мёртвых.
Оливия также рассказала о существовании формулы, хотя знала только её часть.
— Вы скажите мне?
На что рассчитывал Мартин, не было понятно, но Оливия ответила:
— Нет. Она даже нигде не записана, — девушка указала на свою голову, как на самый надёжный сейф, — поэтому узнать о ней не получится…
Сразу же возникло желание заглянуть в её голову. Там должно быть много потаённых секретов, от чего Мартин сильно сжал кулаки, сдерживая свою «гениальную» мысль убить её на месте.
Впрочем, это всего лишь глупые мысли и ничего общего не имеют с реальностью. Юноша не будет убивать людей, чтобы выведать знания. Считая это грязным делом, в котором он действительно может потерять свою человечность.
Поэтому влиять на людей он мог только уговорами.
— Так… Мы договорились?
— Ладно, будем сотрудничать. Но мы не являемся друзьями, — согласилась Оливия не с целью реального сотрудничества. Просто она хотела узнать больше о том, кто он такой, и что он знает. И в случае чего просто избавиться от него, ведь чем ближе он будет, тем проще это будет сделать.
— Всё верно, — довольно кивнул Мартин. Хотя в голове мелькали схожие мысли.
Они ещё долго обговаривали условия, даже не понимая, что их сотрудничество полетит к чертям уже скоро. И Мартин даже не думал, что это произойдёт буквально через пять минут после заключения договора.
Глава 38
Черновы
В школу ворвались замысловато одетые люди, словно персонажи из низкобюджетного фильма о магах или как повелители смерти с Хэллоуина, с металлическими масками. Только не дети, а взрослые. Это вызывало ощущение нереальности, словно Мартин попал в параллельный мир.
«Ну и ну… Они бы ещё в костюмы клоунов нарядились.»
«Тот малец что-то знал раз просил принести конфеты… Видимо для них.»
Ему хотелось издеваться над ними как можно больше, ведь только смехом можно преодолеть ситуацию, в которую он попал. Она вообще не была смешной. Даже ИИ чип предупреждал об опасности:
[Держитесь подальше от них!]
Первым из повелителей смерти шёл Евграф Чернов, старик без маски с белыми волосами и лёгкой залысиной, которую он безуспешно пытался спрятать. С ним Мартин хорошо был заочно знаком, единственное, что его настораживало — эта появившаяся чёрные пятна на лице и голове.
«У него будет больше силы и опыта, чем у Жужелины. С ним лучше не связываться.»
Второй — Венко Чернов, практик боевых искусств высшего уровня, один из гениев города. Несмотря на то, что его называют молодым, на самом деле ему уже пятьдесят. Это прожжённый человек, управляющий теневым бизнесом всей семьи. Отчего жестокий, до нельзя наглый и властный.
— Ладно, мне пора. У меня ещё столько дел, нужно купить конфеты. Я как-нибудь загляну потом, главное, что мы договорились, — уже разворачиваясь на пятках, Мартин договаривал, с полной уверенностью, что такое оправдание вполне нормальное. В последнюю очередь ему хотелось сталкиваться с такими людьми, однако та «тварь» вовремя схватила его за руку и прошептала.
— Только попробуй смыться, я тебя тут же сдам…
Юноша поразился: «Куда пропала вечно улыбающаяся английская аристократка?»
— А чего ты так удивляешься? Ты же сам предложил защиту. Как раз и проверим, пустослов ты или нет… Не бойся, просто будь рядом и делай то, что я говорю…
Начало формы
Пока они шушукались вдвоём, «повелители смерти» подошли к ним, и слово взял Евграф:
— Что вы там воркуете? Оливия, выйди и поприветствуй меня, как положено, — тоном больше похожим на принуждение, который невозможно было оспорить.
Девушка в красном платье сильно выделялась, когда робко вышла вперёд и склонила голову.
— Оливия Браун приветствует вас, — покорно произнесла.
— Ты сказала, что вычислила координаты ковчега. Это правда?
— Да, но…
— Никаких «но»! Ты тварь, не смей больше шутить со мной. Ты не получишь больше ни копейки, пока я не получу своё! — взревел старик. — Я сказал своё слово, ты либо подчинишься, либо умрёшь.
Угрозы подействовали. Оливия могла потерять многое, ведь за всё время проживания в городе, многое произошло. Эта школа, ученики и собственная жизнь. Единственное, что она могла в такой ситуации, это согласиться:
— Хорошо. Я всё сделаю в лучшем виде. Прошу проходите внутрь.
Непонятным образом Мартин оказался среди толпы, сопровождаемой в просторные подвалы школы. На него не обращали внимания, словно он был просто ещё одним из многих алхимиков, занятых своими делами. Он чувствовал пару злобных взглядов, направленных на него, и задумался:
«Зря я сюда попал…»
«Остаётся только меньше привлекать внимания и внимательно слушать, что они говорят.»
Они так много болтали, что юноша не успевал за всеми уследить. Даже сейчас Венко обращался к Оливии по совершенно сторонним темам.
— Твои ученики показывают себя довольно хорошо на заданиях. Мы ими довольны.
— Рада, что хоть кому-то я могла угодить… — девушка едко ответила, имея в виду деспотичное отношение Мага, на что тот вмешался.
— Хватит мне перечить! Ты раз за разом испытываешь моё терпение. Не нравится, как я отношусь к тебе? Поверь мне, ты ещё хорошо живёшь…
— Отец, тише! — Венко остановил его, чтобы не слушать очередную тягомотину. Странно видеть, но старик действительно замолчал. Видимо, тот действительно ценил своего сына и даже любил.
Зато понятно, почему именно они спускались в подвал. Так как врата от астрала потеряны. Мартин лично отобрал их после убийства Тьмоеда, поэтому они вынуждены были перемещаться в астрал более кустарными методами. К примеру, за счёт сложного, нестабильного ритуала.
— Как ты умудрилась потерять целый врата? — упрекнул снова маг.
— Не знаю, мы до сих пор расследуем это дело…
Никто даже не помнил внешность Мартина. Настолько им было плевать на него, что даже юноше было грустно. Это наводило его на мысль, что его статус героя, о котором рассказывали по новостям, уже давно забыт.
Стоит отдать должное Оливии. Её заслуженно можно считать настоящим профессионалом или даже учёным, ответственно подходящим к своему делу.
В подвале был уже расписанный круг с формулой, а вокруг него выложены были палки из сандалового дерева, прекрасно проводящего энергию.
— А это что?
— Сандаловое дерево. Оно является хорошим проводником. Не полностью, но оно может заменить врата и образовать вход в астрал, — объяснила Оливия.
Мартин радовался, что даже в такой ситуации он мог приобрести новые знания. Он старался быть как можно незаметнее, особенно когда Евграф произнёс:
