Читаем без скачивания Лунный луч - Эдриенн Вудс

Это было не похоже на нее — просто исчезнуть.

Я действительно начал беспокоиться о том, что привел плюс один на ее день рождения.

ЕЛЕНА

Я пошла в ванную и заплакала. Это была единственная комната в доме, которая была звуконепроницаемой.

Табита — нет, Ледяная Королева — была идеальна. Я никогда не превзойду ее. Не имело значения, сколько раз мама подчеркивала слово «красивая». А теперь, теперь у меня были покрасневшие глаза, и я не могла показаться на публике. Он бы узнал, что я не в порядке. При нормальных обстоятельствах кто-то должен был умереть, чтобы я так плакала. Это было так неубедительно.

Раздался стук в дверь моей ванной.

Пожалуйста, пусть это будет не он. Пожалуйста.

— Елена? — произнес мамин голос.

Я открыла дверь.

Она посмотрела на мои слезы и крепко обняла меня.

— Ночь почти закончилась. Он миллион раз спрашивал, где ты. Я больше не знаю, что еще сказать.

Я безнадежно указала на свое лицо.

— Я не могу выйти в таком виде, мама.

— Это можно исправить с помощью небольшого заклинания, милая. Я просто боюсь, что ты выдашь себя.

— Со мной все будет в порядке. Убери это. Я ненавижу плакать. Особенно из-за него.

Она была занята, когда вошел мой отец. Еще более унизительно.

— Убирайся. Это девчачьи штучки! — закричала на него мама. Не говоря ни слова, папа развернулся на пятках, расплескивая коктейль в руке. Его поспешное послушание заставило меня влажно хихикнуть. Мама улыбнулась. — Она ничто по сравнению с тобой, милая.

— Она для него все, мама. Разве ты не видела, как он шептал ей всю ночь и целовал ее пальцы? Это отвратительно.

— Это так, но просто помни, он твой дракон. Она, без сомнения, чувствует большую угрозу от тебя, чем ты от нее.

Я никогда не думала об этом с такой точки зрения.

— Хорошо, я запомню это.

Я посмотрела на свои глаза в зеркале. Не было похоже, что я вообще плакала.

— Так в чем же мое оправдание? — сказала я.

— Звонил Паппи. — Мамины глаза искрились озорством. — Ты знаешь, как долго он может говорить.

— Он бы понял, что это ложь, мама. Он знает, что Паппи никогда не звонит мне в мой настоящий день рождения.

— Ты видела, как он растерянно смотрел на этот торт. Он чувствовал себя обделенным. Он понятия не имел, что представляет собой эта туфля. Все изменилось. Он на собственном горьком опыте поймет, что если не будет обращать внимания, то многое потеряет.

Я улыбнулась.

— Спасибо, мам.

— Не за что. Больше никаких слез, ладно?

Я кивнула и вернулась к своей вечеринке.

Вечер не был полным провалом. Он полностью поверил в историю о том, что Паппи звонил сегодня вечером; в последнее время у них были некоторые неполадки с сигналами. Я обняла его, но не так крепко, как всегда. Это было более быстрое и прохладное объятие. Я встретила Ледяную Королеву. Она действительно была такой раздражающей. Она хотела совершить экскурсию по замку и испугалась, когда встретила моего отца, который притворился таким же взволнованным, как и она. Он подпрыгивал на месте, как подросток.

Я не могла удержаться от смеха над ним. Он был таким умным. Как ему удалось выставить себя таким важным и сделать свою дочь счастливой от того, что он посмеялся над ней?

Я играла в гида и даже показала ей свой домик на дереве. Но там, под деревом, Блейк и Табита начали целоваться. Я чувствовала себя незваным гостем, когда они не могли оторваться друг от друга. Я решила, что собираюсь наполнить свой бокал.

Я нашла Люциана, Арианну и всех остальных в бассейне. Все окна бильярдной были распахнуты настежь, чтобы впустить теплый ночной воздух. Я села рядом с ними и осталась там.

Два голубка, наконец, вернулись и были удивлены, обнаружив, что я сижу с друзьями и наслаждаюсь настоящей беседой.

— Вот ты где! — сказал Блейк. — Мы ждали, когда ты вернешься.

— Ждали? — Я закатила глаза. — Этот домик на дереве внезапно стал слишком маленьким. — Я рассмеялась, легко и беззаботно.

Блейк покраснел, а Табита раздула ноздри. Все засмеялись.

Люциан удивленно посмотрел на меня и достал бутылку выпивки.

— Ты с ума сошел? — Я накричала на него. — Убери это, мама сдерет с меня шкуру живьем.

— О, да ладно, Елена. Раньше тебя это не останавливало, — поддразнил Блейк.

Я показала ему язык. Я знала, что это было слишком незрело, но это было то, к чему он привык. Кроме того, мне было всего четырнадцать. Я больше не собиралась вести себя старше, чем была на самом деле. Мне больше не нужно было притворяться. Это было естественно.

— Отлично. Только не попадитесь, — сказала я и сделала первый глоток.

Остаток бутылки разлился по кругу. Мы играли в «тридцать секунд», игру, в которой нам нужно было описывать слова и людей, не произнося самих слов.

Мы с Блейком каждый раз выигрывали, но сегодня он объединился со своей драгоценностью, как называла ее Сэмми. Я объединилась с Сэмми.

Она была не так хороша, как Блейк, но мы все равно победили. Табита, какой бы умной она ни была, половину времени не понимала, о чем говорит Блейк. Это дало мне много поводов для насмешек. В конце концов, они были так несовместимы.

Мы немного поплавали под танцующими электрическими огнями, которые имитировали звезды снаружи. В одиннадцать часов Табита была ужасно пьяна. У меня было подозрение, что она пришла навеселе, потому что выпила недостаточно, чтобы так напиться.

Мама наконец-то закончила с этим вечером. Мне пришлось помочь Блейку посадить Табиту во внедорожник, который прислал мой отец. Джеральд был за рулем. Он был одним из новых охранников, которые начали работать несколько недель назад.

— Извини за это, чувак, — сказал