— Обычный я, — прижал ее ладонь к своей щеке Тима, — это только в сказках бывают откровенно плохие и откровенно хорошие ребята, — в жизни оно как-то все пополам, как правило, бывает.
<p>
</p>
Помолчали. Молодой человек замкнулся в себе, вспоминая недавние события. Что бы там Лилиана не думала, но ему не доставляло совершенно никакого удовольствия убийство других людей. Да, он уже пообтесался, с него частично слетел налет цивилизованности и псевдогуманизма его родного мира. Да, он больше не боялся убивать. Но все же…
Он с содроганием вспомнил как кричал сержант наемников, когда Тима дробил ему пальцы на руках, выпытывая имя заказчиков. Не выпытал. Не потому, что сержант упорный попался, нет. Просто командование отряда оказалось достаточно мудрым, дабы не делиться лишней информацией с простыми исполнителями. Единственное что ему удалось узнать во время его зверского допроса, так это название отряда и где тот сейчас базировался. Это, и то, что у сержанта двое детей и жена где-то в Имокии остались.
Сержант много тогда о них рассказал. Говорил и говорил, пока Тима камнем методично разбивал головы его сослуживцам. Умолял отпустить его. Что показательно, что умолял он один. Остальные принимали свою участь. Кто со страхом, кто с презрением. Но молча. А этот все говорил и говорил. Упрашивал. Сулил. Умолял.
Тиму передернуло и он, вскочив на ноги, бросил:
— В жопу этот отдых. Что вы там нашли, Майлз?
— Проще будет показать, — тут же отозвался тот, — следуйте за мной.
Они двинулись, было, к одной из дверей, что выходила в этот переулок, но Лилиана придержала попаданца, взяв за локоть.
Первым его порывом было желание резко вырваться, но это было бы откровенным мальчишеством, да и Лилиана не заслужила подобного к себе отношения. Поэтому молодой человек просто вопросительно на нее посмотрел.
— Ты все правильно сделал, — проговорила она, смотря ему прямо в глаза, — даже не смей сомневаться в своих действиях.
Это был подлый прием с ее стороны. Подлый, но эффективный, что он не мог не признать. Тима вновь ощутил то странное влечение, ту необычную связь, что появлялась между ними каждый раз, когда они смотрели друг-другу в глаза.
Все посторонние мысли исчезли, все переживания пропали. Сейчас перед ним была та, которую он желал больше всей жизни. Та, что предназначена ему самой судьбой. Та, которую он не отдаст никому. Та, для которой он готов на все.
Неимоверным усилием воли попаданец все же смог отвести свой взгляд от прекрасных глаз своей любимой. И тут же наваждение исчезло.
Тима некоторое время постоял, тяжело дыша, а после подхватил Лилиану на руки и закружил ее на месте.
— Вот ты хитрюга! — рассмеялся он, останавливаясь и чмокая девушку в ее чудесный носик, — ты смотри что удумала.
— Ну, — она лукаво улыбнулась, — я подумала, что тебе не помешает сейчас некоторая встряска.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— И то верно, — рассмеялся Тима и показал язык Майлзу, что, опешив от открывшегося ему зрелища, висел неподалеку, — а ты чего замер? Веди, давай, показывай что вы там нашли.
— С-с-лушаюсь, господин, — слегка поклонился тот, отмирая, — следуйте за мной.
Пока шли к двери, Тима успел шепнуть на ушко Лилиане, притянув ту за талию к себе:
— Ты, конечно, молодец и все правильно сделала, но в следующий раз все же контролируй длительность контакта. Я же тебя чуть тут же не разложил, — он показал взглядом на свои штаны, что сейчас заметно оттопыривались в том самом месте.
— Все обещаешь и обещаешь, — так же шепотом ответила она и, внезапно, схватила Тиму за задницу. Тот аж подпрыгнул от неожиданности, но вскрик все же сдержал.
— Вот придем домой…
— Все обещаешь и обещаешь, — повторила она все с той же лукавой улыбкой.
— А вот посмотрим, — тоже улыбнулся он и вновь чмокнул девушку в носик.
За этими милыми препирательствами, они и не заметили, как очутились прямо перед дверью. Которая, как ни удивительно, оказалась закрыта.
— Ну и? — обратился Тима к Майлзу,
— Там, — тот ткнул внутрь здания.
— Сможешь открыть? — поинтересовался попаданец у Лилианы, продолжая прижимать ту к себе.
— Надо смотреть, — пожала плечами та, — если отпустишь меня, то я попробую.
— Давай, — он разжал свои объятия, — действуй. А то мне что-то надоело тут тусоваться.
Лилиана, не говоря больше ни слова, прошла сквозь дверь, а через пару секунд раздался странный шипящий звук и дверь распахнулась.
— “Паяльной лампой”? — поинтересовался он у девушки, рассматривая разрезанный надвое металлический засов.
— Ага, — коротко кивнула та.
“Паяльной лампой” они, с легкой руки попаданца, называли между собой то огненное заклинание (алгоритм, если по местному), что разработала Лилиана специально для нужд Тиминого прогрессорского гения.
— Я всегда знал, что ты у меня не только красивая, но еще и бесконечно умная, — похвалил девушку попаданец. — Ладно, Майлз, давай показывай что у тебя там и пойдем отсюда. А то, глядишь, и мухи налетят. Уверен, что кто-то, да сообщил им о том переполохе, что мы тут устроили.
Пока они шли из комнаты в комнату, ведомые призраком бывшего Лилианиного воина, стало понятно, что дом нежилой. И дело было даже не в практически полном отсутствии мебели или в общем запущенном состоянии жилища. Нет. Все дело было в той особой ауре, что излучают заброшенные помещения. Входишь в такое здание и сразу понимаешь — людей тут давно нет. С Тимой подобное было не раз, когда он лазил на разные заброшенные и полузаброшенные объекты. Еще там, на Земле. Бывает так — заходишь в помещение и видишь старые механизмы, часть окон под потолком отсутствует, а ощущения заброшенности нет. А все потому, что цех то еще работает. Кое-как, но работает. А бывает так, что вроде бы все на своих местах и человек, кажется, просто отошел покурить. Но сердцем понимаешь, что это не так, чувствуешь. А потом оказывается, что в этой комнатке, расположенный в дальней части завода, рядом с заброшенными цехами, десять лет никого не было, с того самого момента, как какого-нибудь Ивана Петровича, тут некогда заседавшего, отправили на заслуженный покой. И может даже часы подарили. На память о годах верной и нужной службы.
