Читаем без скачивания Семнадцатая жена - Дион Страда

— Мама, смотри какие яркие огоньки, там кораблик? — девочка пролепетала сонливым голосом, обернувшись на мать и указывая вытянутой рукой на сияющие во тьме снопы ярких огней.

— Да, Амелия, кораблик, — ответила Ванда, не поднимая головы от багажа.

— Но мама, ты даже не посмотрела! Он же такой большой! И яркий. Движется прямо к нам, — Амелия полностью проснулась и с восторгом наблюдала за вырисовывающимся огромным силуэтом судна, обрамлённым праздничными огнями. Вокруг него на расстоянии крутились огоньки поменьше, а в небе хаотично двигались ещё два ярких пятна, словно пляшущие феи.

— Нет, в ванной ничего не оставили, — в комнату вернулся Анджей.

— Папа, смотри какой кораблик! А мама смотреть не хочет, — жалобным тоном сообщила отцу девочка, обернувшись, но затем снова вернувшись к наблюдению за прекрасной иллюминацией.

— Проверь столик в спальне, по-моему, я оставила на нём косметичку.

Анджей закатил глаза и опять вышел. Раздался звук мощного, гулкого удара, но приглушённый, словно нечто большое упало на мягкий ковёр.

— Ты там что-то уронил? Косметичку нашёл? — Ванда всё не поднимала глаз от сумок и сейчас пыталась в очередной раз закрыть свой чемодан.

— Нет, в коридоре, наверное, что-то зацепили, — донёсся спустя минуту голос мужа из комнаты, — Да, я нашёл твою косметичку. Но она была не на столике, а в комоде.

— Смотрите, кораблик повернулся, — Амелия была в восторге от своего наблюдения.

Анджей вернулся в комнату, но протянул руку с косметичкой мимо жены, он, не отрываясь, смотрел в окно. Мужчина подбежал к нему и распахнул настежь. Комнату наполнил рёв дальних сирен, становившихся всё ближе и ближе. Анджей не верил своим глазам — огромный лайнер врезался в остров, протаранил расширенную четырегода назад бухту для яхт, развернулся, упал на бок и теперь по инерции двигался дальше, взрывая обломками горящей верхней палубы набережную, давя ресторанчики и магазины. Корабль смёл низко этажные здания и теперь был уже совсем рядом от отеля, его громада с каждой секундой нависала всё ближе и ближе.

Схватив заплакавшую дочь и потащив за руку оцепеневшую от ужаса жену, Анджей бросился из номера к лестнице, но они успели спуститься только на пять этажей вниз. Раздался сильнейший удар, всё здание содрогнулось, с потолка обвалились отделочные плиты, погас свет, а в следующее мгновение лестница с застывшими от ужаса людьми сложилась как карточный домик от неосторожного вздоха.

Практически все почувствовали это одновременно — огромная туша лайнера начала поворачиваться и крениться на правыйбок. Вновь зазвенели стёкла, заскользила мебель, с каждой секундой крен становился всё больше. Герцог забрался в фонтан и ухватился за мраморную деву с кувшином, ещё ни разу в жизни он с такой силой не обнимал женщину. Питер, с несвойственной ему скоростью и настойчивостью, потянул Кристину за руку к ближайшему дереву. Все, кто суетился у дверей «Золотого Дворца», запаниковали, принялись заносить бесчувственные тела обратно, кто мог, побежал к стенам кафе, опорам арок или по примеру оператора и журналистки, схватились за деревья или фонари. Грохот со всех сторон нарастал, в воздух поднялся вой мужских и женских голосов. Крен стал критическим, в атриум вылился водопад деревянных обломков и битого стекла, откуда-то раздался новый взрыв, перекрываемый лязгом и хлопками. Об основание фонтана разбилась скамейка и обдала Марка снопом щепок. Мимо с диким криком пролетел человек в комбинезоне механика, он упал на массивное дерево, предостерегающе скрипевшее с боковой стороны, ставшей теперь нижней, его голос стих. Голоса, звавшие на помощь из «Золотого Дворца», переросли в бессвязный безумный вой, там что-то угрожающе скрипело и звенело, раздалась серия хлопков и как будто свист. Крики стали душераздирающими, словно наступил страшный суд и неверных утаскивали в распахнутые врата ада, но всё покрыл звон бьющегося стекла и голоса стали тише.

Не в силах смотреть по сторонам, герцог посмотрел вперёд, туда, где ещё недавно было небо. И крик застрял в горле — на него, вместе с волнами воды, двумя небольшими катерами, обломками пирса, металлическим ломом и кусками стен, двигались высотные дома из стекла и бетона, сверкающие ночными огнями. Скрежет стал ужаснейшим, стали раздаваться новые хлопки и взрывы, Марк понял, что кричат не только на лайнере — жуткая паника, покрываемая сиренами, творилась сейчас там, куда двигался «Падишах», двадцать второй палубой вперёд. Где-то совсем рядом раздался новый вопль, фонарь не выдержал веса и сорвался вниз вместе со своим пассажиром, в груду обломков конструкций, мебели и осколков стекла. По лайнеру прокатилась новая канонада хлопков, и везде погас свет. Корабль погрузился во мрак, от чего ставшие совсем близко огни домов стали слепящими, словно ты находишься в центре тьмы, которая надвигается готовая поглотить мир и уже разинула свою пасть, полную зубастых обломков. Англичанин попытался вывернуться и посмотреть назад, отыскать глазами Кристину и Питера, но в темноте ночи, озаряемой всполохами включившихся аварийных маяков, было невозможно что-то разглядеть. «Падишах» сотряс могучий удар, совсем рядом в землю парка врезался водный мотоцикл, герцог инстинктивно закрыл глаза, и его накрыло волной мелких обломков, песком и стеклянной пылью. Движение остановилось.

Загнав ужас в тёмный угол души, успокоив страхи и постаравшись воззвать к своим аналитическим способностям, Марк открыл глаза и огляделся по сторонам. Он продолжал лежать на мраморной статуе, уже не изливавшей воду, крепко обхватив её руками и ногами. Откуда-то снизу донеслись слабые стоны и крики о помощи, «Золотой Дворец» молчал. Пространство освещалось неверным красноватым светом аварийных огней, в котором кружились листья и цветы. То, что было правым бортом, представляло собой месиво искорёженного металла, между которым в песке и воде на обломках мебели лежали мёртвые тела, присыпанные осколками стекла, на витрине чайной, где любил сидеть герцог, лежал кусок корпуса парусной яхты. Наверху, висели, зацепившись за перилла открытых галерей, или лежали, на потрескавшемся стекле закрытых, всё те же обломки вещей, дверей и перегородок. Впереди, откуда на протяжении недели светило южное солнце, и мерцали крупные звёзды, теперь смотрели искорёженные конструкции обрушившихся зданий, прямо в одну из галерей лайнера упирался остановившийся эскалатор. Раздался одинокий взрыв и стена, на которую только что смотрел Марк, рухнула, открыв его взору то самое высокое небо с яркими звёздами, которых он никогда не видел у себя в Англии. Сверху его окликнули по имени, герцог посмотрел по направлению раздавшегося голоса и увидел Питера и Кристину, державшихся друг за друга и за ствол опасно накренившегося дерева. Они все выжили, но спасателям стоило поторопиться, скоро в атриуме мог начаться оползень.

Герт де Вос стоял чуть