Читаем без скачивания Корабль-призрак - Виктор Точинов

— Разговорчики! — цыкнул на них Кухаренко — тоже негромко, явно сдерживая свой мощный бас. Затем обратился к офицерам:

— Ждем приказаний, вашскобродия!

— Степан Филиппович, — приказал Старцев мичману, — разделите людей на две группы и осмотрите помещения, старшими пойдете вы и Кухаренко. Двое матросов и мы с господином Буланским — здесь, у трапов, в резерве. На здешние технические непонятности не отвлекаться, искать людей. Всех найденных — доставлять сюда, при сопротивлении — стрелять на поражение. Приступить к исполнению!

Группа матросов во главе с боцманом двинулась в направлении бака, люди Казакевича — в противоположную сторону, к надстройкам юта.

А капитан-лейтенант воспользовался моментом, чтобы чуть внимательнее ознакомиться со здешними, по его выражению, «техническими непонятностями»… Подошел к агрегату, установленному неподалеку на палубе.

Хм-м-м… В общем, что это установка для пуска ракет — догадаться несложно. Несколько смущал лишь размер опустевших тонкостенных труб с откинутыми крышками. Слишком уж маленькие снаряды могли в них разместиться… Устаревшие четырехдюймовые ракеты системы Засядько, применявшиеся в войнах с турками и в среднеазиатских компаниях, и те выглядели куда солиднее… Даже если снарядить боевую часть сей игрушки не пироксилином, а новомодной шимозой — что она сможет сделать хорошо бронированному военному кораблю? Однако едва ли создатели странного оружия планировали применять его против рыбачьих лодок, да и разве можно попасть в лодку ракетой, с ее никудышной точность? Дай Бог по броненосцу-то не промазать…

Ни следа запальных шнуров, либо предназначенных для них отверстий. Ну, с такой-то новинкой Старцев знаком — гальванический пуск, как на новых минах… Капитан-лейтенант обошел установку, пытаясь отыскать штурвалы для горизонтальной и вертикальной наводки, — но они, похоже, напрочь отсутствовали. Зато обнаружил нанесенную краской надпись:

U. S. Navy

USS TUSCARORA

Ю-эс-эс[7]… Стало быть, американский флот? Хм-м…

Штаты, охраняя свои интересы на Тихом океане, соблюдают в нынешней войне более чем дружественный к России нейтралитет. Аналитики Главного морского штаба даже не исключают их вступления в войну в случае чрезмерного усиления Японии… И новейшие корабли, секретно поступающие на вооружение американского флота, можно бы лишь приветствовать, но…

Но больно все это подозрительно. Да и откуда взяться брошенному командой этакому кораблю в европейских водах? Он, надо полагать, должен бы испытываться в глубокой тайне, где-то у берегов Америки…

Чиновник из Синода тем временем рассматривал странный цилиндрический предмет, подвешенный на шлюпбалке. Вернее, не сам цилиндр, но укрепленную на нем алюминиевую пластину — попытался разобрать в сгущающемся сумраке выбитые на металле буквы, затем достал из кармана спички, чиркнул, подсветил…

Похоже, и Буланский обнаружил свидетельства американского происхождения загадочного корабля — потому что, закончив изучение, спросил медленно, задумчиво:

— Скажите, Николай Иванович, как человек, во флотских делах более искушенный: смогли бы Северо-Американские Соединенные Штаты, при всей их бурно растущей промышленности и прикладной науке, построить в глубокой тайне нечто подобное? — И Богдан Савельевич широким жестом повел рукой вокруг себя.

— Крайне сомневаюсь, — ответил Старцев без раздумий. — Технические новинки внедряются всегда медленно, исподволь, не сыплются, как из мешка… Здесь же, — он скопировал широкий жест Буланского, — практически всё новое, незнакомое, невиданное…

— Однако ж тут повсюду надписи, свидетельствующие, что именно в Америке создан сей чудо-корабль… — сказал Буланский еще более задумчиво. И сменил тему:

— Не нравится мне тишина здешняя… Как бы большим шумом не закончилась…

И в самом деле, группы Казакевича и Кухаренко ушли — и как в воду канули. Ни пленников, ни вестовых с докладами… Впрочем, выстрелов или других звуков, свидетельствующих о сопротивлении, тоже пока не слышно.

Неужели очередной «летучий голландец» или какая-нибудь «Мария Целеста»? — мелькнула у Старцева мысль. Стаканы с горячим чаем в кают-компании, дымящаяся трубка в каюте капитана — и ни единой живой души… Хотя здесь и сейчас вместо дымящейся трубки куда вероятнее обнаружить дымящиеся пистолетные гильзы… Кто же все-таки стрелял? И почему никак не отреагировал на их вторжение?

Ответ на мысленный вопрос капитан-лейтенанта прозвучал почти мгновенно. Где-то в недрах корабля отрывисто грохнули несколько револьверных выстрелов. Пару раз бухнуло что-то непонятное — не винтовка, и не наган. Потом прогремела длинная очередь — очевидно, боцман Кухаренко пустил в ход свой «Мадсен». А затем очереди грянули дружным хором, и отдельные выстрелы стали уже неразличимы в какофонии боя.

Старцев выдернул кольт — рефлекторно, не задумываясь. Стоявшие у шторм-трапов матросы синхронно клацнули затворами трехлинеек. А затем один из них выкрикнул заковыристое флотское ругательство, глядя вниз, за борт.

Старцев подскочил к краю палубы и успел разглядеть миноноску, полным ходом исчезающую в сумраке.

— Двигаемся на подмогу боцману, штормтрапы стеречь теперь незачем, — быстро сказал Старцев Буланскому. Ткнул пальцем в одного из матросов: — Бегом к мичману! Пусть шлет всех свободных людей туда, на бак!

Жестом приказал второму моряку: «За мной!». И они втроем устремились в направлении не смолкавшей пальбы.

Признаться, поначалу Старцев позорно заблудился, запутавшись в дверях, трапах и коридорах. Но быстро сообразил, что не стоит спускаться глубоко вниз, а лучше держаться поближе к верхней палубе — откуда можно было по крайней мере сориентироваться. Кроме того, бой шел не в самых дальних помещениях корабля, иначе звуки выстрелов звучали бы куда слабее…

Тем не менее они могли бы долго плутать по неосвещенным закоулкам корабля — все фонари, и электрические, и ацетиленовые, забрали с собой группы боцмана и Казакевича. Но внутренние помещения корабля подсвечивали лампы, врезанные в потолки на достаточно большом расстоянии друг от друга — хорошо освещенные участки коридора перемежались с затянутыми полумраком. Свет, как мельком отметил капитан-лейтенант, оказался мало похож на электрический — мягкий, рассеянный, не режущий глаза и не дающий теней… Но дивиться очередной здешней странности не оставалось уже ни желания, ни времени.

Меж тем задававшие направление звуки стрельбы, то затихавшей, то снова возобновлявшейся, — смолкли. Не беда — почти сразу их троица наткнулась на матроса, похоже, охранявшего ведущий вниз трап. При их приближении тот вскинул винтовку и угрожающе рыкнул: «Стой!» — но, разглядев офицерскую форму и погоны, успокоился.