того, что я думаю, мы все равны там, на поле боя. Удар меча не знает рангов. И все прикрывают друг другу спину. – Ливия снова посмотрела на Рубена, который поежился под ее взглядом.
Никто не обрадовался, когда больше недели назад Фейт сообщила о прибавлении в команде. И даже не пытались этого скрыть. Но отговорить друга было невозможно. Они собирались отправиться в путь к концу недели и теперь каждый день проводили либо на тренировках, либо в гостиной, продумывая маршрут. Каждое решение сопровождалось множеством противоречивых мнений, и Фейт была вынуждена вообще не вмешиваться, позволяя фейри, которые, по крайней мере, знали земли за пределами Эллиема, сражаться за право выбора пути.
– Ты хочешь быть командиром этой миссии, Фейт, а значит, взвалишь на себя всех, кого поведешь за собой. – Ливия отступила на несколько шагов и снова повернула меч в молчаливой насмешке, призывая Фейт наступать первой.
– Я никого не прошу идти за мной. – Фейт сделала выпад, но рассекла лишь воздух, когда нанесла серию атакующих ударов. – Ливия уходила от клинка словно ветер.
– Потому что ты слаба и напугана, – заметила Ливия, скрестив мечи.
Фейт низко изогнулась, но Ливия перехватила клинок, одновременно разворачиваясь и ударяя ее по коленям. Фейт упала, но не позволила себе лежать, чтобы не дать Ливии так просто покончить с ней. Перекатившись, она вскочила на ноги как раз вовремя, чтобы встретить ее клинок прежде, чем Ливия нанесла победоносный удар.
– Ты ничего обо мне не знаешь, – прошипела Фейт в свою защиту, чувствуя, как от колких оскорблений в душе закипает гнев.
– Я знаю достаточно, – небрежно отмахнулась Ливия.
Запела сталь, и Фейт забыла о товарищах, которые наблюдали, как она целится в свою движущуюся мишень. Чем сильнее Ливия злила ее, тем больше росла решимость доказать, что та не права. Фейри лукаво улыбалась, и Фейт без колебаний снова бросилась в бой. Комната расплылась, в ушах стоял звон стали. Она отделила врага от друга, отчаянно пытаясь стереть победоносное выражение с ее лица.
– Медленная, – пропела Ливия. – И слабая. – Она заложила одну руку за спину, продолжая отражать удары Фейт, словно насмехалась над ней, и ее гнев перерос в безрассудство. – Трусиха.
Последнее оскорбление ослепило ее, и Фейт проникла глубже в разум Ливии – глубже, чем следовало. Командир ахнула, выронив меч, когда Фейт приказала ей сделать это. А она затем заставила Ливию опуститься на колени, шагнула вперед и приготовилась вонзить Лумариас ей в грудь.
Фейт тяжело дышала, но когда гнев стих и она осознала, что натворила, то в ужасе попятилась назад, полностью покинув разум Ливии.
– Прости, – быстро сказала она.
Фейт виновато наблюдала, как командир снова поднялась на ноги с выражением странного благоговения на лице, и взглянула на остальных у края ринга, также выглядевших ошеломленными. Рейлан был одной ногой на ринге, словно готовился предотвратить ее последний удар.
Ливия улыбнулась и залилась смехом, покачивая головой. Фейт была слегка озадачена такой реакцией, учитывая агрессивный подлый прием, который использовала.
– Ты сдерживалась, Фейт. Я знала, что в тебе есть нечто большее, чем простая способность заглядывать в мысли во время боя.
Фейт моргнула, осознав, что своими насмешками Ливия намеренно подталкивала ее к грани.
– Не ограничивай себя. Поле боя не то место, где стоит думать о справедливости, когда на кону твоя жизнь. У тебя есть большое преимущество. Используй его.
Фейт успокоилась и почувствовала облегчение, что Ливия не злится на вторжение в ее разум.
– Но твой гнев способен погубить тебя, несмотря на все твое мастерство. Я видела, как он тебя поглощает, и если не научишься укрощать эмоции, то будешь совершенно бесполезна, – продолжила Ливия, приближаясь к Фейт. Она подошла достаточно близко, когда на ее лице отразилось понимание, и продолжила уже тише: – Ты права – я еще многого о тебе не знаю. Это были просто пустые слова, Фейт, но они задевают тебя, потому что ты в них веришь. И только ты сможешь доказать обратное в своей душе.
Фейт склонила голову в знак признательности за наставления, даже если они были более жесткими и туманными, чем у ее кузена. Она бросила взгляд на воина с серебристыми волосами, который хмурился и пристально смотрел на них, и слабо улыбнулась, направившись к своим друзьям. На сегодня с нее было достаточно сражений.
Ей было больно смотреть на их лица. Рейлан, Кайлер, Изая, Ливия и Рубен – все они были готовы последовать за ней в неизвестность по тропе опасностей. Но чувство вины наконец исчезло. Они сами сделали этот выбор, и Фейт ощущала прилив небывалой силы и гордости за то, что у нее такие друзья.
– Не знаю, как отблагодарить вас за все, чем вы рискуете, – тихо сказала Фейт.
Их путешествие было ближе с каждым часом, и скоро они оставят все удобства позади, даже не зная, когда вернутся.
– Почему все такие мрачные! Посмотрите на это как на приключение! Вам всем просто нужно немного… – Изая умолк, посмотрев на нее, и лукаво улыбнулся. – Нужно немного веры, Фейт. – А потом подмигнул ей, довольный игрой с ее именем.
Фейт закатила глаза, спускаясь с ринга, и остальные тоже повернулись к выходу.
– Сомневаюсь, что вера поможет нам в тех местах, – заметила она.
Изая усмехнулся:
– О, я ведь говорил не буквально. – Фейт вопросительно изогнула бровь, и он коварно улыбнулся. – Обладать верой это значит жить так, словно смерть – это игра, любовь – приз, а опасность – желание.
Ливия хихикнула, и даже суровое лицо Рейлана озарилось весельем.
– Кто бы мог подумать, что ты такой поэтичный, Изая? – заметила Ливия. – Да, так и есть.
Щеки Фейт вспыхнули, пока все они поддразнивали ее, но смущение исчезло при виде улыбок на их лицах, доставлявших огромную радость. Рейлан поймал ее взгляд, сапфиры сияли теплом. Остальные ушли вперед, болтая между собой.
– За Фейт, – тихо провозгласил он.
Глава 24. Фейт
Взволнованная Фейт стояла в таком родном и уютном бело-золотом тумане, готовясь к тому, что собиралась предпринять. Прошло уже больше недели с первой ночи полноценного отдыха и разговора с Агалором, давшего действенный совет, как справиться с ночными кошмарами. С тех пор они возвращались лишь дважды, и постепенно ей удавалось успокоить разум и проникать в подсознание, прежде чем кошмары успевали овладевать ею.
Рейлан оказывал неоценимую поддержку, и каждый раз, когда она в ужасе просыпалась, не в силах разобраться в происходящем и понять, где находится, он был рядом, чтобы тут же успокоить ее. После этих снов он часами лежал рядом с ней, и они
