Валлет с удивлением посмотрел на брата, а Юзия, напротив, слегка улыбнулась, давая понять, что это тот ответ, который она ждала.
— По всем расчётам, емкость выжигателя чуть больше резерва магистра… — парень оговорился, но быстро поправил себя. — Прошу прощения, просто Бесстрашного. Эта концентрация маны не убьёт его, а с учётом его ауры, возможно даже не ранит… — Юнк Колл посмотрел в глаза Верховному инквизитору. — Магистр, нам ни в коем случае нельзя делать его нашим врагом. Если…
— Это делаем не МЫ, — улыбка на лице старухи стала злой и колючей, — Это делает магистр Варитий.
— Нужно срочно остановить его… — Старший из братьев вскочил с места, младший, напротив, остался сидеть и внимательно следить за своей наставницей.
— Нет! Мы ДОЛЖНЫ думать о всеобщем благе на десятилетия вперёд, а Керрия ДОЛЖНА очиститься от глупцов и невежд, оказавшихся у власти. — Юзия почувствовала, как кашель снова подступает к горлу, но смогла подавить приступ. — Все, кто сохранил верность Кругу, исповедует чистоту магии, и следует заветам предков, ДОЛЖНЫ сейчас сплотиться и ждать. А не верить наветам и слепо следовать за предателями и изменниками, даже облечёнными властью… Когда же придёт время… — Верховный Инквизитор резко замолчала, и тут-же зашлась сильным кашлем от долгой речи.
Несколько минут она не могла восстановить дыхание. Братьям пришлось даже звать лекарей, чтобы унять приступ. Только через пол часа, когда посторонние покинули комнату, она продолжила. Уже гораздо тише, и чуть менее пафосно.
— Юнк, возьми бумагу с гербом ордена. Валлет, принеси мою печать из кабинета. Раз Бесстрашный обвиняется в запрещённом колдовстве… значит я должна сделать всё, чтобы он не смог снова сотворить злодеяние в сердце нашей страны. — Сказав это абсолютно серьёзно, она не смогла сдержать коварной улыбки.
***
Вдали от наезженных торговых дорог, в нескольких часах пешего хода от столицы стоял ничем не примечательный придорожный трактир. Два этажа, приусадебное хозяйство, небольшая кузня, конюшня, хозяин — старый наёмник в отставке и дурацкое название “Куча”, -типичные атрибуты подобного заведения. Даже внимательный глаз королевских егерей не увидел бы здесь ничего особенного. Разве что разбойники в этих местах никогда не делают засад.
Большинство решило бы что это из-за того, что тут некого грабить: одни крестьяне да пастухи. Отчасти так и было, но истинная причина крылось в другом.
Этот трактир являлся тайным местом встречи крысиных баронов, поэтому они сами не промышляли на этой территории и “волкам” не давали.
Благодаря этому простому, но хитрому трюку, во время облав стража в эту сторону даже не смотрит. Какой смысл тратить время и посылать людей туда, где мухи дохнут от скуки? Верно — никакого.
Знали об этом месте далеко не все преступники в столице. Лишь главари крупных шаек и их самые верные люди.
В центре первого этажа стоял массивный круглый стол с девятью пустующими стульями. В дальних частях огромного зала, в ожидании остальных, коротали время четверо крысиных баронов. Главари банд сидели отдельно друг от друга за небольшими столиками в компании своих подручных и попивали нечто напоминающее пиво. По цвету.
Краснобай, так прозвали хозяина, заблаговременно отпустил барда и дал повару с подавальщицами выходной, оставив из прислуги лишь тех, кто был в курсе статуса сегодняшних гостей.
Один из слуг, дежуривших на крыше, подал сигнал о всадниках на дороге. Через пару минут он же отрапортовал “свои”. Гости слегка успокоились и до поры припрятали оружие.
Дверь открылась, и в зал вошли двое мужчин. Молодой красавец в богатом дорожном плаще с модной бородкой и щегольским пером диковинной птицы на шляпе, за ним следовал молчаливый и невзрачный телохранитель.
— Здоров, Фазан! — Улыбчивый толстяк за одним из столов приветливо помахал вошедшим куриным бедром.
— И тебе здоровья, Пуз. Приятного аппетита. Ты, кажется, похудел.
