– Знаю, сам нес, – мрачно отозвался конунг. – Дальше!
– Дальше переходим к личности убийцы и его возможным мотивам. Мотивов немного – всего один. Власть. Потому как если бы речь шла о мести, задуманной неудачливой соперницей…
– Да ты чего несешь, лорд?! – дернулся Эйнар. – Сольвейг и мухи не обидит!
– Закрой рот, – коротко рыкнул Олаф. И кивнул Ивару. – А ты продолжай. Месть, я так понял, ты не рассматриваешь? Отчего ж? Сигурд Пустоглазый здесь. И сестру привез, мне докладывали. Арундейлы не ягнята безответные, да и брак этот им с самого начала был поперек горла.
– Тут соглашусь. Своего конкурента и его семью вы лучше меня знаете. Но вот что касается сестры?.. Положим, к Хейдрун у нее были претензии, и немалые. Больше того – Сольвейг присутствовала на свадебной церемонии и в полной мере могла ощутить горечь поражения. Никогда не знаешь, что придет на ум оскорбленной женщине, проживи она хоть всю жизнь до этого тихой горлицей. Но давайте зададимся простым вопросом: какие цели преследовала бы сестра ярла Сигурда, решившись на убийство Хейдрун? Пожалуй, только одну – избавиться от соперницы, чтобы занять ее место. Но позвольте, зачем бы ей тогда подставлять Эйнара?.. В его чувствах Сольвейг была уверена полностью, а уж о том, как сильно ваш сын не желал связывать себя узами брака с дочерью ярла Ингольфа, знает весь Берген!
Длиннобородый, помедлив, вынужденно кивнул.
– Орудие убийства, – продолжил Ивар, – тоже важная деталь. Взять кинжал мог только тот, чьему присутствию рядом с сундуками никто не придал бы значения, то есть кто-то свой. В крайнем случае – приглашенный. Но и тому и другому нужен был ключ. У кого была вся связка, у Гуннара?..
– Ты в своем уме? – спокойно поинтересовался конунг. – Гуннару оно зачем?
– Незачем, в том-то и сложность. К тому же Эйнар видел убийцу, пусть не в лицо, – и размерами он даже отдаленно не напоминал вашего ярла. Но главный вопрос сейчас не в том, кто ударил Хейдрун, а у кого была возможность вынуть нож из сундука так, чтобы этого никто не заметил.
– Так небось перед самым убийством и вынули. Когда все улеглись. Раньше-то никак было не подобраться – мы с Ингольфом бочонки рубили как раз у дверей, бойцы туда-сюда шастали… Да и знали ж все, что за оружием Гуннар надзирает. Начни кто другой, хоть я, крышками хлопать – там бы и попался!
– Я тоже так думаю, – сказал Ивар. – Значит, над этим еще предстоит поразмыслить… Но вернемся к Арундейлам. Как я уже говорил, сомневаюсь, что это дело рук Сольвейг. Тем не менее ее брата, как вашего главного соперника, со счетов сбрасывать нельзя. На Эйнара у него явно были большие планы, и Рыжий в честолюбивых замыслах Сигурда Пустоглазого – та еще палка в колесе. Я говорил о власти – извольте, вот и мотив. Устранить досадную помеху в лице Хейдрун до свадьбы было невозможно, но кой черт разница – холостяк или вдовец?.. Главное, что Эйнар теперь свободен. Не удивлюсь, если ближайший родственник его возлюбленной выкажет полнейшую готовность прикрыть перспективного жениха своей сестрицы от гнева ярла Ингольфа… Однако даже в таком случае это еще не доказательство вины.
– Как – не доказательство? – нахмурился Олаф. – Да Арундейлу от Эйнаровой блажи наипервейшему выгода получается!
