В последнем слово искусъ «опыт, испытание» – безаффиксное производное от искусити «испытывать», префиксального образования от кусити «испытывать», заимствованного, как полагают, из готского языка (ср. готск. kausjan «испытывать, пробовать»).
– И и – те в глаголах повелительного наклонения
Как известно, в современном русском языке существуют только две соотносительные между собой формы повелительного наклонения: 2-е л. ед. ч. и 2-е л. мн. ч. Таким образом, система форм глаголов в повелительном наклонении является двучленной (в отличие, например, от шестичленной парадигмы глаголов настоящего времени).
Противопоставляются друг другу лишь формы единственного числа, с одной стороны, и множественного – с другой (ср.: веди – ведите, неси – несите и т. д.). Это противопоставление получает свое формальное выражение, аналогичное тому, что наблюдается, например, в существительных стол – столы, кость – кости.
В существительных мы видим нулевое окончание в единственном числе и материально выраженное окончание– и(-ы) во множественном. В формах повелительного наклонения веди – ведите, неси – несите, пиши – пишите и т. д. мы также видим в единственном числе нулевое окончание, а во множественном – материально выраженное окончание – те.
С окончанием множественного числа– те нельзя смешивать суффикс – те, который служит для образования формы вежливого обращения. В предложениях Ребята, идите ко мне и Ребята, идемте ко мне (ср. Ребята, идем ко мне) – те разные: в первом случае это окончание множественного числа, во втором – суффикс формы вежливого обращения.
Что касается морфемы – и, стоящей в неси, пиши и т. д. перед нулевым окончанием, а в формах множественного числа несите, пишите перед окончанием– те, то она является суффиксом, с помощью которого мы от основы настоящего времени (нес-, пиш– и т. п.) образуем основу повелительного наклонения какого-либо конкретного глагола.
Таким образом, глаголы повелительного наклонения содержат – в зависимости от того, какого они числа – либо нулевое окончание (2-е л. ед. ч.), либо окончание – те (2-е л. мн. ч.). Без окончания глаголы в форме повелительного наклонения не существуют. Но в них, по понятным причинам, в то же время нет и окончания– и.
Кстати, надо иметь в виду, что в каждом глаголе повелительного наклонения обязательно есть и суффикс, и окончание, причем и та и другая морфема может быть не только материально выраженной, но и нулевой. Так, количество морфем в слове брось и в слове смотрите одинаково. В смотрите три морфемы: смотр– (корень), – и– (суффикс) и– те (окончание 2-го л. мн. ч.); столько же их и в брось: брось– ()1-()2, где брось– – непроизводная основа, ()1 – нулевой суффикс повелительного наклонения и ()2 – нулевое окончание 2-го л. ед. ч.
О двух л в слове аллея
Существительное аллея относится к числу тех слов, правописание которых обычно дается «в словарном порядке». Между тем о нем можно не только менторски сказать: «Запомните, здесь надо писать два л», но и рассказать почему. Особенно полезно и просто это будет сделать, если изучается французский язык. Дело в том, что написание аллея передает орфографию своего французского первоисточника – allée «аллея» (буквально «проход», дорога»), которое унаследовало два л от своего «родителя» – глагола aller «идти, проходить». Так что два л в аллея так же законны, как, скажем, о, а не а в слове проход (от проходить, ср. прорезь).
Вчерась и днесь
В ряд ли раньше эти два слова встречались рядом. Уж очень они разные по своей стилистической окраске. Не то что их синонимы: вчера и сегодня.
Слово вчерась просторечное, сниженное. Вспомните, как его использует А. П. Чехов в письме Ваньки Жукова: А вчерась мне была выволочка. Хозяин выволок меня за волосья на двор и отчесал шпандырем за то, что я качал ихнего ребятенка в люльке и по нечаянности заснул.
