class="p1">— И, сделай мне одолжение, хочешь, чтобы я держалась от твоих дел подальше, хочешь, чтобы я держалась подальше от Мустанга, держи Мустанг подальше от меня.
— Без проблем, Айви. Джейни больше тебе не позвонит, — заверил меня Грей.
— Я говорю не о Джейни. Я говорю о Бадди.
Тишина, затем:
— Что?
— Бадди, — прошипела я. — Прошлой ночью он заявился в клуб, набросился на меня, угрожал, сказал, чтобы я не совала нос в твои дела, как ты только что. За исключением того, что, хотя твой голос сейчас не источает божественный нектар, он был намного менее любезен, и совершенно ясно донес свою точку зрения. Настолько ясно, что мне пришлось силой выставить его из клуба. Итак, Грей, хочешь, чтобы я не вмешивалась, держи подальше от меня не только Джейни, но и себя и этого отвратительного тролля. Мне в жизни такие, как он, не нужны. Ты меня понял?
— Бадди приходил к тебе в клуб? — тихо спросил Грей.
— Да. Пришел, набросился на меня и стал угрожать. И он не шутил. Абсолютно. Мне это не понравилось. Если хочешь, чтобы я держалась от твоего дерьма подальше, держи свое дерьмо подальше от меня.
Грей молчал.
Я — нет.
— Удачи, Грей. Надеюсь, ты во всем разберешься. Счастья тебе.
И отключилась.
Я бросила телефон на атласное одеяло, после чего взорвалась:
— Боже!
— Детка? — позвал Лэш, я подвинулась и плюхнулась на спину.
Он встретился со мной глазами, поднял руку и обхватил мою челюсть.
— Детка, — прошептал он.
Я почувствовала на глазах влагу и снова глубоко вдохнула.
— Ох, девочка моя, — продолжал шептать Лэш, его красивое лицо излучало нежность, глаза — теплоту и обеспокоенность. В итоге, я рассказала ему о звонке Джейни. Такие у нас отношения. В конце концов, я рассказала ему все. Он узнал также о вчерашнем визите Бадди.
Я продолжала глубоко дышать.
Затем заперла свои чувства на замок.
— Я в порядке, — наконец, прошептала я.
Голова Лэша склонилась набок.
— Уверена?
Боже, как же я его любила.
— Конечно, милый.
Он изучал меня. Затем наклонился и поцеловал в лоб. После чего снова улегся рядом и опять притянул меня в объятия.
— Давай поспим, детка, хорошо?
Мы никогда не возвращались домой раньше двух ночи и никогда не вставали раньше девяти утра.
Лэш был прав, нам нужно было поспать.
— Да, — тихо согласилась я.
Лэш притянул меня ближе.
Это заняло некоторое время, сон никак не шел, в голове слишком много всего вертелось, слишком сильное беспокойство грызло изнутри, слишком мощная артиллерия палила из всех орудий по стенам, окружающим мое сердце.
Но, в конце концов, я заснула.
Глава 22
Выстрел в сердце
День и четыре часа спустя...
Зазвонил телефон, мы с Лэшем и его матерью Рондой стояли в гостиной, я слушала, как они обсуждали планы на ремонт (очередной). Лэш купил дом пять лет назад и ремонтировал каждую комнату, по крайней мере, по одному разу. Гостиной предстояло преобразиться в третий раз.
Серьезно. Как Ронда не раскусила, что ее сын гей, не представляю.
— Я возьму, — пробормотала я, прижалась к Лэшу и коснулась его губ поцелуем.
В ответ он опустил руку мне на талию и сжал.
Это не выглядело наигранно. Таковы были наши отношения. Нежные. Чистые.
Может, именно поэтому Ронда нас не раскусила. Из-за нашей привязанности невозможно было разглядеть суть, потому что мы с искренней нежностью любили друг друга.
Выйдя из комнаты, я подошла к телефону, нажала кнопку и поднесла к уху.
— Алло.
— Айви?
Черт. Джейни.
— Привет, Джейни.
Секунду она молчала, а затем:
— Я... я... ох, Айви, прости меня. Это я сказала Роану и Шиму, что звонила тебе. Они должны были разведать, какую сумму нужно Грею, но я забыла, что у Роана длинный язык. Он рассказал своей жене Стейси, а у нее свой салон красоты и язык еще длиннее. Слухи распространились. Дошли до Бадди и Грея. Я понятия не имела, что Бадди, что он... — она сделала паузу, а затем продолжила: — сделает то, что сделал. Это не круто. Прости, что тебе пришлось с ним столкнуться.
— Это не проблема, Джейни, если он не вернется. Не волнуйся.
— Думаю... — еще одна пауза, затем: — Очень мило, что ты хотела помочь Грею, но он поговорил со мной, и он, вроде как... — снова пауза, затем: — не доволен.
Держу пари.
— В общем, — продолжила она, — Грей сам займется своими проблемами, и нам велено держаться от этого подальше. Но, все же, с твоей стороны было очень мило выразить желание вмешаться.
Итак, Грей собирался действовать в одиночку и потерять свою землю, потерять все.
Мужчины.
Глупцы.
Я старалась не испытывать по этому поводу боли, но когда мне это не удалось, попыталась притвориться, что мне совсем не больно.
Это у меня получалось лучше.
— Ладно, надеюсь, он справится, — сказала я.
— Никаких шансов, — пробормотала она.
Я не хотела, правда, не хотела…
Но все же спросила:
— Почему?
— Айви, в следующем месяце Мирри выселяют из дома престарелых. Грей больше не может позволить себе оплачивать ее проживание. Ее засунут в какое-нибудь государственное учреждение. Сама я в них никогда не бывала, но у пары моих посетителей родственники оказывались там. Они говорят, в таких учреждениях не очень приятно. А учитывая, что она в инвалидном кресле, будет еще хуже. Не думаю, что там очень уж чисто, и персонал не такой внимательный.
Мне словно выстрелили в сердце, я стояла неподвижно, но меня била дрожь.
Джейни еще не закончила.
— Грей с ума сходит, но что он может сделать? Оплачивать счета нет возможности. Отовсюду съезжаются покупатели, он распродает всех лошадей. Всех до единой. Пытается собрать деньги, чтобы заплатить по векселю. Впервые за более чем сто лет на этом ранчо не будет мустангов. Город лихорадит. Ты, может, не придаешь этому большое значение, но это так. Старожилы говорят: грядет конец эпохи. И даже я, прожив здесь всего половину
