Оставшись ненадолго одна, Лунзи вдруг поняла, что роль дешевой подружки позволяет ей беспрепятственно разглядывать других посетителей ресторана, выискивая среди них того, кто мог бы оказаться их таинственным знакомым.
Она не заметила никого, кто встал бы и последовал за выходящим из зала Илоком, но, разумеется, доносчик наверняка позаботился о том, чтобы выйти задолго до того, как капитан будет вызван. Она также не заметила никого, кто исподтишка присматривался бы к их столу или к ней.
Она играла второстепенную роль в очень опасной игре с безжалостными противниками. Лунзи старалась не беспокоиться, пытаясь сосредоточиться на достоинствах своих закусок. Что значила одна-единственная жизнь для пиратов, убивавших, не задумываясь, миллионы? Жизнью больше, жизнью меньше… Но если капитана заподозрили, он может поплатиться жизнью.
Когда Илок наконец вновь показался среди свисающих полос зелени, Лунзи вопросительно посмотрела на него. Он едва заметно кивнул. У неё отлегло от сердца.
– Я тут подумывала, не заказать ли нам ещё чего-нибудь выпить перед горячим. Вы поддержите?
– Блестящая идея! У меня почему-то горло пересохло, – согласился Илок.
– В столь дивный вечер, в таком чудесном обществе грешно не потакать своим желаниям. – Он нажал кнопку на краю стола, вызывая официанта. Все шло успешно.
Лунзи распирало от любопытства, но осторожность одержала верх над глупостью. Было куда более благоразумно подождать, пока они благополучно не вернутся на базу.
– Что, кстати, вы собираетесь делать дальше, теперь, когда вы больше не работаете на «Фатум-Круиз»? – полюбопытствовал Илок. – Остальные большей частью уже в пути к новым местам службы. Из тех, кто не остается здесь, чтобы возбудить дело против компании «Параден».
Лунзи живо улыбнулась.
– Вы знаете, как раз перед тем, как встретиться с вами, я просматривала с помощью библиотечного компьютера некоторые разделы местной прессы, – сообщила она, подводя итог своей сегодняшней деятельности. – Я точно знаю, что категорически не хочу оставаться на этой планете – и в связи с теми обстоятельствами, о которых говорили вы, и по многим другим причинам, но главным образом из-за сильной загрязненности. Мне постоянно хочется протереть глаза.
Илок вытащил из кармана большой чистый носовой платок и положил его перед Лунзи.
– Прекрасно вас понимаю. Я к этому невосприимчив, поскольку тут вырос, но у несчастных приезжих всегда одна и та же реакция. Скажите, а вам нравилось работать врачом коммерческого судна?
– Конечно! Еще бы мне это не понравилось! Относились ко мне замечательно. Предоставили роскошную каюту, все привилегии, о которых моя скромная персона обычно даже и не помышляет. Я и не говорю о лаборатории, превосходящей самые дерзкие мечты, и исчерпывающей медицинской библиотеке, – с энтузиазмом рассказывала она. – У меня была возможность скопировать некоторые тесты на нервные расстройства, которые мне не встречались ни разу за все время моих исследований. Интересные люди, опять же. Я с удовольствием беседовала с адмиралом, да и почти со всеми, с кем столкнулась на протяжении тех двух месяцев. Лучшей работы я бы и придумать не смогла. Тем более, что временным служащим платят больше, чем постоянным.
Илок усмехнулся, и во взгляде его промелькнуло нечто, что заставило бы Лунзи заинтересоваться, когда бы то не была всего лишь случайная беседа.
– Слышал, слышал. Можно посмотреть Галактику. И вы не обязаны излишне долго оставаться с компанией, если вам не понравится, как они обращаются с вами.
– Если только снова не угожу в холодный сон. Я сейчас настолько вне времени, что если такое случится со мной опять, никто не в состоянии будет меня понять, когда я заговорю. Мне придется полностью переучиваться или согласиться поступить в услужение тому, кто смешивает лекарства.
– Практически нулевая вероятность, что это произойдет снова, Лунзи, – заверил её Илок.
– Для меня вероятность в точности такая же, как и для любого другого, – мрачно возразила Лунзи. – А плохие вещи, как правило, происходят трижды, – добавила она, вспомнив шепотки в офицерской столовой.
Капитан покачал головой:
– Хорошие вещи тоже должны происходить трижды.
– Милостивые господа, гвоздь обеда!
Перед ними как из-под земли вырос их официант и отдал салют, прикоснувшись рукой ко лбу. Лунзи и Илок выжидательно смотрели на него.
Явно не вполне освоившийся с официантской униформой, он одной рукой крутанул в сторону свой огромный плащ, а другой в то же время начал вытаскивать из-за широкого пояса припрятанное там маленькое игольчатое ружье.
Но и Илок был не лыком шит.
– Ружье! – рыкнул он, резко выбрасывая руку через стол, чтобы столкнуть Лунзи на пол, и тотчас же и сам нырнул под стол и выкатился с другой стороны.
Вздрогнув, бледнолицый гуманоид наконец вытащил оружие, но было уже поздно, и игла бесшумно вошла в спинку стула, где долей секунды раньше сидел Илок. Кабинка с грохотом вспыхнула. Официант развернулся и побежал, нелепая мантия бестолково моталась у него за спиной.
Перепуганные завсегдатаи с пронзительными воплями вскакивали со своих мест. Капитан проворно вскочил на ноги и устремился за бледнолицым, бежавшим к служебным помещениям ресторана. В дверях они, словно сговорившись, бросились друг на друга, к ужасу посетителей и музыкантов.
Зал заполнился дымом, во все стороны полетели обломки.
Призвав на помощь самодисциплину, Лунзи рванулась из-за фальшивой скалы, куда толкнул её Илок, намереваясь последовать за ним, чтобы помочь задержать потенциального убийцу. Но едва она поднялась, как кто-то сзади крепко обхватил её шею, одновременно поймав её запястье. Лунзи резко повернулась, чтобы увидеть своего противника. Это был другой бледнолицый служащий. Глаза его блестели, когда он давил ей на горло.
Она попыталась высвободить руки, но шелковые складки его костюма сильно мешали. Полимерные кроссовки не слишком годились для удара в голень, потому она с силой наступила пяткой на сухожилие, соединяющее ступню и лодыжку. Зарычав от боли, он лишь крепче сдавил её горло.
Лунзи двинула локтем ему под дых и наконец-то была вознаграждена. Он охнул, хватка его несколько ослабла, и она вырвалась, освобождая запястье и разворачиваясь. Он снова вцепился ей в шею и сдавил. Тогда Лунзи большими пальцами рук сильно ткнула ему под мышки и снизу вверх ударила коленом промеж ног. Каково бы там ни было наследство гуманоида, у неё ещё оставалось, куда бить.
Чем она и воспользовалась. Когда противник скрючился, Лунзи сильным ударом по шее дослала его в нокаут. Он обмякшей грудой рухнул на пол, и она побежала к выходу из ресторана, призывая на помощь службу охраны порядка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
