из Оллиуля?
— Да, сударь.
— Ты всех людей здесь знаешь?
— Как не знать!
— Значит, ты мне можешь хорошо помочь.
— Если это чтобы выручить того бедного господина из тюрьмы, так ради бога, — простодушно ответила она.
— Да, так.
— И что же мне сделать, сударь?
— Помоги мне узнать, куда направился господин де Венаск, когда ушел из Оллиуля.
— Так я же вам, сударь, говорила, — ответила служанка. — Я за ним шла, пока он не вышел из города.
— Ну да.
— А там увидела, как его встретили два человека и повели его через поле.
— Вот этих двух людей мне и надобно разыскать.
Служанка замотала головой:
— Так я же вам говорила, — опять сказала она. — Я ближе подойти не могла, не знаю я, кто это был.
— Ну да, — повторил и господин де Сен-Совер. — Только теперь я здесь поселюсь на несколько дней. А ты побегай туда-сюда, поспрашивай, попробуй разузнать, не приютил ли тут в окрестностях какой хозяин чужого человека.
Отдав эти распоряжения, господин де Сен-Совер и сам продолжил поиски.
Ему пришло в голову послать в "Вестник Прованса" такую заметку:
"В ходе ближайшей судебной сессии ожидалось рассмотрение дела так называемых черных братьев. В этом деле серьезно замешан один из самых знатных людей Прованса.
Однако слушание дела отложено до следующей сессии.
Почему?
Точно этого никто не знает, но, по слухам, если господин Анри де Венаск сможет показать, где он находился между вечером 1 мая и утром 10 мая, его невиновность будет доказана".
На другой день эта заметка была перепечатана газетами Тулона и Марселя.
Пошел пятый день пребывания господина де Сен-Совера в Оллиуле, когда служанка вошла к нему в номер и сказала:
— Господин следователь, у меня для вас новости.
— Да?
Господин де Сен-Совер в тревожном ожидании смотрел на девушку.
— Вчера вечером, — стала она рассказывать, — хозяйка меня послала за одним делом тут по соседству, а за мной увязались два человека.
Господин де Сен-Совер насторожился.
— Я вижу, они хотят со мной заговорить, а не решаются. Тогда я пошла дальней дорогой, тихим проулочком.
— А те двое за тобой?
— Да, господин следователь. И тут один из них ко мне подошел и спросил: "Ты ведь в гостинице служишь?" — Да, говорю. — "У вас следователь поселился?" — У нас. — "Так скажи ему, чтобы завтра вечером вышел к началу Виноградной дороги, там ему скажут очень важную вещь".
— Где эта Виноградная дорога?
— Да та самая, по которой ушел господин де Венаск.
— А кто эти люди?
— Не знаю. Всех знаю, а этих не знаю. Неместные они.
— И как ты думаешь — может, это те самые, с кем ушел господин де Венаск?
— Думаю, да, сударь.
— Хорошо! — сказал господин де Сен-Совер. — Пойду к ним. В котором часу они сказали?
— Как только стемнеет.
— Ну что ж, девочка, доведи меня сейчас до этой Виноградной дороги, чтобы я вечером один туда мог дойти.
— Как скажете, сударь.
И тогда господин де Сен-Совер подумал:
"А может, все наоборот? Может быть, эти двое — как раз те, за кем я гонялся, и теперь они снова хотят меня сбить со следа?"
II
Господин де Сен-Совер все еще соблюдал некоторую осторожность и тайну в своем расследовании, а потому не хотел выходить из трактира вместе со служанкой. Он назначил ей встречу через час и вышел первым.
Впрочем, хозяин гостиницы и все его люди строго хранили секрет, и никто в Оллиуле точно не знал, что здесь делает молодой следователь.
И то сказать: Прованс — страна, бывшая некогда королевством, — не так уж мал; от Оллиуля на юге до берегов Дюрансы на севере километров полтораста, а то и больше.
Люди с побережья очень смутно представляли себе историю черных братьев и особенно ею не интересовались.
Знали только то, что господин де Сен-Совер служит в юстиции и расследует какое-то дело.
Итак, молодой следователь вышел из Оллиуля и с четверть часа шел по большой дороге в направлении, подробно указанном служанкой.
Потом он остановился и стал ее дожидаться.
Девушка пришла вовремя.
Она подвела господина де Сен-Совера к каменному кресту по левую сторону от королевской дороги, поставленному в память последнего церковного юбилея.
От этого креста шла дорога, становившаяся все уже и уже, а под конец просто тропинкой.
— Вот, сударь, — сказала служанка, — идите дальше прямо по дороге и встретите тех двоих.
Господин де Сен-Совер быстро осмотрел местность.
Оллиуль стоит на краю леса, у подножья холмов и совсем недалеко от моря: в тихие ночи там ясно слышен его глухой ропот.
Вся долина засажена великолепными виноградниками. Через эти виноградники, среди которых то и дело попадаются большие виллы и маленькие уютные домики, петляет дорога.
Так что мысль, пришедшая было к господину де Сен-Соверу, что его, может быть, хотят заманить в ловушку, тут же отпала.
Местность была далеко не пустынная; к тому же следователь вспомнил, что сразу же после захода солнца встает луна.
Он вернулся в Оллиуль и стал с нетерпением дожидаться вечера.
Когда в церкви звонили к вечерне, господин де Сен-Совер был уже в назначенном месте.
Ему не пришлось ни долго ждать, ни далеко идти по тропе.
Уже вскоре он увидел, как через виноградник навстречу ему идет человек.
Солнце только что зашло, было еще светло, и молодой человек мог прекрасно рассмотреть встречного, который, подойдя совсем близко, поклонился первым.
Ему было лет тридцать пять, он носил коротко стриженную темно-русую бородку; на его спокойном и приветливом лице светились большие синие глаза.
Выглядел он как зажиточный сельский хозяин: серая тиковая куртка, белые панталоны, широкополая соломенная шляпа.
На плече у него была охотничья двустволка.
— Имею честь говорить с господином де Сен-Совером? — спросил он.
— Точно так, сударь.
— В таком случае это я имел смелость назначить вам здесь встречу.
Господин де Сен-Совер поклонился.
— Я, сударь, — продолжал незнакомец, — живу в двух лье отсюда, на берегу моря, в деревне под названием Сен-Назер. Там есть таможня.
— Очень хорошо сударь.
— Вероятно, имя мое вам немного скажет, но это имя старого провансальского рода. Меня зовут Шарль д’Англези.
— Ваша фамилия мне прекрасно известна, — сказал господин де Сен-Совер.
— Когда случилась революция 89-го года, мы и так были небогаты, а она разорила нас окончательно. Дом да сад на берегу моря — вот и все мое состояние. Несмотря на бедность, два года назад я женился по любви. Женился я на мадемуазель Юрель, дочери начальника таможни в Сен-Назере. Живем мы только на мое скромное жалованье в таможенном управлении да на жалованье моего тестя —
