– Я в комнате, Наташ! – подчеркнуто громко сказал Ленчик и освободил им кухню.
– А у вас заботливый муж…
– Оставьте моего мужа в покое и переходите к делу.
– Хорошо, – покладисто отозвался Муромцев. – Как вам будет угодно, сударыня. Я, как вы знаете, послужил причиной вашего увольнения. Я действительно поставил этого слизняка Развольского в такое положение, из которого у него, труса и подонка, был только один выход – уволить вас. И признаюсь, что я сделал это сознательно.
– Давайте оставим личные особенности господина Развольского. Мне неинтересны ваши наблюдения по поводу его характера. И зачем вам было нужно, чтобы я осталась без работы? Вы лично мне за что-то мстите?
– Да бог с вами! – Муромцев от души рассмеялся. – Во-первых, в моем лексиконе нет слова «мстить». Я своим врагам не мщу, я их уничтожаю. А вы – такая прелестная женщина и такой замечательный профессионал, что у вас не было, нет и, надеюсь, никогда не будет возможности дать мне повод к неудовольствию.
– Тогда зачем?
– Неужели вы даже не догадываетесь? Через две недели я открываю свое туристическое агентство. Захотелось побаловаться, знаете ли. И в этом городе есть только один человек, который сможет, возглавив его, вывести фирму на прибыль и достойный уровень. И этот человек вы.
– То есть вы лишили меня работы, чтобы предложить другую?
– Да. Работая у Развольского, вы никогда не решились бы его предать. Ваша верность написана у вас на лице. «Я ключи закину и псов прогоню с крыльца, оттого что в зимней ночи я вернее пса», – так, кажется? Но теперь, когда Развольский предал вас, я смогу вас заполучить.
– Цветаеву знаете? – непритворно удивилась Наталья. – По вам не скажешь. Выпадаете из образа, однако.
– Так каков будет ваш положительный ответ?
– Мой ответ положительно будет отрицательным. Я не буду работать в вашей фирме, Сергей Васильевич.
– Позвольте спросить, почему?
– Потому что наше сотрудничество началось бы с обмана, с подлости. А я не люблю ни того, ни другого.
– Именно поэтому я вас и зову. Другой сотрудник вашего агентства охотно продался мне. Поэтому после того, как он выполнил свое дело, я отказался от его дальнейших услуг. Люди, способные продаться, мне не нужны.
– Вы про Володю Шведова? Смешно, я его предупреждала, что так и будет.
– Вы за него не волнуйтесь, ваш Развольский охотно его простил и взял обратно.
– Это проблемы их обоих, но никак не мои, – пожала плечами Наталья. – Но у вас я работать все равно не буду. Вы мне не нравитесь, Сергей Васильевич.
– А вот вы мне нравитесь, Наталья Петровна. В моей команде вы смотрелись бы очень неплохо. Сколько вам платил Развольский – две штуки баксов? Я буду платить три. Жду вас завтра в десять утра вот по этому адресу.
Он швырнул на стол золотистую визитку. «Туристическое агентство «Илья Муромец» – значилось на ней.
– Я не приду завтра по этому адресу, Сергей Васильевич. Вы абсолютно зря старались. Я не буду у вас работать.
– Что ж, видит бог, я хотел этого избежать, – мрачно сказал Развольский, доставая из кармана маленькую коробочку. – Потом не жалуйтесь. Сами напросились.
Наталья почувствовала, что у нее стало сухо в горле. «Не может же он меня сейчас просто взять и отравить, – мелькнуло у нее в голове. – Да и Ленчик дома».
– Вот, послушайте. Вы блюдете глупую, никому не нужную верность человеку, который недостоин целовать даже следы ваших шагов. Я думал, что вы будете упираться, поэтому подстраховался и записал свою с ним беседу на диктофон, – сказал Муромцев и щелкнул кнопкой. Наталья вздрогнула, услышав в своей кухне знакомый, до боли родной голос Развольского. Звучал он испуганно:
– Сергей Васильевич, я думаю, что это недоразумение можно уладить. Конечно, мы не хотели наносить ущерб вашей деловой репутации…
– И как ты предлагаешь это уладить? – голос Муромцева звучал с издевкой.
– Скидка на любые поездки в тридцать, нет, в пятьдесят процентов…
– Ты что, издеваешься надо мной, Стасик? Какие пятьдесят процентов? Ты должен мне двадцать тонн баксов, после чего я, может быть, и соглашусь никогда больше не переступать порога твоей вшивой конторы.
– Сколько?
– Сколько слышал… Нагадил – плати. Моя репутация – вещь дорогая.
– Сергей Васильевич, побойтесь бога, откуда у меня такие деньги?
– И впрямь, откуда… Тогда давай увольняй эту свою девку, которая меня ментам заложила.
– Наталью?
– А что, у тебя еще стукачи в коллективе есть?
– Нет-нет, – торопливо заверил его Развольский, – только она одна. Но уволить? Вот так, сразу? Без повода?
– Тебе, значит, повода мало? – голос Муромцева зазвучал угрожающе.
– Что вы, что вы… Хорошо, я согласен, я ее уволю. Ее давно надо было уволить, я только сейчас понял свою ошибку.
– Давно надо было уволить? – голос бизнесмена опять зазвучал насмешливо. – Позволь узнать, за что?
– За что? Да она же тупая совсем. Половину путает, половину забывает. Ни в чем на нее положиться нельзя, подставит и не задумается. Вот как меня сейчас.
– Тебя, значит…
– Ну и вас, конечно. Вас в первую очередь. Я все сделаю, Сергей Васильевич. Сегодня же. Я бы и раньше, сам, да замотался. Спасибо, что обратили мое внимание. Напомнили, так сказать.
– Нормально лижешь, в нужном темпе, – с чувством произнес баритон Муромцева, – далеко пойдешь, Стасик. Если не остановят.
– Как прикажете. – От угодливой покорности в голосе Развольского Наталью чуть не вырвало прямо на лакированные ботинки гостя.
– Прикажу-прикажу, не бойся. Насчет Натальи договорились, значит?
– Конечно. Сегодня же все будет сделано. Вот ведь зараза! Так подставить!
Диктофон выключился. Муромцев ласково посмотрел на сидящую перед ним бледную Наталью.
– Ну что, понравилось? – спросил он.
– Нет, не понравилось, – честно призналась Наталья, которой показалось, что она наелась свежих дождевых червей. Склизких, розовых, перепончатых, извивающихся.
– Он не только не встал на твою защиту, не пытался отстоять, он еще и ведро помоев тебе на голову вылил. И после этого ты не хочешь идти ко мне работать?
– Не хочу. – Черви в животе извивались. Видимо, обустраивались на постоянное место жительства. – Вы ничем не лучше его. Так зачем же мне менять одного мерзавца на другого?
– Ладно, – крякнул Муромцев и встал, намереваясь прощаться. – Неделю сроку даю. К нему ведь ты не вернешься?
– Не вернусь, – согласилась Наталья.
– Ну, так, значит, придешь ко мне. Куда тебе еще деваться? В другом бизнесе ты ничего не понимаешь. К деньгам привыкла. Без работы не сможешь. Да и отомстить тебе ему захочется. Уж поверь мне.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
