– Ты права…
– И кто же он?
– Лэрд Фергус Мак Ройх. – Призналась Мойриот.
Дейдре отшатнулась.
– Сводный брат короля?!
– Да. А почему ты так испугалась?
– Нет, нет… Я не испугалась, а скорее удивилась. Лэрд владеет Дундалком и землями Муиртемне. Не так ли?
Мойриот кивнула.
– К тому же он – вдовец и достойный человек.
Дейдре задумалась. За время пребывания в Армаге, все эти последние несколько дней, лэрд оказывал ей знаки внимания. Неужели это вызвано его желанием жениться?
Женщина припомнила его статную крепкую фигуру, каштановые с лёгкой проседью волосы, мужественное лицо. И в то же время лэрд умел обращаться с женщинами и находить приятные слова. Конечно, он был почти на двадцать лет старше, но она – вдова, и разница в возрасте теперь не столь важна.
– Хорошо. – Сказала Дейдре. – Пусть будет так, как хочет отец: я выйду за лэрда Фергуса. Но он должен знать, что я жду ребёнка от Конайре.
* * *
Дундалк был прямой противоположностью Тальтиу, где Дейдре провела своё недолгое замужество и, затем – вдовство. Тальтиу, каменная крепость, о которую постоянно разбивался морской прибой и в окна залетал влажный морской бриз, разительно отличалась от Дундалка, который был по сути кранногом, расположенным на озере Лох-Керри.
Леди Тальтиу Мак Ройх, не торопясь, шла по мосткам, ведущим в кранног, за своим мужем лэрдом Фергусом. Вслед за ней – Корри, которая несла увесистую корзину с нарядами госпожи, успевающая в то же время покрутить головой по сторонам, любуясь местными пейзажами.
Девочка никогда не видела краннога: ни в Тальтиу, ни в Таре. В Эргиал не была популярна подобная форма поселения. Она не переставала восторгаться буквально всем подряд, что несколько утомила свою хозяйку. Дейдре оглянулась назад и шикнула на непоседливую девчонку, та притихла, но, увы, не надолго.
Наконец, мостки закончились, новая хозяйка в сопровождении мужа и прислуги ступила на остров.
– Вот мы и в Дундалке. – Сказал лэрд и приветливо улыбнулся молодой жене. – Надеюсь, что тебе здесь понравится.
Дейдре огляделась: действительно, жилище лэрда было просторным со множеством прилегающих к нему хозяйственных построек. Из дома во внутренний двор высыпала прислуга, дабы поприветствовать молодую хозяйку. По обычаю Дейдре одарила всех медными монетками.
Леди проводили в отдельную светёлку, расположённую на втором ярусе дома. Она бегло окинула её взглядом и осталась довольна.
– Корри поставь корзину вот туда, – указала госпожа, – остальные вещи разложи в сундук.
Девочка и ещё несколько служанок занялись обустройством покоев молодой хозяйки. Та же почувствовала некоторую слабость и приказала приготовить ложе, дабы прилечь и отдохнуть.
Пока Дейдре обживалась на новом месте, лэрд Фергус держал совет со своими приближёнными воинами. Он рассказал им о том, что Бешеные псы Фера-Морк захватили большую часть Эргиал и разорили Тару. Возмущению воинов не было предела. Они с готовностью выразили желание отправиться в поход против ненавистных королей-сопровителей.
Лэрд Фергус поддержал их энтузиазм.
– Мы должны встретиться с союзниками недалеко от Уснехта. Туда же прибудут дружины Брифнэ и Донегола. У нас есть пять-шесть дней на подготовку к походу.
После совета лэрд направился в покои жены. Не успел он подняться на второй ярус, как из-за декоративной шерстяной шпалеры появилась Руада, его наложница.
– Господин, мы так давно не виделись с тобой. – Томно сказала она и приблизилась к лэрду. Мужчина ощутил горячее дыхание наложницы. Та прильнула к его плечу. – Скажи, скажи мне, что всё останется по-прежнему! Скажи, что ты женился только из-за политических соображений!
Лэрд отпрянул от Руады. Она была как всегда красива и желанна, но теперь… Он неожиданно увидел в её чертах нечто настораживающее, жестокое.
– Нет, моя женитьба – не политический расчёт, а желание сердца. – Сказал лэрд.
– Желание сердца! Не может быть! Как можно желать женщину, носящую под сердцем чужого ребёнка! – В гневе воскликнула она.
Лэрд помрачнел.
– Ты подкупила одну и служанок и узнала всё о Дейдре?! Не сомневаюсь, что так и было! Этот ребёнок мой.
Руада сникла и чуть не расплакалась.
– Мы три года делили ложе, но я так и не понесла ребёнка… – Наложница умоляюще взглянула на своего господина. – И вдруг ты говоришь мне, что это смогла сделать другая женщина! Но когда? Когда она успела?
Лэрду стало жаль Руаду, он хотел найти слова утешения, но, увы, они куда-то пропали.
– Я… я выгодно выдам тебя замуж. – Пообещал лэрд.
Руада взглянула на него глазами полными слёз.
– Такова твоя воля?
– Да.
– Почему ты так жесток? Ведь многие лэрды имеют жён и наложниц… Позволь мне остаться и хотя бы иногда любить тебя. Не гони меня…
Сердце лэрда дрогнуло. Внезапно перед его глазами промелькнули одна за другой ночи, проведённые в страстных объятиях Руада. О да, в искусстве доставлять удовольствие мужчине ей не было равных!
– Хорошо, ты можешь остаться. – Сказал лэрд Фергус. – Но знай своё место.
Руада побледнела, от последних слов ей стало дурно, она едва удержалась на ногах. Фергус же ничего не заметил и направился в покои жены.
– Поход против Бешеных псов может затянуться… А за это время: кто знает, что произойдёт в Дундалке?.. – Едва слышно прошептала наложница.
* * *
Настал конец осени, первые заморозки сковали землю. Живот Дейдре сильно округлился, ребёнок постоянно толкался в череве и переворачивался с боку на бок.
Леди Тальтиу Мак Ройх чувствовала, что вскоре она станет матерью. Одно опечаливало её: возлюбленный муж, с которым она, увы, провела так мало времени вместе, по-прежнему сражался с королями Фера-Морк. Женщине казалось, что эта война никогда не закончится.
Наконец она получила от мужа краткое послание. В нём говорилось, что с ним всё в порядке и его дружина осаждает Энгус, где укрылась Моргауза, мать мятежного Ингела Одноглазого. Фергус также выражал надежду, что предстоящие роды пройдёт удачно, ибо война затягивается на неопределённый срок, а зима, как известно не лучшее для этого время.
Моргауза же, запертая в своём же замке, томилась от тягостных дум. Людей в Энгусе было немного, продовольствие также подходило к концу. Она, как впрочем, и воюющие стороны, совершенно не ожидала затяжной войны и долгой осады.
Моргауза каждый день вглядывалась в линию горизонта, пытаясь разглядеть дружину Ингела, спешащую ей на подмогу. Но, увы… Женщина не знала, что для сына настали отнюдь не лёгкие времена. Дружины Онейла осадили Маонброк и Талам-Морк, где пребывал и сам мятежный бастард.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
