Выходя из ванной, он хотел что-то спросить, но дворецкий вдруг цепко ухватил его за плечо, развернул к двери и втолкнул обратно.
– Эй, какого черта?! – возмущенно забуксовал на пороге Марк.
– Сначала примите душ… юноша. И наденьте чистую пижаму.
– А эта грязная что ли? – Марк вытер о себя руки. В нем проснулся дух противоречия.
– От вас… воняет!
Ответ слуги был ударом ниже пояса.
«Вот упырь!» Быстро раздевшись, Марк со злостью швырнул ему пижаму и, демонстративно игнорируя, повернулся к дворецкому спиной. Оливер невозмутимо скользнул взглядом по тонкой шее к торчащим лопаткам, вдоль позвоночника к тощей заднице. Задержался взглядом на кривых ногах. «Да, ни капли благородной крови… Даже и близко…» – подумал дворецкий, доставая большое полотенце.
Марк забрался в ванну, сердито крутанул кран и громко охнул. Ледяная вода острыми иголками обожгла кожу. Он забыл открыть кран с горячей водой.
– И не забудьте хорошенько вымыть голову, – услышал он сквозь шум воды вежливое, но непреклонное замечание.
«Тоже мне указатель нашелся…» – ворчал про себя Марк, яростно намыливая голову. Он уже понял, что дворецкий не Оуэн – со стариком не поспоришь.
Поправив одеяло, Оливер поставил поднос с едой ему на колени.
– Есть буду сам! – решительно изрек Марк, зажав в кулаке ложку.
– Очень надеюсь… – кивнул дворецкий. Кормить с ложки упрямых детей было не самым его любимым занятием.
«И этот туда же… остроумничает…» – недовольно подумал Марк. Ироничное высокомерие слуги ему не очень-то понравилось, но в животе заурчало. Почувствовав, что наголодался на две жизни вперед, он переключил все свое внимание на еду. Каша с кусочками фруктов оказалась вполне съедобной, а четыре эклера и чашка горячего какао почти примирили его с окружающей действительностью.
– Спасибо! – смотрел он сыто и сонно. Не возражал, чтобы вредный старикан по приказу своего гадкого хозяина снова привязал его к кровати.
– Приношу свои извинения за то, что вынужден делать это…
– Да ладно, – невежливо перебил его Марк, уже засыпая, – ты не виноват, старик!
Дворецкий покачал головой. Юнцу явно не хватало воспитания. Забрав поднос, он аккуратно прикрыл за собой дверь.
К обеду Марк проснулся сам. Вернее, его разбудило голодное урчание в животе. Потянувшись, он поелозил ногами по простыне. Сел, развел руки в стороны, потом соединил ладони вместе, а соединив, уставился на них с непонятным выражением лица. Ивама сказал, что Силы в нем нет – но мало ли что сказал этот хитрюга… Для него соврать – раз плюнуть!
Снова, с большей торжественностью сложив ладони, замер, прислушиваясь. Плохо представляя, каким образом должна проявить себя Сила, ждал: может, щелкнет что-нибудь или начнет тикать, или, может, Сила обратится к нему человечьим голосом. Ну, как в сказках… «Чего изволите, Хозяин?» Но так ничего и не почувствовал. «Надо же, не обманул…» – лицо Марка разочарованно вытянулось. И тут его внимание привлекли узлы на веревках.
«Ивама… вот болван… Я же сбегу! Прямо сейчас!» – подумал он злорадно, быстро развязывая узлы. Отшвырнул веревки в сторону, вскочил с кровати. Но продумать дальнейший план побега не удалось. Шаловливыми змейками веревки кинулись к нему и оплели запястья, завязываясь в узлы прямо у него на глазах. «Что за чертовщина?!» – Марк открыл от удивления рот. Сердито развязал их снова, отшвырнул подальше. Развязал снова и снова. После пятого раза, плюхнувшись обратно на кровать, сложил руки на груди. «Колдун проклятый!»
Оливер, принесший обед, застал его сидящим на постели в позе маленького Мука, у которого воры только что украли его волшебные башмаки. Поставив поднос рядом с ним, развязал узлы. Дворецкого веревки почему-то слушались.
– Я смогу принести вам еще один десерт… если позволите мне забрать ложку! – заметил Оливер с прохладцей в голосе, устав ждать, когда же Марку надоест ее облизывать. Смущенно вспыхнув, тот сердито сунул ложку ему в руки.
Вернувшись через некоторое время с новым десертом, дворецкий раздвинул шторы, приоткрыл окно, и пока комната проветривалась, занялся сменой постельного белья на кровати. Марк топтался рядом, доедая второй десерт.
– Слушай, Оли… можно мне походить тут… Посмотреть… везде? – после сытного обеда, снова воспрянув духом, он решил осмотреться. Наметить пути отступления. Найти хотя бы маленькую лазейку из своей «темницы». Сделал шаг по направлению к двери, но заметив настороженность, с какой веревки тут же нацелились в его сторону, замер.
Занятый взбиванием подушек, дворецкий не обратил внимания, что неодушевленные предметы ведут себя несколько странно.
– Мне не поступало никаких распоряжений на этот счет, но если вы вернетесь в кровать… юноша, – Оливер отогнул край одеяла, приглашая его, – я тотчас разыщу господина и обращусь к нему с этим вопросом.
Вздохнув, Марк забрался обратно под одеяло. Стоило ему лечь, его стало клонить в сон. «Сплю, ем, опять сплю… Откармливает меня, что ли, вместо поросенка? Ага, а потом возьмет и съест…» – хихикнул он, повернувшись на другой бок, к слуге спиной.
Посчитав, что крепкий сон самое лучшее лекарство, Оуэн наложил на кровать заклинание с мягким психотерапевтическим эффектом релаксации, и оно работало безотказно. Надо же было сгладить острые углы воспоминаний брата.
«Кажется, юноша слегка повеселел…» – подумал дворецкий, задержавшись в дверях. Впрочем, он не собирался беспокоить хозяина его просьбой. Потому что, поднимаясь с десертом по лестнице, видел, как из подъехавшей к дому машины вышел молодой барон Эгерн.
Постучавшись, дворецкий вошел в кабинет.
– Позвольте доложить… – начал он.
Оуэн жестом остановил его. Он разговаривал по телефону.
– Значит, охота завтра…
– Да, Вайсманн как всегда расторопен… Груз уже прибыл. Собрались все… Ждем только тебя и старину Майнца…
– Хорошо…
– У тебя что-то случилось?
– Почему ты так решил?
– Твой голос… он звучит по-новому…
Оуэн рассмеялся.
– О, нет… Виго, ты ведешь себя, как ревнивая жена…
– Ничего подобного, я веду себя как заботливый и любящий кузен…
Послышался добродушный, с приятной хрипотцой, смех.
– Что ж, ты прав… Твой нюх тебя не подвел… Кое-что случилось… Поделюсь при встрече…
– Тогда до завтра.
– До завтра.
Оуэн положил трубку. Доставая сигарету из серебряного, с орлом и свастикой, портсигара покосился на слугу с легким недовольством.
– Что случилось, Оли? За тобой гналось Кентервильское привидение?
– Прошу меня извинить за беспокойство, – дворецкий поклонился, – приехал молодой барон Эгерн. Он желает вас видеть…
– Уже приехал? – Оуэн глянул на часы. – И что… все привез?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
