Может быть, не было ничего необычного в том, что у Дикона есть пистолет. Возможно, все мои страхи надуманны. Мне пора было возвращаться в Эверсли: мои нервы стали сдавать.
Когда я возвратилась, в дверь моей комнаты постучалась Джесси.
— Надеюсь, я не потревожила вас, госпожа Рэнсом, — сказала она, войдя, — но Эймос Керью спрашивает, не могли бы вы зайти к нему завтра после полудня. Он хочет вам кое-что показать. Эймос будет У себя между тремя и четырьмя часами, но если вам это неудобно, то он просит вас предложить Другое время.
— Разумеется, зайду, — ответила я.
— Значит, решено, — улыбнулась Джесси.
— Мне кажется, что вам уже лучше и вы отошли от того небольшого испуга, — сказала я.
— Я и сама не знаю, что со мной случилось. Очевидно, это была какая-то игра света да еще меня взволновало происшествие с Мэй. Мне очень стыдно. Правда. Это совсем на меня непохоже.
— Все мы иногда удивляемся, — поддакнула я. Джесси кивнула:
— Я передам Эймосу, что вы придете. Ночью я снова ощутила тревогу. Кто-то совершал ночные визиты в поместье. Мне не спалось. Я посмотрела на часы — было два часа.
Я услышала скрип двери и звук крадущихся шагов. «Это Дикон или Эймос, — сказала я себе. — Но их любовные приключения меня совершенно не касаются». Я повернулась на другой бок и попыталась заснуть.
На следующий день я отправилась к Эймосу Керью. Я хорошо знала, где его дом, поскольку в свой первый приезд Джефро показал его мне. Перед домом была лужайка, на крыльце стояли горшки с цветами.
Не успела я постучать, как Эймос Керью открыл дверь.
Он провел меня в гостиную, уютную, но не очень большую, и предложил мне сесть.
— Как приятно, что вы зашли, госпожа Рэнсом! — сказал он.
— Ну что вы! Мне просто любопытно, из-за чего вы хотели видеть меня.
Эймос Керью посмотрел на меня довольно смущенно и произнес:
— Это не так просто объяснить.
— Тем не менее, я уверена, что вы справитесь.
— Это касается дел в поместье.
— Да? Каких же?
— Так не может продолжаться долго. Я хочу сказать, что его светлость становится все слабее, что бы ни говорил доктор.
— Да, мне тоже кажется, что дядя очень слаб.
— Так вот, меня беспокоит, что будет, если его не станет. Прощу прощения за прямоту… Но я думал о своем положении здесь. Оно меня немного беспокоит. Человек должен думать о своем будущем.
— Я понимаю вас.
— Ведь верно, что после смерти лорда Эверсли поместье перейдет к вам?
— Откуда вы это знаете?
— Его светлость рассказал об этом Джесси. Он почти ничего не скрывал от нее, когда был здоров, конечно. Должен сказать, что она тоже не знает, что делать. Это будет тяжело и для нее.
— Понимаю. Но мне кажется, что этот вопрос нужно будет решать позже. Дядя мог и передумать.
— Джесси сказала, что его светлость все завещал вам. И вот поэтому я хочу попросить вас насчет себя…
— Если все будет так, как вы говорите, то я уверена, что мы с мужем не прогоним хороших людей. Но пока я не могу ничего обещать относительно того, что мне еще не принадлежит. Никогда не знаешь, что будет дальше.
Эймос Керью мрачно кивнул.
— Я хочу показать вам, в каком порядке я здесь все содержу и внутри, и снаружи. А в своем саду я просто чудеса творю. Я даже посылал овощи в поместье. Надеюсь, что вы взглянете.
— Я абсолютно уверена, что все в идеальном порядке.
— Но вы посмотрите, не так ли?
Я согласилась.
— Тогда я покажу вам сад.
Мы прошли в сад, и Эймос провел меня к фруктовым деревьям. Меня поразила тишина вокруг.
— Это место кажется очень уединенным, несмотря на то, что оно недалеко от поместья, — сказала я.
Эймос Керью не ответил. Его глаза странно блестели. Внезапно меня пронзила мысль, что он позвал меня сюда не для того, чтобы говорить о своем будущем, и мной овладел безрассудный страх. Этот человек был любовником Джесси, он расчетливо привез ее сюда, чтобы она обольстила дядю Карла и вымогала у него все, что можно. Это непорядочные люди. Меня охватило желание поскорее проститься с ним и вернуться в поместье, а там уложить все вещи и уехать домой к Жан-Луи, Лотти, матушке и Сабрине.
— Пойдемте посмотрим деревья, — сказал Эймос. — Я думаю в этом году получить неплохой урожай. Его голос звучал как-то напряженно. Я колебалась. Что-то подсказывало мне, что надо уходить. Вдруг я услышала какой-то шум. Кто-то постучал в дверь, потом послышался голос Дикона, а через минуту появился и он сам.
— Я постучал, но дверь оказалась не заперта. О, здравствуйте, Сепфора. Эймос, я пришел поговорить с вами.
— Я занят, — сказал Эймос.
— Я подожду. Осматриваете сад? Эймос очень гордится своим садом, Сепфора.
Я заметила, что карман куртки Дикона по-прежнему оттопыривается. Значит, он так и ходит с пистолетом.
— Я хотел задать Эймосу несколько вопросов об арендаторах, — сказал Дикон.
— Ну, тогда побеседуйте, а я пойду домой, — промолвила я.
— Я надеюсь, вы не из-за меня уходите? — ухмыльнулся Дикон.
— Нет, нет, — заверила я его. — Я уже собиралась уходить.
Эймос принял вид человека смирившегося, и было непонятно, был ли он возмущен или, наоборот, чувствовал облегчение. Мне казалось, что Дикон раздражает его.
По пути в поместье я думала о том, как часто Дикон оказывается там же, где и я. Я почти верила в то, что он меня преследует. Тем не менее, в данном случае я была рада его вмешательству. Я сильно испугалась, хотя видимых причин для этого не было. Очевидно, положение дел в Эверсли слишком сильно расстроило мои нервы.
Когда я пришла в поместье, Джесси была в холле. Увидев меня, она вздрогнула и побледнела.
— Вы хорошо себя чувствуете? — спросила я.
— Да. Вы были у Эймоса?
— Да, была.
— И… все в порядке?
Я подняла брови. Уже не в первый раз меня возмущали допросы Джесси, и я с трудом удержалась от того, чтобы поставить ее на место.
— Да, мы все обсудили, — сказала я и прошла мимо.
Мне казалось, что Джесси смотрит мне вслед.
Я шла в свою комнату, думая об Эймосе Керью. Естественно, что он беспокоится о своем положении, ведь ясно, что дядя Карл не проживет долго. Очевидно, я стала слишком мнительной.
Мне нужно было кое-что зашить. Я могла бы поручить это горничной, но предпочла сделать все сама. Я порвала юбку о куст ежевики — не очень сильно, но ее нужно было срочно починить, пуговица на халате тоже могла скоро оторваться, да и нижняя юбка разошлась по шву. Сегодня вечером я все зашью. Швейные принадлежности находились в комнате Джесси.
Я постучала в дверь ее комнаты, но не получила ответа и вошла. Мой взгляд сразу упал на пустое место на стене. Раньше там висело распятие. Теперь его не было. Конечно, сейчас оно в том месте, где появляются призраки, и это Джесси вкопала его там в землю.
