– Лечу в командировку в Мюнхен на две недели. Рыбы сдохнут.
Что ей ответили, не знаю. Я была занята разрешением спора. Полагаю, рыбы все-таки выжили. Сейчас есть кормушки, что способны сами выдавать им корм в течение месяца. Хотя, возможно, Татьяна занята до такой степени, что ей недосуг следить за новинками в сфере зооиндустрии. Я наблюдала за ее карьерным ростом, но узнала, чем конкретно она занимается, недавно. Так случилось, что я проходила мимо стола подруг как раз тогда, когда компания определялась с десертом.
– Надо спросить у официанта, что лучше: эта новая загадочная «Фантазия» или проверенное «Крем-брюле», – сказала Лада.
– «Крем-брюле» лучше. – Я и не думала останавливаться, бросила фразу на ходу. Но меня остановила Зоя:
– А что менее калорийно: сорбет или фруктовый салат?
– Поздно, Зойка, поздно. Тебя это не спасет, – заметила Нина. И все они, включая пышечку Зою, расхохотались.
– Лучше просто кофе с кусочком горького шоколада, – посоветовала я.
– Поздновато для кофе, – заметила Лада.
– Ой, а мне как раз в самый раз. Олюшка завтра Снегурочку на утреннике в саду играет, я обещала шубенку сшить.
– Зой! – Татьяна нахмурилась. – Ну, ты в своем репертуаре. Раньше на детей горбатилась, теперь на внуков перешла. Не надоело?
– Не-а, к тому же ты вон тоже горбатишься без устали. Причем, заметь, на совершенно чужих людей, я хотя бы для своих стараюсь.
Мне стало неудобно. Стою и слушаю разговоры клиентов.
– Я приглашу официанта, – произнесла я.
– Вот скажите, Лика, – остановила меня Татьяна, – рабство или независимость?
Я прекрасно поняла, куда она клонит, поэтому произнесла без лишней уверенности в тоне:
– Независимость.
– Прекрасно. А к чему ближе постоянная глажка, готовка, уборка, стирка, еще вот шитье по ночам, и, кстати, все это без отрыва от работы?
– К осознанному выбору, – не колеблясь, ответила Зоя.
– Погоди! Я не тебя спросила. Интересно же мнение со стороны.
– Ну, если человеку так нравится, – пожала я плечами.
– Нравится – не нравится – это все философия. А я хочу узнать: пахота на других без оплаты за труд как называется? Я не отказываюсь, я тоже ишачу, дай Боже, но согласитесь, имею с этого.
– Танюх, так я ведь тоже имею. – Зоя улыбнулась. Она смотрела на Татьяну не с осуждением, а с плохо скрываемым сожалением.
– Что ты имеешь? Спасибо, бабуля, было очень вкусно? И это всё?
– Танюша, но ведь это очень много.
– Спасибо на хлеб не намажешь.
– Не все покупается и продается.
– За редким исключением.
– Я приглашу официанта. – Я снова попыталась отойти.
На этот раз мне помешала Нина, спросив:
– Как вы считаете: карьерист – это комплимент или наоборот?
– Я слышу в этом слове негативную окраску. – Я постаралась ответить так, как подобало отвечать человеку, владеющему словом. Нина была писателем, и известным.
– Вот и я слышу. А почему, собственно, карьерист – это плохо? Если ты никого не подсиживал, не предавал, нигде не подличал, так в чем проблема? Делай себе карьеру, сколько угодно. А вот не любят люди карьеристов. Не понимают, как амбиции могут быть важнее прописных ценностей. Но ведь у каждого жизнь одна. Пусть живет как хочет. – Казалось, она разговаривает сама с собой, словно вырисовывая в воображении сюжет будущей повести.
Но я все равно сочла невежливым промолчать:
– Пусть живет.
– Вот вам, девочки, мнение со стороны, – тут же вернулась Нина с небес на землю. – Каждому свое. Странно, что две великовозрастные тетки неожиданно об этом забыли. Кстати, Ладка вон вообще образец совместимости рабства и независимости.
– Ну-у-у, – протянула Лада. – В чем-то да.
– Во всем. – Нина взглянула на нее снисходительно, как смотрит на ученика учитель, когда тот пытается придумать оправдание невыученному уроку. – В сущности, многим удается совмещать эти два статуса. А вот они, – Нина кивнула на подруг, – исключительные крайности.
– Пожалуй, – согласилась Зоя.
– Наверное, – все еще немного обиженно сказала Лада.
Я промолчала, обдумывая, как предпринять очередную попытку уйти. Татьяна резко хлопнула рукой по столу:
– Ладно, крайности. Мое время вышло. Ешьте десерт без меня. До скорого.
Не мешкая, она поднялась, чмокнула каждую из женщин и быстро удалилась.
– Самая независимая пошла, – усмехнулась ей вслед Нина.
Все молчали, удивляясь тому, насколько Татьяна помешана на работе, а я совершенно неожиданно решила полюбопытствовать:
– Чем она занимается?
– Всем понемножку, – загадочно ответила Нина.
– И всем сразу, – добавила Лада, ничуть не проясняя ребус.
– Она – юрист, – с укоризной взглянув на подруг, объяснила Зоя. – И очень востребованный. Она способна вести любые дела, как по бизнесу, так и личные. Лицензия адвоката у Тани тоже есть. Конечно, если вы украли кошелек, она вас защищать не станет.
– А если обанкротите этот ресторан, то вполне возможно, – глубокомысленно заметила Нина.
– Нин! – подруги хором осадили ее.
– А что такого? Это же шутка. Хотя, – Нина будто говорила сама с собой, – в жизни все может случиться.
Я улыбнулась, показывая, что ни капельки не сержусь и понимаю, что все это несерьезно, так, фантазии, не более того. Словно вдогонку моим мыслям Лада сказала:
– А ты напиши об этом.
– О чем? О банкротстве ресторана или о Таньке и краденом кошельке? – спросила Нина, и подруги дружно захохотали. А я пошла по своим делам, отослав к ним официанта. Я не знала, почему они засмеялись. По мне, так Нина могла бы написать хоть о рваном ботинке, все одно получился бы бестселлер. Она была не просто известным, а очень популярным писателем. Она не только писала увлекательные романы, которые появлялись в магазинах с завидной регулярностью, но и не сходила с экранов телевизоров. Ее приглашали участвовать в различных ток-шоу, быть членом жюри многих конкурсов, высказывать экспертное мнение в политических программах. Кроме того, она вела несколько радиопередач. В одной говорили о новинках кино, в другой речь шла о воспитании детей – у Нины, матери и бабушки, было несколько книг, посвященных проблеме переходного возраста. Литература ненаучная, но чрезвычайно познавательная. Тираж одной книги разошелся мгновенно, а потом допечатывался и допечатывался, потому что восемьдесят процентов, если не больше, матерей подростков понятия не имели, что делать, если обожаемое чадо красит волосы в зеленый цвет, хамит, шляется по подъездам, одевается в какие-то лохмотья, слушает ужасную музыку, не желает учиться и вообще упрямо движется по неправильной колее прямиком в тупик. Все хотели знать, как же быть, и всем советы Нины Артемьевой казались очень толковыми.
