– Черт бы побрал Ханикатта, – беззлобно чертыхнулся Рэкселл.
– Значит, это правда! – Леди Хэппендейл укоризненно покачала головой.
– Правда, и если мне удастся найти ее, я непременно познакомлю вас, чтобы ты могла лично поблагодарить эту девушку. Без нее у меня бы ничего не вышло.
– Удастся найти? Ты что, потерял ее по дороге?
– Именно так! – рассмеялся Рэкселл. – Она ускользнула от меня, прежде чем я успел… э-э… выяснить наши отношения.
– То есть она не знает, кто ты и чего добивался?
– Не знаю, насколько она осведомлена, – последовал ответ.
– Это действительно серьезно! И что ты намерен предпринять?
Вместо ответа он загадочно улыбнулся и спросил:
– Кстати, о таинственных незнакомках… Кто эта прелестная особа, что прогуливается в твоем саду?
Сердцем любящей сестры леди Хэппендейл почувствовала, что настаивать не время.
Она решительно обуздала свое любопытство и позволила брату сменить тему разговора.
– Хелен Денвилл, и она действительно очень привлекательная девушка. Я бы сказала, она отличается весьма своеобразной красотой. Всего за неделю я успела к ней привязаться и хочу оставить при себе в качестве компаньонки.
– Рад, что ты нашла кого-то, кто тебе понравился, – обронил Ричард с вежливым интересом. – Значит, ее фамилия Денвилл? Да, теперь припоминаю!
– Ты с ней знаком? – удивилась леди Хэппендейл.
– Да, если память мне не изменяет, – равнодушно пояснил он, – я встречал ее примерно за год до своего отъезда. Она тогда впервые появилась в свете.
– Странно, что ты ее заметил.
– Отчего же? По-твоему, я должен был забыть все, что связывало меня с прошлым? Или ты намекаешь, что я никогда не проявлял особого интереса к дебютанткам? Вообще-то я горжусь своей памятью на имена и лица. Надеюсь, мне не составит труда вновь занять подобающее место в обществе.
– Не сомневаюсь, милый, но я не об этом. У меня сложилось впечатление, что мисс Денвилл с тобой незнакома.
– Ничего удивительного! С чего бы ей меня помнить?
– Действительно, с чего? – пробормотала леди Хэппендейл, не в силах вообразить, что впечатлительная юная дебютантка, однажды увидев герцога Клерского, способна его забыть. – Иначе вчера, когда речь зашла о тебе, она бы упомянула о вашем знакомстве.
– Ты сказала, что эту новость принесла тебе Оливия Солташ – будь она неладна! Видишь, моя память в полном порядке, я не забыл, что эта особа завзятая сплетница! Мисс Денвилл присутствовала при вашем разговоре?
– Присутствовала, но никак не отреагировала, и ни вчера, ни позже, ни словом не обмолвилась о том, что встречала тебя в свете.
– Смею ли я надеяться, – улыбнулся Рэкселл, – что и другие, узнав о моем возвращении, проявят подобную сдержанность? Мисс Денвилл мне уже нравится.
– О да, она замечательная девушка, образованная и прекрасно воспитанная. Но не обольщайся, Ричард. Несмотря на спокойную реакцию мисс Денвилл, ты должен приготовиться к тому, что о тебе будут много говорить. Вчера новость была лишь сплетней, завтра она станет сенсацией! – Леди Хэппендейл подарила брату лукавую улыбку, очень похожую на его собственную. – Как ты думаешь, велика ли вероятность того, что уже сегодня Оливия Солташ удостоит нас своим посещением?
– Очень велика! – усмехнулся Рэкселл.
– Надеюсь, ты ошибаешься, – вздохнула Эмилия. – Не знаю, хорошо ли, если тебя увидят. Я имею в виду, посторонние.
– Почему нет? Я хочу без промедления объявить о своем “воскрешении”.
Помолчав немного, леди Хэппендейл небрежно произнесла:
– Ну, может, ты и прав. Кстати, у Оливии гостит племянница, мисс Дебора Солташ. Она настоящая красотка, Ричард. Думаю, ты назвал бы ее бриллиантом чистой воды.
– Ты правда так думаешь? – Он устремил на сестру испытующий взгляд. – В таком случае я буду начеку, ибо, как мне кажется, ты пытаешься предупредить меня, чтобы я не угодил в капкан.
– Ничего подобного! Просто…
– Я не был в свете несколько лет, – перебил он, – но, надеюсь, не утратил необходимых навыков! До вчерашнего дня я был богатым мистером Дарси и, хотя и не мог соблазнить дам титулом и положением, у меня хватало денег, чтобы обходить острые углы.
– Какие еще острые углы! Уверена, ты лучше других знаешь свет и не питаешь ненужных иллюзий, но думаю, что циником ты не стал. Наверняка найдется немало женщин, которых привлекут твои достоинства, а не то, чем ты владеешь.
– В самом деле? Непременно познакомь меня с ними. Я же вижу, ты не успокоишься, пока я не женюсь.
– Ты все шутишь! Когда ты, наконец, остепенишься? – ответила она с некоторой досадой. – Конечно, сейчас не время напоминать, что ты обязан жениться и произвести на свет наследника, пока еще кто-нибудь не вознамерился лишить тебя герцогского титула. Кловис Толби, к примеру. Вот уж кого я просто не выношу! Но не думай пока об этом. Наслаждайся свободой!
– Спасибо! – с чувством произнес Ричард. – Восхищен тем, что ты проявляешь сдержанность и не спешишь напомнить мне о моем долге! Однако, чтобы упрочить свое положение, я должен не только зачать наследника, но и сделать кое-что еще. Ты навела меня на мысль о некоторых более неотложных обязательствах. Оставлю тебя на минутку, пойду покажусь твоим домочадцам. Без сомнения, они уже слышали новость. Чувствую, что должен предстать перед ними, чтобы развеять все сомнения!
Глаза леди Хэппендейл снова увлажнились.
– Да, конечно! – улыбнулась она сквозь слезы. – Ты уже обосновался в Клерхолле?
– Да. На рассвете я снова стал лордом и хозяином поместья. Сейчас там Кейтли; не сомневаюсь, что он развлекает моих лакеев байками о наших приключениях за границей. Я колебался, оставлять ли его одного – он непременно припишет все лавры себе! – но больше ждать не мог, так хотел поскорее тебя увидеть! Но теперь, дорогая, мне действительно пора показаться людям.
– Но ты еще вернешься ко мне, не так ли, Ричард? – с беспокойством спросила леди Хэппендейл.
В ее голосе послышалось напряжение. Прежде чем уйти, Рэкселл обнял сестру и заверил, что остаток дня проведет с ней, а уж потом вернется в свое имение и приступит к исполнению обязанностей хозяина.
Глава девятнадцатая
Ричард Рэкселл, шестой – и законный! – герцог Клерский, не торопясь, прошелся по комнатам загородного дома сестры. Слуги леди Хэппендейл, как и следовало ожидать, находились на своих местах и занимались делом. Он с благодарностью принял проявления радости по поводу своего счастливого возвращения, дружелюбно приветствовал всех, многих, называя по имени. Но главной его целью, конечно, являлся сад.
Вскоре он поспешил туда и, выйдя на прелестную, увитую плющом террасу, заметил Хелен, возвращавшуюся в дом после прогулки.
