока я валяюсь на софе.
Из всех уроков я сильней всего нинавижу радную речь! Когда пишу, то постоянно забываю, какую букву надо написать!
20 октября 1907 г.
Дорогой дневник, у меня радость! Отец вернулся из поездки! Он привез мне множество сладостей из лучших кандитерских. Чего там только не было! И коричные леденцы, и шоколадные конфеты, и пастила, и мой любимый лукум, присыпанный сахарной пудрой, и засахаренные цветочки.
Но Вик и здесь умудрился испортить мне настроение. Он отвернулся и тихонько хрюкнул в кулак! Он сам самая настоящая свинья!
Но сегодня я придумала, как ему отамстить за все, что он сделал!
24 октября 1907 г.
Дорогой дневник, я очинь раскаиваюсь за все, что раньше написала. Я хочу, чтобы ты знал, что я правда совсем не злая и не испорченная. Я очень добрая и хорошая, у меня доброе серце, и я всей душой верю в Бога. Он всегда меня прастит, прасти и ты.
Когда я сказала, что хочу отомстить Вику за те гадости, что он про меня говорил, так и было. Но вот что из этого вышло.
С Виком занимается другой учитель. Вик не может учиться в школе с другими мальчиками, потому что у него слабое здоровье. Поэтому он осваивает все науки на домашнем обучении и очень старается.
Я дождалась, пока он зделает перерыв в занятиях, прошла в классную комнату и разлила по страницам его опрятной тетради чернила, обложки книг измазала клеем, а доску – огарком свечи. Я хотела, чтобы учитель подумал, что Вик сам все это сделал, чтобы не заниматься в тот день, и накажет его.
Но я ошибалась! Вик всегда очень прележный, он не стал
