В комнате воцарилась мертвенная тишина. Кассандра случайно подняла глаза и увидела стоявшую в дверях Элис.
— Говорила я тебе, Касси, — выпалила она. — Я все видела. В отличие от тебя. Мистер Белмонт стоял между тобой и лордом Паджетом. Мэри закрывала лицо руками. Но я видела. Лорд Паджет выстрелил себе в грудь.
— Наверное, понял, что натворил, и возненавидел себя, — вздохнул Уильям. — А может, обнаружил пистолет в своей руке и осознал, что готов совершить убийство. Или на мгновение протрезвел… Так или иначе, Касси, это не убийство и не несчастный случай. Он покончил с собой.
Стивен прижал ее ладонь к губам и закрыл глаза.
— Я сбежал, — продолжал Уильям, — потому что узнай посторонние о моей женитьбе на Мэри, решили бы, что я поссорился с отцом и пристрелил его. Меня могли обвинить в убийстве, а Мэри посчитали бы моей сообщницей. Я сбежал, потому что от страха лишился способности соображать. И посчитал, что будет лучше, если шум немного поутихнет. Думал, что если исчезну и если никто не узнает о моей женитьбе, его смерть сочтут несчастным случаем, как оно впоследствии и вышло. Я попросил Мэри никому не говорить о том, что мы женаты, и пообещал вернуться в течение года. Правда, немного опоздал, прости меня, любимая. Но я думал, Касси, что хотя бы ты знаешь правду. Предполагал, что отец или Мэри рассказали тебе. И понятия не имел, что кто-то будет винить тебя в его смерти и посчитает, что это сделала ты. Да еще топором! Неужели весь мир сошел с ума?!
— Ты заявила, что я пытаюсь тебя утешить, — добавила Элис. — Не хотела верить, что мистер Белмонт убил отца, хотя считала, что он мог сделать это, чтобы защитить тебя и Мэри. А ты твердила, что я лгу.
— Верно, — призналась Кассандра.
Но если Элис и Уильям рассказали все как есть, значит, Найджел действительно покончил с собой? Если бы правда выплыла наружу, его не похоронили бы в освященной земле.
Кассандра была слишком ошеломлена, чтобы анализировать свои мысли и чувства.
— Теперь я понимаю, что побег был ужасной глупостью, — покаялся Найджел. — Простите за лексикон.
— Действительно ужасная глупость, — согласился Стивен. — Но все мы иногда делаем глупости. Однако я бы советовал вам не усугублять ошибку, поспешив поведать истину всему миру. Слишком уродлива эта истина, и скорее всего вам никто не поверит. Ну… сейчас предлагаю всем разойтись по спальням. А я вернусь домой. Все решения лучше принимать утром, на свежую голову.
— Мудрый совет, — одобрительно кивнула Элис.
— Элис, тебя здесь не было, когда я сказала Уильяму, что мы с лордом Мертоном помолвлены, — сообщила Кассандра.
Элис обвела взглядом нареченных.
— Да, — коротко обронила она, кивая, — да.
И, повернувшись, она направилась к лестнице, ведущей на третий этаж. Уильям обнял Мэри за плечи и повел к дверям.
Подумать только, они муж и жена! И женаты уже больше года. С того дня, как умер Найджел.
Погиб от собственной пули!
Значит, Элис ей не солгала.
— Почему ты сказала мне, что убила своего мужа? — неожиданно спросил Стивен, вставая.
У Кассандры не было сил подняться.
— Все этому поверили, — пробормотала она, — и я в душе мечтала расправиться с ним.
— Ты хотела защитить это жалкое подобие мужчины? — презрительно бросил он.
— Не суди Уильяма слишком строго, — попросила она. — Он человек неплохой. Мэри любит его, и он отец Белинды. Кроме того, он женился на ней, на горничной из отцовского дома, потому что она ждала его ребенка. И вернулся за ней, хоть и боялся, что его обвинят в смерти Найджела. Наверное, Уильям любит Мэри. И я не хочу, чтобы его судили за убийство. Он отец Белинды!
Стивен сжал лицо Кассандры ладонями и улыбнулся. И в эту жуткую минуту она поняла, что влюблена в него.
— Если в этой комнате есть ангел, — прошептал он, — то, уж конечно, не я. — И, наклонив голову, нежно поцеловал ее в губы.
— Ты останешься на ночь? — спросила Кассандра.
Стивен покачал головой:
— Нет. Мы снова будем любить друг друга, Касс, но только в нашу брачную ночь. И в нашей брачной постели. И наше наслаждение затмит все радости плоти на этой земле.
— Хвастун, — засмеялась она, хотя сердце терзалось сожалениями. Их брачная ночь никогда не настанет. Значит, им уже не быть вместе.
— Наутро после нашей брачной ночи я спрошу тебя, было ли это хвастовством, — пообещал он, лукаво блестя глазами.
Кассандра покачала головой. Стивен обнял ее за талию и повел в холл.
— Спокойной ночи, Касс, — пожелал он, целуя ее, перед тем как открыть дверь. — Вот увидишь, тебе придется выйти за меня, а иначе ты будешь ужасно одинока. Все твои подопечные скоро покинут тебя, перебравшись к мужьям.
— Кроме Уэсли, — поправила она.
Он кивнул.
— И кроме Роджера.
— И кроме Роджера, — согласился Стивен и с ухмылкой закрыл за собой дверь.
Кассандра прижалась лбом к стене и закрыла глаза, пытаясь вспомнить причину, по которой она не может выйти за него.
Глава 19
— Я иду на прогулку, — предупредила Кассандра, хотя не сделала ни малейшей попытки претворить слова в дело. Она стояла у окна гостиной, глядя на небо, которое то ли должно было разразиться дождем, то ли открыть миру ясную голубизну, с которой сияет солнце. Похоже, что день все-таки будет дождливым.
Она плохо спала, и неудивительно, учитывая обстоятельства. Кроме того, домочадцы с утра все делали наперекор. Мэри упорно продолжала трудиться на кухне и обращалась к Кассандре не иначе, как «миледи».
— Мэри, теперь ты моя падчерица, — безуспешно пыталась объяснить Кассандра.
— Миледи, должен же кто-то готовить завтрак, заваривать чай, мыть посуду и убирать. И уж лучше это буду делать я, поскольку ни вы, ни мисс Хейтор и уж тем более Билли не отличат кастрюли от сковородки. И сегодня я точно такая же, как вчера, и позавчера, и неделю назад, не так ли?
Когда Кассандра спустилась вниз, Уильям как раз трудился над дверью гостиной, так что теперь она плотно закрывалась без необходимости лишний раз дергать за ручку. Кроме того, он починил сушку для белья, и Мэри уже не нужно было бояться, что она свалится на землю, увлекая за собой весь груз свежевыстиранных простыней и наволочек. В эту минуту он старательно мыл все окна в доме.
Уильям всегда был энергичен и неутомим и куда больше любил физический труд, чем обычные, более подобающие джентльмену занятия. Найджел готовил его для церкви, но Уильям, закончив курс в Кембридже, открыто восстал против отцовской воли.
А вот Элис сегодня утром была невыносима. Набрасывалась с иглой на простыни и недовольно поджимала губы. На лице так и читалось раздражающее выражение «я-же-тебе-говорила», означавшее, по-видимому, что она с самого начала твердила о невиновности Уильяма.