– Именно. Слишком уж предсказуемо. А также рискованно и глупо. Сомневаюсь, что ваш прямой конкурент не подумал бы о том, на кого первым делом повалятся все шишки. К тому же не забывайте, чем может обернуться для Эйнара смерть жены. Ингольф еще ничего не знает, но это ненадолго. Вы уверены, что ярл не наломает дров, когда вместе с трупом дочери ему один приметный кинжал предъявят?..
– Перегибаешь, лорд. Рыжий ведь не кретин. И друг мне. Нешто он на Эйнара с мечом ломанет, толком не разобравшись?
– Всякое бывает. Отцовские чувства, конунг, еще никто не отменял. А кровная месть? Кому, как не вам, знать традиции собственного народа?.. Опять-таки существуют и другие виды наказания: того же Сигвальда Железное Брюхо из страны выслали за убийство. Что мешает, к примеру, вам поступить так же? И сын живой, и союзник не потерян! Одно но – в любом случае ни от мертвеца, ни от изгоя Арундейлам проку не будет. Эйнар им нужен живой, свободный и не запятнавший чести. Иначе на тинг[23] можно не соваться даже… Поэтому повторюсь – пускай я не исключаю возможности, что ярл Сигурд тут замешан, но с той же вероятностью он может оказаться чист.
Конунг недовольно поджал губы:
– Может, не может… Предъявить нам ему нечего, я так понял?
– Увы.
– А ежели постараться?..
Ивар криво усмехнулся:
– Постараться можно. И к стенке припереть тоже – если виновен. Но для этого как минимум нужно выяснить, где ярл находился в момент совершения преступления, кто может это подтвердить, насколько тем свидетелям стоит верить… И это при том, что я бы не советовал так сосредотачиваться на одном лишь Сигурде Пустоглазом. Очень уж обстоятельства мутные.
– Ну не Эйнар же Хейдрун ножом пырнул? Так? Значит, долго искать не придется!
– Боюсь, вы не совсем понимаете, конунг…
Длиннобородый поднялся со стула и посмотрел на лорда тяжелым взглядом:
– Я не ты, да понимаю. Может, и не Арундейлы злодейство сотворили, мало ли у меня завистников?.. Только Рыжему все эти догадки да рассуждения – звук пустой. Эйнара он не тронет, коль вина его не доказана, но смерть дочери никому с рук не спустит. И мне не позволит, – Олаф, хрустнув пальцами, повернулся к сыну. – Вставай. Со мной к Ингольфу пойдешь. Не хватало еще, чтоб у него сомнение закралось. Говорить вместе будем! Даст бог, услышит.
– Если позволите, конунг, – после паузы сказал Ивар, – я бы тоже хотел присутствовать.
Длиннобородый, помедлив, кивнул. И, пропустив Эйнара вперед, вышел. Лорд Мак-Лайон, на ходу набрасывая плащ, заторопился следом. Чуть приостановился на пороге, обернулся:
– Херд, Жила, вы тут еще посидите, хорошо? Условный стук тот же, чужих не впускать.
Дружинники с пониманием склонили головы. Из-за перегородки высунулась Нэрис:
– Ивар, ты надолго?..
– Как получится, милая, – неопределенно отозвался муж, уже одной ногой стоя на улице. – Но за четверть часа вряд ли обернусь. Так что отдыхай, не жди.
Дверь хлопнула, на мгновение впустив в дом завывания метели, и все стихло. Леди Мак-Лайон с тяжким вздохом сползла с кровати. Бросила унылый взгляд на стол, где, накрытая с головой, лежала Хейдрун. До отдыха ли в такой компании?
Нет, покойников Нэрис не боялась. Она целиком и полностью разделяла мнение Ивара, что бояться стоит живых. И наглядный пример делил с ней сейчас одну комнату… Леди отвела глаза от бугрящейся простыни, кое-где покрытой засохшими бурыми пятнами. Сдернула с постели лоскутное одеяло, набросила поверх. И, развернувшись, наткнулась взглядом на саквояж у кровати. Внутри него, в потайном кармашке, лежал маленький стеклянный пузырек.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
