Читаем без скачивания Проект «Переселение». Дилогия (СИ) - Сергей Панченко

— Ну ладно, ходить тебе еще рано. Так раны не зарастут долго. Давай, лучше хорошо полечимся, чтобы потом можно было быстрее бегать. Показывай, чем тут от чего лечатся?

— Вот! Это лекарство от всех видов боли, бьющее точно в цель. — Варя ткнула в яркую упаковку — А это витамники шипучие, мои любимые, со вкусом апельсина.

— Ага, понял! — Я сломал замок шкафчика под витриной и накидал отмеченных Варей лекарств — Чего еще брать будем?

— Это от поноса, это тоже, это от кашля, это от горла. Во, я люблю леденцы от горла, давай возьмем.

— Варя, ты, что не знаешь, лекарство, как и полезная еда вкусным не бывает?

— Так я же не лечиться, я просто для удовольствия.

— Железный аргумент, я, пожалуй, тоже не откажусь от леденцов. Давай антибиотиков еще наберем.

Через полчаса мы вышли с полным пакетом лекарств, в основном развлекательного характера: витамины, леденцы, пастилки. Не отъезжая от аптеки, я снова перебинтовал раны. Никаких видимых негативных изменений я не заметил. Поверхностные раны затягивались. Большая рана на ноге закровила только тогда, когда я попытался оторвать присохший по краям тампон.

— Болит? — вопрос был праздный, ясно, что болит.

— Немного, спина еще болит — я сильно удивился, на спине вроде не было никакой крови.

— А ну покажи!

Варя нагнулась вперед, я оттянул платье. Под ним красовался огромный синяк во всю спину.

— Вот это да! Я же видел, как птица сбила тебя с ног, но не придал значения.

— Я сама не сразу поняла, что у меня там болит. Руки и ноги болели сильнее и я не чувствовала, что у меня спина болит.

— Бедняга, одно радует, что этой птице хуже, чем тебе.

— Вы убили ее?

— Ну конечно, что мне с ней делать.

— А я не помню этого. Я в себя пришла, когда проснулась. Лежу, вся в бинтах, все болит. Помню, только, как птица на меня полетела и все.

— Вот и славно, такие вещи ребенку помнить не надо. Лучше помни, как ты лежала и объедалась витаминками.

— Хорошо.

— А боль постепенно утихнет, таблетка еще не начала действовать. А знаешь, что лучше всего снимает боль у женщин?

— Что? — Варвара подумала, что я дам серьезный ответ.

— Шопинг! В нашем случае это называется мародерство, потому что мы не платим.

— Но ведь некому деньги отдавать?

— Вот именно! Поехали!

— Вы хотите убедить меня, уважаемый коллега, что нам необходимо прекратить Проект? — голос Мен Ганита вибрировал на предельных тонах, а кожа переливалась всеми цветами радуги.

— Мы зашли в тупик, нам не дают его осуществить те, бороться с кем мы не в силах — Торн Сут устал до смерти от Проекта, от упрямого Руководителя. Больше всего ему хотелось, чтобы все оставили его в покое.

— Вы понимаете, что если бы я слушал таких нытиков как вы, то где бы я сейчас оказался? Я был бы в самом низу, ковырял бы навоз для электростанций!

— Думаю, что это для вас, это было бы самым удачным выходом на ближайшее время.

— Ну, уж нет! Я доведу это дело до конца! Кто нам мешает его доделать? Два несчастных аборигена, которым просто пару раз дико повезло? Вы пали духом. Та сила, которая, по вашему мнению, не дает запустить наш Проект в полную силу, могла бы просто не дать нам его начать. Однако, они нам разрешили это сделать. Они тоже устроили эксперимент. Закрыли нас вместе с аборигенами, как пауков в банке, и ждут кто кого. Нам осталось всего ничего. Прихлопнуть двух существ, и я уверен, что барьер падет. В любом случае, это нужно проверить. — Мен Ганит замолчал и пристально уставился на ученого. Ему было интересно увидеть реакцию на его речь.

— Зерно разума в ваших словах есть. Но боюсь, что уже поздно.

— Что вы подразумеваете под этим?

— По последним данным, у нас не осталось ни одного ксилота.

— В чем проблема, наделаем еще.

— И еще одна проблема, наша биофабрика погибает.

— Что? Что вы сказали? Как это погибает? — кожа Мен Ганита запестрела зелеными сполохами.

— Компьютер показывает сильное отравление. Вероятность летального исхода — сто процентов. У нас есть запись того, как эти аборигены осуществили это. Мы не в силах были противодействовать этому. Один ученый из коллектива пытался взять управление гуртом в свои руки и убить одного из аборигенов. Но гурт не создан для этого, и мы его потеряли.

Как? Что? — Руководитель Проекта потерянно осмотрел присутствующих — Неужели ничего поделать нельзя?

Мен Ганит отрицательно покачал телом. На время в комнате воцарилось молчание. Прервал его Торн Сут.

— Мы уже начали поиск новых миров. На это уйдет некоторое время, но мы считаем, оно у нас есть — ученый обвел возникшей из тела конечностью, присутствующих ученых.

— Это у вас есть время, а у меня его нет — Руководитель Проекта обвел всех ненавидящим взглядом — я полжизни положил, чтобы добиться этой должности, и я сам решу, когда мы закроем Проект. У вас остался хоть один батум?

— Есть, но их запретили, как негуманное оружие.

— По-вашему, гуманно умирать гораздо приятнее?

— По-нашему, лучше избежать смерти. Мы изначально пошли на поводу у политиков. Проект можно было бы давно завершить выбери мы другую планету.

— Слизняки мягкотелые, вам никогда, с таким отношением, не добиться серьезных результатов. Готовьте батума, я отправляюсь на эту планетку, доделывать за вами всю работу. — Мен Ганит окрасился в бирюзовый цвет, цвет крайней решительности.

— Может дождаться комиссии, и сделать это с ее разрешения?

— Напротив, это нужно сделать до нее. Верховному нужен результат, а не плаксивый рассказ о том, как вы сдались, не сумев уничтожить последнего аборигена.

Батум — венец военных технологий улиткообразной расы. Его создали, когда еще планировались путешествия на космических кораблях. Его задачей была атака из космоса. Батум умел самостоятельно приземляться на поверхность любой планеты. Он был прекрасно вооружен и обладал невероятной живучестью. Аппарат управлялся ментально, существом, находящимся внутри самого батума. Огромным минусом боевой машины, являлись, высокие энергозатраты. На автономном питании модуль мог функционировать непродолжительное время, Когда была открыта возможность межпространственного перехода, необходимость в батумах отпала. Их списали под надуманным предлогом, вопреки военным. Несколько таких боевых машин хранились в Научном Центре. На всякий случай.

Мен Ганит занял кресло пилота. Через мгновение началось слияние его сознания с модулем управления батумом. Руководитель подергал конечностями, повертел органами зрения, прицелился из орудий. Батум давал ощущение силы и неуязвимости. Ни одно земное оружие не могло поразить боевую машину. Мен Ганит дал отмашку. Окружающее пространство загудело, поплыло, на мгновение окунулось в белый свет и почти сразу же наполнилось мутной водой, с всплывающими к поверхности воздушными пузырьками. Руководитель Проекта был на Земле.