ФИЛИПП ДЕПОРТ[268]
«Когда я отдохнуть сажусь под тень берез…»
Перевод В. Дмитриева
Когда я отдохнуть сажусь под тень берез,Амур, отбросив лук, садится на пенечке.Когда пишу стихи — и он кропает строчки.Коль плачу — удержать и он не может слез.
Когда пожалуюсь, что много перенес,Предупреждает он: «Знай, это лишь цветочки!»Порою, оторвав полоску от сорочки,Врачует рану мне, что сам же и нанес.
Когда невесел я — со мною вместе тужит,И днем и по ночам мне провожатым служит,В сражении щитом прикроет иногда.
Куда б я ни пришел — его увижу вскоре.Охотно делит все: и радости и горе.Короче — он со мной повсюду и всегда.
«Бегут за днями дни, как волны в океан…»
Перевод Э. Шапиро
Бегут за днями дни, как волны в океан,Бесшумно небеса свершают путь извечный.О смертный! Ты в своей гордыне бесконечнойНе ведаешь, что жизнь твоя — сплошной обман.
Прошелестят года, как ветры дальних стран.Мгновенно пролетит срок жизни быстротечной.Смерть грубо оборвет наш карнавал беспечный,И суеты мирской рассеется туман.
Один умрет, как раб, раздавленный судьбою.Другой тоску любви уносит за собою.Блеск славы одному, другому — шум войны.
Желаниям людским нет ни конца, ни края.Но для чего, скажи, игра страстей пустая,Коль в землю навсегда вернуться мы должны?
«Здесь пал Икар, тот молодой смельчак…»
Перевод Ю. Денисова
Здесь пал Икар,[269] тот молодой смельчак,Вознесшийся в небесные пределы.Он пал! Пучина схоронила телоСреди стихий. Не каждый гибнет так!
Блажен, кто к небу сделал первый шаг,В неведомое плыть — безумцев дело.Блажен, чью смерть поэзия воспела,Кто славой победил столетний мрак.
Так новую стезю открыла смелость.Ему в безбрежный мир взлететь хотелось,Герой к звездам направить путь посмел.
Им жажда подвига руководила.Цель — небеса, а океан — могила.Бывает ли прекраснее удел?
«О сон, я для тебя все припасу, что надо…»
Перевод Вл. Васильева
О сон, я для тебя все припасу, что надо:Вино из погреба и черный мак из сада.Ты крылья опусти над старой Ализон.Ее веретено останови, о сон!Перст этот скрюченный, дрожащий неужелиНе упадет с ее замусленной кудели?Сомкни ее уста, коснись ее очей.До самого утра не дай проснуться ей.А я тем временем пригрею сиротинку,Что рядом с Ализон вздыхает под сурдинку
ЖАН ДЕ СПОНД[270]
«Но ведь конец придет. Спесивой жизни лик…»
Перевод В. Орла
Но ведь конец придет. Спесивой жизни ликПри виде смерти страхом исказится.Под жаром солнц цветок испепелится,И время разорвет наполненный гнойник.
Уже давно поник сияющий ночник,Прекрасный свет навеки прекратится,Холстина из-под красок оголится,Бить перестанет редкостный родник.
Я видел жар зарниц и зарево кругом,Меня встречал ворча в суровом Небе гром,И грозы грозные в пути меня встречали.
Я видел, как в поток преобразился лед,В пустыне на меня без гнева львы рычали.Живи, о человек; но ведь конец придет.
«Вы смертны, смертные, и смертных порожденье…»
Перевод В. Аленикова
Вы смертны, смертные, и смертных порожденье,Вам от рождения до смерти истлевать.Что в тленных сундуках сокровища скрывать?Наследье мертвецов лишь источает тленье.
Среди чреды смертей, под плач и песнопеньеВам траурных одежд не суждено сорвать,И все ж вы смеете страх смерти забывать,В беспамятстве не помня о спасенье.
Ужель вам сладки лишь утехи, лишь услады,И сумрак смерти вам столь помрачает взгляды,Что жизнь иную вы не в силах призывать?
Все обвинят, но я прощаю вам, беспечным,Вину забвенья. Там, в забвенье смерти вечном,Сумеете на жизнь, на вечность уповать.
ВЕНГРИЯ
ПЕТЕР БОРНЕМИССА[271]
«Как грустно, что с тобой расстаться должен я…»
Перевод Н. Чуковского
Как грустно, что с тобой расстаться должен я,Благословенная Мадьярия моя.О, буду ли я вновь в любимой Буде жить?
Проклятый турок взял весь наш мадьярский юг,А немец взял весь Верх, не выпустит из рук.О, буду ли я вновь в любимой Буде жить?
От немца чванного мне просто нет житья,Средь турок-нехристей проходит жизнь моя.О, буду ли я вновь в любимой Буде жить?
Наскучила мне знать. Все наши господаУченье божие забыли без стыда.О, буду ли я вновь в любимой Буде жить?
Благословенная Мадьярия, прощай,Отныне ты пустой и разоренный край.О, буду ли я вновь в любимой Буде жить?
Я Борнемисса Петр, я в замке Хуста был,И там в веселый час я эту песнь сложил.О, буду ли я вновь в любимой Буде жить?
БАЛИНТ БАЛАШШИ[272]
Перевод Н. Чуковского
Журавлям
День добрый, журавли,Летящие вдалиТуда, к родному краю!Едва замечу вас,Ток слез бежит из глаз,И горько я вздыхаю.Красавица моя!Тебя припомню я —И снова я страдаю.
Вы, журавли, впередСтремите свой полет,В край милый, животворный,К подруге дорогой,Что всей моей душойВладеет так упорно.Вас видя в вышине,Вздохнет ли обо мне,Служившем ей покорно?
Чужие здесь места,Я здесь, как сирота,Бреду все мимо, мимо,Я в темное одет,И в сердце вечный следТоски невыносимой.Я не имею крыл,А то б я воспарилИ улетел к любимой.
Ты, мой журавль, крылат,Ты мчишься, ветра брат,Садишься, где желаешь,И чистою водой,Холодной, ключевой,Ты жажду утоляешь.Коль под своим крыломЕе заметишь дом,Мой рай ты повидаешь.
Журавль, подставь мне грудь,Чтоб на груди черкнутьЕй краткое посланье.Не торопись, прошу.Лишь имя напишуЯ ей в напоминанье.Пусть знает, что люблю,Из-за нее терплюВсе муки, все страданья.
Так пусть господь с высотЗдоровья ей пошлет,Пошлет ей долголетья,Так пусть из божьих рукЛетят к ней, как на луг,Все блага, как соцветья,Чтоб след ее проросКустами ярких роз,Чтоб мог ее воспеть я.
Когда, средь битв и бурь,Вдруг надо мной лазурьПрорежет птичья стая,Летящая в края,Где Юлия мояЖивет, красой блистая,Кричу я птицам вслед,С крылатыми приветЛюбимой посылая.
«Как плачет соловей…»
Как плачет соловей,Когда его детейМальчишка вороватыйУносит из гнезда!Как он поет тогда,Отчаяньем объятый!Так, Целия, и ты,Вся в блеске красоты,Оплакиваешь брата.
Как россыпь нежных росРумянец юных розВесною омываетИ роза под росойБлестит, горит красой,Сверкает и пылает,Так Целия от слезПылает ярче розИ краше расцветает.
Как лилия, косойПодрезанная злой,Вдруг падает с откоса,Так Целия челоСклоняет тяжело,На гроб роняя косы,И слезы на очахГорят, блестят в лучах,Как жемчуг или росы.
«О, как несчастен я!..»