— Да иди ты… — Главарь одной из крупнейших шаек притворно испугался, затем заржал и ещё сильней вгрызся в мясо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тот, кого назвали Фазаном, не стал садится отдельно, а сразу занял место за общим столом.
— Рано. Подковы ещё нет и хрен знает, когда будет. — Бандит с тремя пальцами на левой руке флегматично отхлебнул из кружки и громко рыгнул.
— Его и не будет. Подкова сказал: «Чтобы там не случилось, Червь не прав». А ещё он добавил, что вонючий кусок дерьма получил своё, туда ему и дорога. — Фазан снял шляпу, погладил перо и знаками показал трактирщику, что хочет выпить.
Остальные лидеры преступных группировок тоже стали подтягиваться за общий стол.
— Пятипалый, говорят Топор так и не оклемался после встречи с тобой. — Толстяк вытер жирные руки о штаны и дружески похлопал соседа по плечу.
— Шоб он сдох. — Бандит без двух пальцев на левой руке брезгливо стряхнул крошки.
— Кто знает, что с Губаном? Я его не видел с тех пор как вернулся. Торба, ты что-нибудь слышал? — Фазан был явно в хорошем настроении, хотя повод для встречи был не из приятных.
Дело было даже не в том, что собравшиеся скорбели по Червю, а в переменах. Баланс сил на улицах резко изменился, а значит, если они не договорятся, предстоит делёж территории и новая война между бандами. Отсутствие трёх из восьми крысиных баронов, с одной стороны, облегчало поиск консенсуса, а с другой — снижало его легитимность. Так мог бы сказать кто-то из главарей, если бы знал такие слова. Хотя некоторые из собравшихся были намного умней, чем показывали…
— А я откуда знаю? Шерстью оброс, да на луну воет! А чё ты у меня-то спрашиваешь? — Долговязый мужик лет пятидесяти в халате свободного кроя подозрительно посмотрел на Фазана.
— Так его люди, вроде бы, к тебе идут. Может слухи какие слышал? — Фазан сделал невинное выражение лица.
— Нет, ничего не слышал. Всё пиздёж. — Торба всё больше нервничал и уже потянул руки к оружию, спрятанному под одеждой.
— Да не ссы ты. — Последним к столу подошёл мускулистый старик с лёгкими нечеловеческими чертами во внешности. — Все и так знают, что ты на его кормушки руку положил.
— Свин? — старик обернулся и с удивлением посмотрел на полуорка. Затем, решив для себя что-то, его лицо вдруг резко успокоилось, как будто он снял маску. — А если и так? Через месяцок, о его территории потолкуем?
— Потолкуем… — Свин ещё немного поиграл с человеком в гляделки и сел за стол.
*
Когда все пятеро наконец заняли свои места, трактирщик принёс четыре кружки и одну тарелку.
С той ночи, когда погиб Червь и полегла почти половина его банды, прошло три дня. Выжившие бандиты уже успели расползтись по соседним группировкам и рассказать там во всех подробностях (даже тех, которых не было), что же произошло в хромом доме.
Не смотря на подъём устного народного творчества, медные гроши и крепкие затрещины всё же помогли отделить правду от вымысла, а факты от домыслов; и восстановить, более-менее, точную картину произошедшего.
Всё началось с того, что у одной из проституток Червя завёлся постоянный клиент. Такое иногда бывает, но появился он не у молоденькой смазливой шмары, а у старой (по меркам профессии) Ручейки. Это возбудило любопытство главаря, и тот начал собирать о еёном ухажёре сведения. Довольно быстро выяснилось, что это великовозрастный деревенский простофиля — бастард какого-то западного графа, а может и герцога.
Не стрясти с такого золотишко было просто невозможно. Однако, перед бандитами встала одна загвоздка… Судя по тряпью, пырялу и цацкам (которых не было) отец явно не доверяет сыночку деньги. А значит, выкуп требовать придётся не с героя-любовника, а с его папаши.
Червь придумал нехитрый план, как заманить их жертву, но всё оказалось намного проще. Они даже не успели состряпать лопуху маляву, а он уже был на пороге. Червь быстро раскидал простофиле расклад и они, вроде как, о чём-то договорились… а дальше всё пошло против шерсти.
Приблизительно такой информацией владел каждый из собравшихся. Но из всего этого было абсолютно непонятно, как получилось так, как получилось; и кто, демоны его дери, этот Соу?
