— Х-храма? — в один голос спросили Артём с Захаром. Последний даже привстал, забыв о ранах. — Но мы думали…
— Думали они… У меня сильные сомнения, что вы вообще способны на такое. Пошли неизвестно куда и неизвестно зачем. Ну не болваны ли?! Стрелка каменная им, видите ли, направление показывает… Тьфу! Да ещё в неприятности на каждом шагу влипаете. Если бы не догнал вас за гаражами, быть вам на пути в рабство…
Лазовский ощутил себя нашкодившим щенком, который возомнил себя взрослым псом и вырвался из-под опеки хозяина, но вскоре был пойман и отшлёпан. Даже если забыть о былых унижениях и предательствах, выглядело это гадко.
Кардинал склонился над оборотнем и провёл рукой. Захару пришлось потерпеть несколько мучительных секунд, пока тело само вытолкнуло пули, и раны закрылись. Артём завистливо вздохнул. Чёрт, лёгкость, с которой Хмурый справляется с трудностями, выглядела форменным издевательством.
— Соберите оружие и пойдём. До темноты мы должны быть в Храме. В нём и заночуем…
— Командир, может, стоит объяснить нам, что к чему? — спросил Захар. — Раз уж ты всё знаешь и понимаешь. Что за штуковину я нашёл, куда она нас ведёт…
— Как найдём вход в Храм, так большинство вопросов сами собой отпадут.
Артём представил, как Кардинал скалится под капюшоном. Кажется, издеваясь над ними, он получает удовольствие.
— Похоже, кое-кому уже приходилось здесь бывать, — пробормотал Лазовский, но Хмурый его услышал.
— Верно, приходилось. Давно.
Сволочь, снова смотрит как ни в чём не бывало! Будто и не подставил он Артёма в той истории с Таугрим, будто так и надо было. Наглость просто запредельная.
Кардинал снова повернулся к Захару.
— Доставай свой амулет, помогу его настроить. С этим Храмом одна беда. Каким-то макаром он ухитряется перемещаться в пространстве, да ещё вблизи от него начинают чудить поисковые артефакты.
Сноходец за цепочку вытянул из-под рубахи собственный медальон и зажал его между ладонями.
— Не тяни! — строго прикрикнул он на замешкавшегося Захара. Тот судорожно сдёрнул с шеи шнурок с амулетом и положил каменную сосульку на ладонь. Качнувшись из стороны в сторону, та пару мгновений показывала на Кардинала, затем повернулась почти на девяносто градусов.
— Значит, там! — махнул Хмурый. Он первым зашагал, куда показало остриё. Артём и Захар переглянулись и двинулись следом. По пути подхватили автоматы «чистых», собрали рожки с патронами.
Идти пришлось совсем недолго. Обогнув небольшую рощицу, они вышли к развалинам здешнего аналога Стоунхенджа. Кардинал, не останавливаясь, направился к единственной уцелевшей арке. Он дёрнулся было приложить к камню свой медальон, но почему-то передумал и сделал Захару приглашающий жест рукой.
— Давай ты.
Артёму это в очередной раз напомнило, как его обманули, и он предостерегающе сжал плечо приятеля: осторожней!
— Ну, я и сам планировал сделать нечто вроде этого, — невнятно пояснил Захар и осторожно прикоснулся к камню самым кончиком собственного амулета.
В небе не раздался гром, не полыхнула молния, не случилось ничего особенного, разве что стянуло кожу на лице, да на грани слышимости раздался непонятный треск.
— Сработало? — спросил Захар, как-то по-детски надув щёки. Прямо мальчик, у которого отняли конфету.
Вместо ответа Кардинал шагнул в проход и… пропал. Артём, после известного случая относящийся к порталам не без опаски, шумно вздохнул. Как же ему не хотелось лезть внутрь, кто бы знал. Однако в проход он прошёл вторым, опередив Захара.
— …Где мы?! — не постеснялся спросить Ненахов, оказавшись по другую сторону врат. Увиденное его буквально ошарашило.
— В отнорке нашей реальности, в таком небольшом кармане… А в нём Храм. Ты это хотел услышать? — засмеялся Кардинал. К удивлению Артёма, местные красоты не оставили равнодушным даже командира.
Они стояли в центре огромного зала со сводчатым потолком, мозаичным полом и цветными витражами в окнах. Искрились вмурованные в стены драгоценные камни, то здесь, то там огнём вспыхивали колдовские письмена. В нишах укрылись статуи то ли воинов, то ли правителей, а то и вовсе магов.
— Вот это, я понимаю, находка! — присвистнул Захар. — Всё как новенькое, будто вчера ремонт закончили. Умели Древние строить, да?
Насмешку Хмурого оборотень проигнорировал. Артём завистливо вздохнул. Он всегда завидовал лёгкости, с которой другие сносили чужие подколки и оскорбления.
— Вам туда, — Кардинал махнул в сторону прохода в соседний зал. — Положите амулет в нишу на алтаре и подождите. Артефакты подобного рода постоянно тянет в сосредоточие силы одного с ними полюса — Света или Тьмы. Вот вы сюда и пришли.
— А зачем здесь вы? — Артём решил отбросить экивоки и спросить напрямую.
Кардинал пожал плечами.
— Я уже говорил: чтобы помочь. — Помолчав недолго, он добавил: — Плюс надо забрать отсюда кое-что. Для дела. Первый раз, когда здесь был, попалась мне на глаза одна вещица… Пришла пора её изъять.
Вот так вот, просто и ясно: «Когда я здесь был в первый раз». Пока остальные выживали, бандит Хмурый разгадывал древние загадки и тайны. Определённо, только в сказке бывает так, что обычный парень или девчонка в другой земле вдруг становится могучим героем, великим магом и, до кучи, прозорливым правителем. «Вдруг» ничего не бывает. Скучающие офисные мечтатели останутся мечтателями и в новом мире, наверх пробьются самые энергичные, напористые, готовые стоптать на своём пути любое препятствие. Жестоко? Несомненно! Но такова жизнь. Вряд ли Ермак был кротким агнцем, будь иначе, Сибирь не досталась бы России. У каждого времени свои герои. Их достижениями стоит восхищаться, но совсем не обязательно любить их самих. Да и наблюдать за ними удобнее с безопасного удаления. Иначе сомнут и не заметят.
Впрочем, Артём эту нехитрую истину уже уяснил. Злость, обида, желание отомстить никуда не делись, однако лишать себя шанса научиться чему-то новому из-за собственных эмоций он не собирался. И это мнение не изменил.
— Когда ж ты всё успел, командир? — задумчиво протянул Захар, вертя в руках амулет.
— Кончай болтать и займись делом, — рявкнул в ответ Кардинал. Он уже стоял около неглубокой ниши с похожим на средневекового рыцаря истуканом. Артём не видел деталей, но вроде бы металл доспехов покрывал сложный узор, а в центре нагрудника темнела вертикальная прорезь. В руках статуя сжимала нечто вроде японской нагинаты с чёрным древком и длинным тёмно-синим клинком. Из осторожности Лазовский не стал подходить ближе. Вряд ли Кардинал обрадуется попытке сунуть нос в его дела.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
