Забрав недопитую чекушку, Чапаев удалился. Меринов облегченно вздохнул – прославленный герой анекдотов оказался вовсе не таким комичным усачом, каким всегда рисовался народной молвой после фильма.
– Ну че, доволен? – заржал Баранов. – Я тоже до этого думал – ну, Чапаев, ну, типа, хохмач. А через месяц увидел, как он с тремя шахтерами махался, которые безобидный анекдот рассказали: «“Педофила привели”. – “Расстрелять!” – “Не можем, Василий Иваныч, он говорит – Ленина еще ребенком знал!”» По-человечески можно понять комдива – трудно уснуть командиром с орденом Красного Знамени, а проснуться – приколистом из Comedy Club. Классический пример черного пиара. Интересно, кому Василь Иваныч так насолил, что ему на Земле имидж кардинально испортили?
Петрович не слышал разглагольствования банкира – он подскочил на кровати и напряженно смотрел куда-то вперед. Губы его зашевелились, он протер глаза и убедился: то, что ему в настоящий момент привиделось, появилось вовсе не от залитой в организм убойной дозы водки.
– Караул! – дурным голосом заорал Петрович и полез под кровать.
К страшному удивлению Баранова, степенный Меринов, едва взглянув в том же направлении, немедленно последовал примеру Петровича – только без крика. Сидя под кроватью в неудобных позах, маскируясь одеялом, оба тряслись как осиновые листы. Банкир осмотрелся, но никого не увидел.
– Да в чем дело-то? Вы что, уже до зеленых чертей допились оба?
– Тихооо… – шипел Меринов. – Осторожно… ОНА услышит.
– Кто? – поднял брови банкир. – Кто услышит?
– Шшшшшш… – изображал аспида милиционер. – Это она самая… одна из двух девок, что нас с Петровичем… замолчи, не привлекай внимания.
– Так что она тут тебе сделает? – не мог взять в толк изумленный Баранов. – Здесь же и так одни трупы. Чего боишься-то? Вылезай давай.
– Да заткнись ты! – взревел участковый. – Мертвые не мертвые, хрен знает, чего от этой твари ожидать… На всякий случай лучше спрятаться.
Банкир покорился воле собутыльников и замолчал. Мимо него, закутавшись в голубое одеяло, ступая босиком по бетонному полу, прошла Локки. Заметив пристальный мужской взгляд, девушка кокетливо поправила волосы. Она улыбалась.
Рядом с кроватью выросла регистраторша в очках, сверяясь с бумагой.
– Антон Петрович Холмогоров, номер 224 СД 557 K здесь?
– Угу, – трубно донеслось из-под цинкового ложа.
– Вам на выход, – свернула бумагу регистраторша. – Адская электричка стоит на перроне. Пожалуйста, не опаздывайте – проверьте, все ли вещи с вами.
«Похоронили Петровича, – тоскливо подумал банкир. – А ведь привык к нему уже за неделю. Так скоро и водку станет пить не с кем».
Глава сорок первая
Разбитая лилия
(воскресенье, 22 часа 34 минуты)
Несмотря на позднее время, блондинка с платиновыми волосами по-прежнему сидела на рабочем месте, уткнувшись в компьютер уставшим взглядом. Значок в «аське» оставался непоколебимо красным уже много часов подряд – RL2 так и не появился. В принципе, появляться ему было уже незачем, ибо их взаимовыгодное сотрудничество можно считать законченным. Но уж хоть бы спасибо сказал на прощание. Сегодня днем должен был вернуться из отпуска Голос, но почему-то до сих не приехал. Ну, мало ли какие у него нашлись срочные дела – может, предотвращает Третью мировую войну. Кроме того, немного тревожило, что Локки и Раэль ни разу не ответили на ее послание, которое она оставила на законспирированном сайте. Хотя и это можно объяснить – скажем, девочки просто гуляют в баре, с размахом отмечая знаменательное событие. Осталось подождать лишь грандиозного сокрушения Габриэля, и после этого она переберется на земную виллу, где в первый же вечер в голом виде совершит торжественный заплыв в бассейне, наполненном пивом. Да, Габриэлю остались считанные часы: даже в экстренных случаях Голос задерживается в отпуске не более чем на сутки – значит, он точно вернется в чертоги Небесной Канцелярии в понедельник. А кем Габриэль станет после