– Как ты это сделала?
– Маргарет нужно было немножко приободрить, – засмеялась она. – И дать ей посмотреться в зеркало. Я просто объяснила ей, что то, что она скрывает под повязкой, не настолько ужасно, чтобы прятать от людей. А все остальное сделала сама Маргарет.
На них налетел Колин, который совершенно неподобающим образом оттер главу клана от Маргарет. Он взял ее руку и благоговейно поднес к губам. Их глаза встретились.
– Это тоже колдовство феи? Никогда бы не подумал… Маргарет, ты стала еще красивее, чем тогда, до несчастья. – Его сдавленный голос был полон обожания.
Он произнес это с такой искренностью, что Изабель стало понятно: Маргарет может не сомневаться в нем. Девушка улыбалась застенчиво, но гордо.
– Спасибо, Колин. Уверяю тебя, фея здесь ни при чем. Во всем виновата моя упрямая сестра. Изабель за несколько месяцев прожужжала мне все уши, все уговаривала снять повязку и показать ей шрам. Первый шаг был самым трудным. Я несколько лет не смотрелась в зеркало, поэтому сама удивилась, что он почти незаметен. Все было не так ужасно, как мне казалось раньше. Надо признаться, я очень боялась увидеть вашу реакцию. Я ведь носила эту повязку так долго.
Пораженная Изабель увидела, как уголки губ у Колина приподнялись вверх, обозначая то, что можно было бы назвать единственным словом – улыбкой. Невообразимо, подумала она, вот оно, настоящее волшебство.
Вмешался Алекс, который поднял Маргарет на руки и закружил в воздухе.
– Интересно, как это скажется на твоем мастерстве в стрельбе. Боюсь, у меня теперь нет единственного преимущества. – Он подначивал ее по своему обыкновению. – Если повязка тебе уже не нужна, тогда, может, я ею попользуюсь. Вдруг мне повезет.
Маргарет откинула голову и захохотала.
– Алекс Маклауд, ты безнадежен. Повязка твоя. Я в ней больше не нуждаюсь.
Чувства переполняли Рори. Он думал, что Изабель больше ничем не сможет удивить его. Но она смогла. Он много узнал за последние месяцы. Не только как плавится ее кожа, соприкасаясь с его, или как растет возбуждение, когда он остается в ней. Нет, он узнал много другого. И не только чувственность снова и снова влекла его к ней. Каким он был дураком, когда подумал, что одного занятия любовью с ней будет достаточно. С Изабель и тысячи раз будет мало. Он должен был бы это знать. Она волновала его больше, чем он мог представить, больше, чем кто бы то ни было.
За эти месяцы Рори не раз испытывал удовольствие оттого, что постигал разные мелочи, которые делали Изабель особенной. Он узнал, например, что она морщит нос, когда чем-то недовольна. Когда озабочена, накручивает прядь на палец. Если говорит «как пожелаете», значит, о чем-то переживает. Он порадовался, что Изабель по-настоящему интересует деловая жизнь замка, что она с увлечением предлагает разные новшества. Он стал уважать ее за ум, находя удовольствие от одного ее присутствия рядом.
Что было в ней особенного? Разумеется, его привлекала красота, но не только. Она была добра, очаровательно упряма, остроумна и очень энергична. Беззащитность и одиночество, которые он заметил в ней по ее прибытии, как-то сами собой исчезли.
Его покоряло, с какой открытостью и искренностью она отдавалась любви.
Более того, Изабель помогла ему понять, что, постоянно твердя о выполнении своего долга, он упускает из виду много других важных вещей. Например, свою семью. Война из чувства мести имела неожиданные последствия – сестра долго не могла прийти в себя от того, что с ней произошло на чужбине. А его нежелание передать часть своих полномочий Алексу мешало тому забыть поражение, которое он потерпел в сражении. Когда он стал доверять Алексу выполнять больше поручений, тот просто расцвел. И в первый раз после того, как Рори стал главой клана, он смог позволить себе расслабиться. Изабель вернула с собой смех в Данвеган.
Она отдала ему много, а Рори не мог ответить ей тем же. Она пока не получила то, что ей хотелось. Он специально держал в жесткой узде свою растущую привязанность к ней, потому что не хотел манить несбыточной надеждой. Он понимал, что его нежелание вести разговоры о будущем ранило ее. Ему хотелось успокоить ее. Но как? Если, он не мог успокоить самого себя.
До сих пор все его попытки склонить короля на свою сторону не привели ни к чему. Сегодня он не был к цели ближе, чем в ту ночь, когда раздумал заключать союз с Аргайллом. Но как ему отослать ее от себя? С каждым днем их привязанность становилась все глубже.
Если есть хоть один способ удержать ее около себя, он найдет его.
Рори обнял Изабель и привлек к себе, не беспокоясь, что подумают люди. Взяв за подбородок, он приподнял ее лицо, чтобы она посмотрела ему в глаза.
– Изабель, не знаю, что сказать. – Он замолчал, подыскивая слова, чтобы описать то, что чувствовал в настоящий момент. – Ты преподнесла мне бесценный подарок. Вернула мне сестру. Полностью. И заслужила мою вечную признательность и преданность.
Рори наклонился и губами нашел ее губы. На глазах у всех он прижал ее к себе. Хотелось дать волю своим чувствам, но это было невозможно, во всяком случае, в тот момент.
Он прерывисто задышал, как только почувствовал мягкость ее губ. Как ему нравился их вкус! Она приоткрыла губы, и он глубоко проник в нее языком, ощущая ее сладость. Его пальцы легко касались гладкой, как из слоновой кости, щеки Изабель. Какая она нежная и желанная, подумал он. Рори ощутил, как она бедрами прижимается к нему, и понял, что ее надо остановить.
С сожалением отрываясь от нее, он хрипло произнес:
– Продолжим позже. – И почувствовал себя мальчишкой, который возбудился от простого женского прикосновения. Больше всего сейчас ему хотелось перекинуть ее через плечо и утащить к себе в башню, как поступали со своим добром его уважаемые предки. Но придется повременить. Впереди был праздник.
Ничего, у них еще будет время попраздновать наедине.
Глава 18
Две недели спустя Изабель стояла рядом с Рори на вершине лестницы, ведущей к морским воротам, и приветствовала людей из разных кланов, прибывавших в Данвеган на Шотландский сход. Торжественное открытие назначено было на этот полдень. Одетая в простое, но элегантное платье из желтого шелка, Изабель чувствовала себя настоящей хозяйкой замка. Только слегка дрожали руки, выдавая ее нервозность от предстоящей встречи со своей семьей, – в первый раз за последние девять месяцев.
В самом замке все кипело. Пронзительные звуки волынок услаждали уши, а ноздри терзали запахи жарившегося на огне мяса. Горцы, заполнившие замок, реагировали на все с предсказуемым оживлением: когда нет войны, шотландские воины больше всего любили праздники и состязания. Большинство кланов уже прибыли накануне и с энтузиазмом отдавали должное широко известному гостеприимству Маклаудов в главном зале замка. Внимательно прислушиваясь, Изабель безошибочно различала звяканье фляг о столы с просьбой добавить еще.