Наречие днесь «сегодня, теперь» выступает как книжное и поэтическое. Вот как его параллельно с нейтральным стилистически словом сегодня употребляет в поэме «Война и мир» В. Маяковский: Сегодня ликую! Не разбрызгав, душу сумел, сумел донесть. Единственный человечий, средь воя, средь визга, голос подъемлю днесь.
И все-таки эти слова сближает не только обозначение смежных понятий вчерашнего и сегодняшнего дня. У них есть общий элемент – конечное– сь, восходящее к указательному местоимению сь «этот» (ср. полную форму этого местоимения – сей).
Наречие днесь возникло в результате слияния в одно слово словосочетания день сь «день этот», так же как его общеупотребительный синоним сегодня из сего (род. п. от сь «этот») дня. Наречие вчерась возникло по модели слов днесь, летось, ночесь.
Однако с точки зрения современного русского языка слова вчерась и днесь отличаются друг от друга в словообразовательном отношении не менее, чем стилистически. Слово днесь представляет собой сейчас непроизводную основу. В слове вчерась основа (ср. вчера) является производной и делится на вчер-а-сь.
Ради этого – сь – весь разговор. Во-первых, что это за морфема? По происхождению она корневая, но в настоящее время ее нельзя охарактеризовать иначе как суффикс. Во-вторых, каково значение этой морфемы? Оно оказывается у– сь довольно своеобразным. Суффикс – сь можно определить как стилистический, переводящий слово в разряд просторечных и сниженных. Лексическое значение производящего слова (вчера) остается прежним, меняется лишь его стилистическая окраска. Такой же характер имеют суффикс – у (в слове нету, ср. нет), приставки су– и за– (в словах супротив, завсегда, ср. против, всегда) и т. д.
Слаще или слаже?
М ожно не сомневаться, что большинство без каких-либо колебаний и раздумий категорически выскажется в пользу слаще. Действительно, обычной, так сказать, правильной формой сравнительной степени от прилагательного сладкий (о нем см. заметку «Сладкий и соленый») является слаще. Вспомните хотя бы пословицу Хрен редьки не слаще. Однако чем все-таки объяснить, что от слова сладкий сравнительная степень будет слаще? Так ли предпочтительна эта форма по сравнению с формой слаже? Ответить на этот вопрос можно, познакомившись с родословной обоих образований.
В соответствии с общим правилом сравнительная степень от прилагательных типа сладкий, высокий, близкий, широкий, узкий, частый, короткий и т. д. бытует (или, вернее, воспроизводится) без суффиксов– к– и – ок– и оформляется с помощью суффикса – е, причем перед ним конечный согласный непроизводной основы выступает в «измененном» виде: выше, ближе, шире, уже, чаще, короче и т. д. В последнем отражается давняя палатализация согласных перед j, поскольку когда-то – еще в общеславянском языке – при образовании сравнительной степени за корнем следовал суффикс – jьš-.
Поэтому в качестве закономерной сравнительной степени от сладкий выступает форма слаже с обычным чередованием дʼж. Однако эта форма ныне существует лишь в диалектах. Для литературного употребления сейчас единственно правильной признается форма слаще, с своеобразным и нерегулярным чередованием д – щ.
Л. А. Булаховский считал (см.: Курс русского литературного языка. Т. 2. Киев, 1953. С. 180), что форма слаще «восходит к слажче (контаминации слаже и сладче)», и приводил в качестве доказательств правильности своего объяснения следующие примеры: Да накаплють ти слажше меду словеса уст моих («Слово Даниила Заточника») и сладчая меду («Памятники смутного времени»). Однако это объяснение неубедительно и, очевидно, неправильно.
Дело в том, что слаще возводится исследователем к такой форме (слажче), которая нигде не зафиксирована и вряд ли была вообще (ср. отсутствие гажче > гаще, при литер. гаже, диал. гадче; отсутствие режче > реще, при литер. реже, диал. редче; отсутствие глажче > глаще, при литер. глаже, диал. гладче и пр.).