увольнения? Это не столь важно. В Раю после такого провала ему и пиццу разносить не разрешат. Ближе к полуночи она встретится в укромном местечке с Лаэли, осуществившей практически в одиночку ликвидацию всех мерзавцев из специально свитых ею заранее гнезд. Да уж, не зря все-таки Лаэли была лучшей в отряде ангелов возмездия – по крайней мере, убивать она научилась виртуозно и бесшумно, в ЦРУ бы локти искусали от зависти, что не наняли ее для устранения Фиделя Кастро. Вместе с ней они выпьют чего-нибудь эдакого… ну хотя бы даже давно опостылевшего ананасового сока за их победу. Какая разница? Когда ты расправляешься со своим главным врагом, даже сок превращается по вкусу в крепчайшую водку. Заодно требуется срочно решить сакраментальный вопрос: как поступить с Калашниковым и Алевтиной? Спрашивала днем раньше Раэль, но у нее на все один ответ: свидетелей надо прикончить, особенно таких, которые вызывающе отказались играть по их правилам. Может, и так – ведь если они служат Габриэлю, значит, это тоже враги. Почему бы до возвращения Голоса не нанести Алевтине визит вежливости? Конечно, ее перевезли на охраняемый остров, но в охране-то работает Лаэли, и у нее есть пропуск… И может быть, в запасе остался один заветный цилидрик…
Блондинка тронула розовым пальчиком кнопку телефона, но тотчас же резко отдернула руку – в коридоре послышались шаги. Щелкнув «мышкой», отработанным движением она вышла из «аськи»: на рабочем месте не следует много болтать в онлайне, особенно участницам заговора. Почтовый ящик, впрочем, закрывать не стала – деловая переписка никого не волнует, все знают, что ей шлют бандероли. Надев на кукольное личико дежурную улыбку, девушка сложила ладони перед собой, изображая прилежание. Кто же из сотрудников может прийти в такое время? Правда, ничего удивительного – после исчезновений ангелов многие работают допоздна. Возможно, один из служащих что-то забыл в кабинете, вспомнил, остановил колесницу и вернулся обратно. Сейчас она его выпроводит.
Шаги приближались – блондинка выглянула из-за ноутбука. Странно, но в коридоре никого не было. Она тряхнула головой. Показалось, что ли?
То, что шаги раздавались сзади, блондинка поняла слишком поздно. Свет резко погас – одна железная рука больно схватила ее за шею, другая перехватила локтем горло так, чтобы она не смогла нанести свой коронный удар головой, которому столь хорошо обучали на базе ангелов возмездия. Придя в себя от секундного шока, Калипсо изогнулась и ударила невидимого незнакомца ногой, обутой в туфлю с тонким каблуком, но удар пришелся в пустоту. В ответ нападавший повалил девушку лицом на стол, ловким приемом заломив руку на спине. Парень явно знал свое дело – похоже, что единоборства ему во время тренировок преподавал более крутой учитель. «Орать. Надо орать что есть силы!» – рот блондинки открылся, готовясь издать пронзительный звук, с которым не сравнился бы и десяток пожарных машин. Однако по прозаичной причине завизжать ей не удалось: на голову обрушился страшной силы удар, и крик замер в горле. Подождав еще секунду, незнакомец приподнял ее за волосы, а потом с силой швырнул лицом вниз, заботливо отодвинув в сторону компьютер. У блондинки потемнело в глазах, рот наполнился соленой жидкостью, отчаянно брыкаясь, она еще раз предприняла попытку освободиться. Бесполезно. За спиной дважды защелкнулись наручники – незнакомец сковал ее по рукам и ногам. Никто больше не держал девушку – она свалилась на пол, хрипя от бессильной злости, из носа ручьем струилась кровь, один зуб раскрошился. Она сплюнула кусочки эмали. И что теперь он с ней будет делать? Изнасилует? Хм, да не с ее-то счастьем: в Раю эрекции ни у кого не случается – бром им в еду добавляют, что ли, а может Голос в воздухе какую-то эссенцию распылил. Короче, у мужиков (если можно называть тех, кто тут рядом существует, мужиками) ничего не работает никогда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
