чёрного металла, так и около сердца скапливается огромное количество радужной энергии. — Бе… й…
— Поняла, — вытерев слёзы, аватар богини Ики собрал в пальце побольше энергии и вонзила мне в сердце. — Ай!
Аватар отскочил назад и взвыл, так как лишился пальца. Ну что за женщина? Она же видела, что Сусаноо без клинка так остался…
Но девушка весьма быстро пришла в себя и, достав небольшой кинжал, что кунаем называется, разбила его о моё сердце.
— Е… щё… — просил я, и в этот момент, в резиденции, рядом с моим алтарём, что я поставил на последние силы, начали появляться боги. Ну и Рейна с женщинами. Похоже, Юмико сообщила им… хм. Судя по бледным лицам, она сказала им, что я тут умираю.
Юмико вновь вонзила кинжал, потом ещё.
— Помогает… — простонал я, ощущая, как концентрация радужной дряни вокруг сердца уменьшается.
— Я. Я могу помочь? — Рейна была бледна, как смерть, и уверен, что своей помощью богиня, скорее, прибьёт меня. Она сейчас эмоционально нестабильна.
— Не стоит. Дай нам. Мы сможем, — вперёд, покачивая бёдрами вышли Аннара и Ангелла. Аня взяла в руки плеть и как ударит по мне! У всех челюсти отпали, у меня бы тоже отпала, но она почти не шевелится. — Наказан! Ты довёл девушек до слёз. За это ты наказан адской похотью, что будет пробуждаться с наступлением темноты.
У меня аж дыхание остановилось от такого жестокого проклятия. И как хорошо, что оно разбилось о радужную энергию.
— Хм. И правда работает, — Аня кивнула Лине, которая сейчас была одета в юбку из огня и, собственно, всё. Она забыла зажечь пламя на груди, но зато я вижу, что проклятие Аннары не работает.
Ангелла подошла и, взмахнув рукой, объяла меня пламенем поддержки. Ха! Моя же энергия, которую я не могу сейчас выдавить из себя, поступает ко мне же, но от бога-зама.
— Наказан! — Аннара продолжала бить плетью. Ангелла пускала пламя. Остальные женщины отошли в сторону.
Радужная энергия, точнее, радужный яд, стремительно выжигался из тела, отчего кровь, что лилась из ран, обрела нормальный цвет.
— Стоп. Хватит, стоп, я ска… — хриплым тихим голосом попытался я остановить женщин. Однако те, похоже, не услышали меня из-за шума плети.
— Наказан! — услышал я очередной выкрик Аннары.
— Ух-х-х… — мощный поток энергии ворвался в моё тело, добивая остатки радужного яда. Пламя Лины также не останавливалось, но оно было мягким и целебным, поэтому мои раны смогли наконец-то восстановиться. Вот только… — Стой ты! Стой!
— Наказан!
— Остановись… женщина! Всё уже! — выругался я более громким голосом.
— Ой… Увлеклась… — Аннара скривила улыбку и отошла. — Прости… Божественность в голову ударила.
— Врёт. Просто она садистка, — Ангелла скептически посмотрела на подругу-богиню, а та лишь мило улыбнулась.
— Сними проклятие, — простонав, я всё-таки поднялся и сбросил божественный облик. Ух как всё болит-то.
— Эм-м-м-м… а оно не снимается… — седовласая пышногрудая девушка призадумалась и вновь скривила улыбку. — Прости… Оно, правда, не снимается. Ой! Девчат… что я наделала…
— Что? Что там? — поинтересовалась Лена, которая уже пришла в себя.
— Узнаем ночью… Держитесь…
— Так это же хорошо… Хорошо же? — Лена смотрела на Аннару, а та была не уверена. — Ты что наделала?
— Сложно сказать… приятное с полезным. Спасала его и экспериментировала с наказаниями… Предлагаю сбежать и недели так на две запереться в Шой-у… — Аня попятилась от меня, а остальные выглядели напуганными.
Сил ругаться совершенно не было. Да даже стоять трудно. Я получил огромный физический и божественный урон. Нужно восстановление. Благо, у меня есть божественность пятерых богов… Думал я, пока не ощутил, что их уже всё… утащили старые кошёлки!
Ладно… Они всегда возвращают после того, как очистят.
— Помогите Юмико. Я буду восстанавливаться в Божественном Плане, — оставив женщин в разрушенной резиденции клана Ики, переместился на Луну.
Оказавшись у обелиска, сразу ощутил, как стало легче.
Не будь у меня физического тела, залез бы в обелиск и ушёл в кратковременную спячку, чтобы быстро восстановить повреждения, нанесённые радужным ядом и богами. Но нет, приходится поглощать очищенную божественную сущность. Благо, её у меня хватает.
Я столько оторвал от себя осколков души, что такие повреждения можно сказать привычны. Но я совсем недавно лишился приличной части души. И это меня ослабило… Похоже, сильнее, чем я рассчитывал.
— Паразит, что скажешь?
— Джессику поразил менее концентрированный яд. Думаю, если бы в той стреле был яд, каким атаковали вас, Святая дева умерла бы мгновенно, — голос Паразита был слаб. Но главное, что он не помер. — Имей образец, я, возможно, смог бы выделить антидот или найти способ поглощать эту энергию.
— С этим проблем не будет, — с ухмылкой вытянул руку и достал из Хранилища один из «радужных клинков». У меня их аж четыре штуки. Как там говорится? Кто к нам с радужным клинком придёт, тот от него же и погибнет.
— Нет такой поговорки, — возразил «умник».
Я немного полежал перед обелиском, но вдруг проснулся голод. Зверский голод. Поднявшись, я огляделся.
Сейчас я находился в столице Азаруса. Моей игры. И здесь было весьма многолюдно. Мой обелиск видят все, но для них это просто белый обелиск. Без рун и прочего.
А что? Я же не хочу, чтобы демоны увидели, какие у меня тут руны стоят… Так что здесь иллюзия стоит. Крайне мощная.
Ладно. Обратившись Гаусом пошёл в город. Вокруг обелиска находился красивый сад, в котором расположены застывшие охранники. Они убьют любого, кто проникнет сюда.
Правда, сделать это будет не легко. Очень нелегко. Всё же мой обелиск защищает могущественный барьер. Ну и решётчатая стена высотою в четыре метра. Узорчатая и красивая.
Оказавшись в городе, я попал на кольцевую
