- Через других девочек пыталась узнать о людях, кто помогает выкупить документы. Там немало тех, кто отработал долг и не спился, не скололся. Но они не уехали, а продолжали работать на себя.
- Почему?
- А кому мы такие здесь нужны? Меня собственная мать не приняла, смотрела, словно на шлюху, какой я и была в те месяцы. Глаза отвела и прикасаться боялась, будто я грязная, будто все эти следы видны на мне и горят, как адово пламя! А они действительно все еще горят на моей коже! – Кристина кричала, а по щекам текли слезы. – Вы думаете, мы людьми остались? Для окружающих – мы грязь под ногами. Так на нас смотрели там, не считались с тем, хотим ли мы этого или нет, больно нам или нет, плачем мы или нет! Тех, кто не приносил большого дохода, перепродавали другому боссу, клали под всякую чернорабочую шваль, делали девочкам аборты и тут же посылали на панель.
Вы думаете, у меня осталась человеческая гордость ,когда я приняла решение выжить? Любой ценой! Я эту свою гордость раздавила, заплатила ею за свою свободу.
Чтобы выкупить свои документы, нужны были деньги. А деньги я могла взять только у своих клиентов. А значит, должна была им нравиться. Улыбалась, стонала, извивалась, изображая страсть, да я все делала, чтобы они шли ко мне ,чтобы платили мне щедро, чтобы чаевые оставляли. И не говорили об этом боссу. Иначе отнимали все, что зарабатывала.
Вы спросили, как я спаслась. Был там один… Ходил ко мне с самого начала. Покупал всю ночь. Я его терпела, потому что он хотя бы не издевался… Но никто никогда так и не пожалел. Но с этим я могла и отоспаться после всего, он и еду мог заказать в номер. А однажды, когда спросил ,как меня зовут, как по-настоящему звучит мое имя, я сказала. Рассказала, что оно значит у меня на родине. И не смогла сдержать эмоций. Заперлась в ванной на полчаса и ревела навзрыд. Когда опомнилась, думала, что он уже ушел и все доложил, сказал, что я чокнутая шлюха, которая вместо того, чтобы обслуживать его, закрылась и рыдает.
Но он остался. Долго смотрел на меня, потом дал сто долларов в руку, незаметно так. И только потом ушел.
Возвращался ко мне еще раза 4 и всегда давал щедрые чаевые, чтобы не нашел никто.
Ни он один знал эту фишку. То, что все наши деньги у нас отнимают. Оставляли зеленые, а я их собирала. И через свободных девочек смогла выкупить свой паспорт. Улетела первым же рейсом.
- А как удалось выкупить документы? Откуда знали, что можно довериться?
- А я и не знала. Да разве у меня был выбор? Или ждать, когда спрос на меня упадет, или на наркоту подсадят и пойду вразнос, или довериться человеку, который с этой сделки урвал и свой кусок?
Кристина замолчала, словно выдохлась и сил больше не осталось. Голова была понуро опущена, плечи ссутулились.
Максим встал из-за столика, прошел в кухню и позвонил кому-то. Он говорил о том ,что есть еще один след, который ведет к Ковальских. Даша вдруг поняла, что даже не знала его фамилии. Не знала этого человека вообще.
Он казался ей нежным, страстным, таинственным. Она была на грани того, чтобы отдать ему свое сердце. Но, видимо, его неспособность чувствовать вовремя отпугнула ее.
Да и как мог что-то испытывать человек, который пускал в расход девушек, прекрасно зная, что с ними случиться там, куда он их отправлял?
В помещение кафе вернулся Максим.
- Значит так. Кристина, тебе здесь больше не стоит пока появляться. Но нам будут нужны твои показания, ты ведь хочешь, чтобы этот подонок ответил за то зло, что причинил тебе и еще сотням безвинных девушек?
- Я не думала, что это будет возможно, - неуверенно ответила девушка.
- Возможно, и не сомневайся.
- Но как быть нам? – спросила Мила. Даша переживала за себя и за тетю, но теперь, когда за ситуацией наблюдали, паника отступила.
- Не волнуйтесь, никуда не нужно уезжать, живите так, как жили до этого. Даша, насколько я понял, ты не встречаешься с Марком?
- Уже нет.
- Это хорошо. Если бы ты разорвала отношения прямо сейчас, без причины, это было бы подозрительным. Он сказал куда уехал и на сколько?
- Нет , куда- не сказал, но обещал, что вернется через неделю.
- Хорошо, мы будет ждать. По любому поводу связывайтесь со мной. Ясно?
- Да.
- Мне нужно ехать, но помните, что я всегда рядом.
Максим поцеловал Милу и вышел, опять набирая кого-то по телефону.
Глава 20.
День подходил к концу. И Даша понимала, что полностью вымоталась. Она заставила себя встретиться с нанятыми поварами, которые должны были приступать к работе на следующей неделе.
Тетя Мила сама справлялась в кафе. И хотя прошло всего несколько дней, в течении которых девушка ее не видела, женщина изменилась. Это читалось в ее глазах, в том, какими плавными стали ее движения. Как мужчина может преобразить женщину, и в то же время, в какую пучину несчастий способен ее бросить.
История Кристины все не шла из головы. И то, что во всем виноват Марк, делало Дашу абсолютно несчастной. Как она могла так не разбираться в людях?
Сегодня она окончательно решила вопрос с помещением. Ей не придется делать ремонт, раньше оно использовалось для производства пельменей и вареников. Мелкие частные предприятия открывались и прогорали с молниеносной скоростью. Это пугало Дашу. Она боялась, что все их деньги ,вложенные в проект, не только не преумножатся, но и не вернуться вовсе.
Мила и Даша обсудили план своих действий на тот случай ,если Марк будет преследовать девушку и дальше.
Даша категорически не хотела, чтобы мужчина знакомился или каким-то образом встретился с ее тетей. Она боялась последствий, которые это может повлечь.
Тетя же настаивала на том, чтобы знать подонка в лицо. Он должен видеть, что Даша не одна, что за ней есть кому присмотреть и позаботиться.
В конечном счете пришли к мнению, что Мила не будет пытаться познакомиться с Марком. Даше было важно ,чтобы он не знал женщину в лицо. Но о любых изменениях в поведении мужчины девушка будет немедленно информировать тетю и Максима.
Звонила Марго, но встретиться с подругой было выше Дашиных сил. Из нее сейчас плохая собеседница, тем более, что посвящать ее в подробности произошедшего за последние дни девушке не хотелось.
Когда Даша вернулась домой, тетя уже закрыла кафе.
На кухне было чисто, а необходимые заготовки на следующий день уже были сделаны.
Забирая грязные полотенца и салфетки из корзины, Даша загрузила их в стиральную машину. Мила была в своей комнате, разговаривала с кем-то по телефону и радостно смеялась.
Даша не смогла вспомнить, когда она в последний раз вела себя так же непринужденно и легко, когда чувствовала радость в сердце.
